Россия как государство-цивилизация

Руководитель проектов ЭИСИ, доцент кафедры сравнительной политологии МГИМО МИД России, член правления РАПН, эксперт Центра ПРИСП Владимир Шаповалов – о новой концепцию исторического просвещения.

Прежде всего на вспомнить, что в 2020-м внесены поправки в Конституцию России, в числе этих поправок апелляция к истории: к защите исторической правды, к восприятию России как страны с тысячелетней историей, историей, которая является единой, несмотря на разные исторические перипетии. Потом был принят перечень традиционных ценностей. В числе традиционных ценностей есть историческая апелляция к исторической памяти. Потом, в 2024-м, был принят указом президента документ — основы государственной политики в области исторического просвещения. Это первый документ подобного рода в России за всё время, насколько я помню. Собственно само понятие «историческое просвещение» на уровне правовом, юридическом было закреплено. Нынешняя концепция является следствием и развитием указа президента об основах государственной политики в области исторического просвещения. То есть, это инструмент о реализации основ государственной политики. Для того чтобы указ президента заработал, необходимо создать некий инструментарий, в который входит и система образования, и система просвещения в широком смысле этого слова. То есть не образовательные формы, которые связаны с просвещением, например, деятельность Российского военно-исторического общества, Российского исторического общества, Российского общества знаний и прочих структур, которые занимаются просветительской деятельностью. Это что касается формально правовой составляющей.

Теперь по сути, по базовым концептам. Мы позиционируем Россию как самобытное государство-цивилизацию. Этот подход утверждён на государственном уровне тремя документами. Это уже упомянутый указ об основах государственной политики в области исторического просвещения, это концепция внешней политики и это стратегия государственной национальной политики. В каждом из этих документов мы пишем о том, то Россия — государство-цивилизация. То же самое мы включаем в учебный материал: в школьные учебники, в вузовские учебники. Это настоящая революция в историческом и обществоведческом знании, потому что мы с совершенно новых позиций смотрим на исторический процесс. Раньше цивилизационный подход мы признавали, но как некую периферийную часть, и исходили из западноцентричной структуры истории, в рамках которого существует доиндустриальный период традиционного общества, период индустриализации общества и современность — постиндустриальный. И вариант Марксов — это часть стандартная, западная прогрессистская теория о том, что каждое общество проходит определённые этапы в эволюции в движении к коммунизму. Современные западные прогрессистские теории движения от доиндустриального к постиндустриальному обществу и марксизм — движение в советском его изводе 1920-1930-х годов, так называемая пятичленка, т.е. первобытное общество, рабовладение и дальше коммунизм (феодализм, капитализм, социализм и коммунизм).

Это всё, по сути, на самом деле одинаковые подходы. Они лежат в основе западноевропейской картины мира. Немножко они разнятся с точки зрения движущих сил, цели движения. С точки зрения либерального западного общества современного, конец истории — это победа либеральной Америки во всём мире и либеральных ценностей. А с точки зрения Маркса — это победа коммунизма. А суть одна и та же. Весь мир проходит через одни и те же этапы развития, история универсальна, во главе всегда Запад, а все остальные подтягиваются, где-то в хвосте идут следом за Западом. И в лучшем случае России уготована роль страны с так называемым догоняющим типом развития, которая стремится догнать, но никогда не сможет догнать Запад.

Мы разрушаем сейчас эту западноцентричную картину мира, которая совершенно не соответствует действительности, и говорим о том, что мир разнообразен. У Владимира Владимировича есть термин «полифония», то есть многоголосие. В мире существует множество культурно-цивилизационных традиций и каждая часть мира, притом что мы все земляне, мы живём на единой планете, у нас есть кое что общее, но тем не менее развитие обществ достаточно сильно отличается друг от друга, каждое общество уникально. Россия как государство-цивилизация в данном случае уникальна.

Что касается «России-центричности». Это антитеза западноцентристскому, европоцентристскому подходу, который до настоящего времени был доминирующим. Мы, как граждане нашей страны, что вполне естественно, ставим в центр исторической картины не западных деятелей просвещения, возрождения, ещё чего-то, а нашу историю. И в контексте нашей истории мы рассматриваем те или иные процессы, которые происходят в разных частях.

Одномоментно с тем, что мы ставим Россию в центр изучения и смотрим с точки зрения национальных интересов России, с точки зрения российской цивилизации на мир, мы не убираем всеобщую историю. Мы, кстати, одна из немногих стран, в которой школьники и студенты изучают всеобщую историю. Подавляющее большинство стран мира знать не хочет об истории других стран вообще ничего. Мы изучаем весь мир. И в этом подходе к изучению истории других стран мы переставляем акценты. Если раньше мы исходили из примата Запада и изучали в основном Запад, теперь мы изучаем весь мир в его многообразии — и Китай, и Индию, и Африку, и доколумбову Америку, и всё остальное. Теперь у нас складывается пазл, мозаика огромного мира. А раньше мы смотрели достаточно узко, через то, а что происходит в Париже или Лондоне.

В данном случае мы должны исходить из того, что любое изучение истории (историки это подтвердят) основано на базовых принципах: принципе историзма и принципе объективности. Мы обязаны придерживаться исторической правды во всех наших умопостроениях. В любой образовательной и просветительской деятельности мы должны исходить из принципа историзма и принципа объективности того исторического материала, который мы даём. Кстати, не всегда в нашей исторической политике мы исходили из данных принципов. В советский период историю вообще начали изучать не сразу, вначале большевики вообще отказались от истории, они считали её ненужной. Старый мир разрушили, нам нужно «отряхнуть прах». Серьёзное изучение истории, как ни странно, началось после Военной тревоги 1927 года, когда большевистские вожди поняли, что есть угроза военных действий, нужно сплотить нацию. А на идее коммунизма сплочение особо не происходит, потому что нация разделена по классовому признаку. И в этот момент в рамках большой государственной политики по патриотическому воспитанию в школы и вузы вернули историю, начали её преподавать.

Я к чему эту тему затронул. Большевики достаточно часто интерпретировали исторические факты очень своеобразно, исходя из своих догматических представлений об истории. Существенно более серьёзные проблемы мы видим сейчас, когда наши политические оппоненты произвольно трактуют те или иные исторические факты, осуществляя грубую фальсификацию истории и своих стран, и нашей страны — исключая её из победителей в Великой Отечественной войне, заявляя о том, что Советский Союз виновен в развязывании Второй мировой войны, и прочую ересь. В этом смысле для нас важно сохранение исторической правды. Это базовый концепт, на котором основана наша политика исторического просвещения и преподавание истории в школе и за её пределами.

Российскую Федерацию, систему образования России часто обвиняют в том, что мы излишне уделяем внимание истории. И один из ключевых пунктов обвинения — нужно смотреть не в прошлое, а в будущее. А излишнее погружение в историческую ретроспективу может лишить нас перспективы, то есть образа будущего. Конечно, всё важно в меру. Но в данном случае, хочу подчеркнуть, что без образа прошлого невозможно построить образ будущего. Это два очень тесно взаимосвязанных процесса. Только если мы хорошо изучим, извлечём уроки, в том числе уроки из государственных национальных катастроф, которых было немало в нашей истории, не только великие победы, но и великие катастрофы у нас в прошлом. Только на основе изучения этого исторического прошлого, на основе изучения наших истоков, наших ценностей, которые формировались на протяжении всей истории, и понимания того, как развивалась наша страна, почему она пошла сюда, а не сюда, где развилки, что произошло; только в этом случае мы сможем не просто сформировать идею «мы хотим жить лучше, чем сейчас», а сформировать достаточно чёткую, внятную, детальную картину будущего и путей построения этого будущего. Кстати, хочу подчеркнуть, что недавно созданный институт социальной архитектуры в России, по сути, занимается моделированием будущего на основании тех знаний, которые у нас есть.

Есть хороший термин, кстати, он тоже связан с концепцией исторического просвещения: «исторический суверенитет» — это право самостоятельно определять, трактовать свою собственную историю. Из огромного числа стран, которые существуют в мире, буквально десяток наберётся тех, кто имеет своё собственное представление о своей истории и активно на основании этого формирует своё представление о роли и месте себя в мире, и о том, что мы — конкретная страна или группа стран — хотим получить в будущем. Наша задача состоит в том, чтобы исторический суверенитет у нас был, чтобы мы имели возможность самостоятельно трактовать, а не принимать в качестве ценного дара трактовки фонда Сороса или кого-то ещё. Самостоятельно трактовать свою историю и на этом основании строить свои взгляды на будущее.

Хочу отметить, что в стратегических и концептуальных документах многих стран есть образ исторического прошлого. В конституциях он есть, в стратегиях и концепциях развития он есть, в концепциях внешней политики. То есть это не какое-то особое российское увлечение историей. Очень многие страны, в том числе многие европейские страны, дорожат своей историей, увлечены своей историей и через историческую ретроспективу рассматривают современность. В том числе рассматривают образ друзей и врагов и видят в России своего вековечного противника.

Если, например, говорить о Европе, я бы сконцентрировал своё внимание на двух аспектах. Первый аспект — это реваншизм Европы. Ведь Европа проиграла Вторую мировую войну. Честно скажем, это была объединённая нацистами Европа, которая пришла на территорию Советского Союза и понесла поражение. Ведь Берлин защищали от Советской красной армии французские дивизии, мы об этом не всегда вспоминаем. Мы помним Нормандию — Неман, безусловно, Шарля де Голля, французских коммунистов — это, при всём уважении к ним, горсть. А основная масса французов сражалась под Москвой против Советского Союза и под Берлином против Советского Союза.

То же самое касается других европейских стран меньших по масштабам, чем Франция. Сейчас это коллективная ответственность европейских народов, которые вместе с нацистской Германией шли против Советского Союза. Коллективная ответственность, например, финнов за концлагеря на оккупированных территориях Советского Союза. Коллективная ответственность за геноцид, который осуществлялся в отношении советского народа. Сейчас они пытаются это забыть и поэтому переписывают историю, вместо того чтобы извлечь уроки и принять как данность — да, наши предки совершили ошибку, а, может быть, в какой-то степени и преступление. В значительной степени преступление.

Есть вторая тема. К сожалению, целый ряд государств Европы, и не только Европы, и постсоветского пространства, например, Украина, Молдавия или республики Прибалтики, строят свою нынешнюю идентичность на исторической лжи. На том, что пытаются создать некую историю вечной борьбы с Россией, историю противостояния колонизаторам в лице Российской империи и Советского Союза, и на этом отстроить современную собственную идеологию и современную идентичность. Это очень опасная игра, которая может привести к распаду государственности, что мы наблюдаем сейчас в качестве трагедии на Украине.

Если говорить о Соединенных Штатах, то, к сожалению для нас, США, проводя свою гегемонистскую политику, постоянно нарушают интересы нашей страны. Кстати, американские солдаты были захватчиками на территории России в годы Гражданской войны, российские солдаты никогда на территорию Соединённых Штатов в качестве захватчиков и оккупантов не ступали. И несмотря на пример позитивного взаимодействия в рамках антигитлеровской коалиции, нужно признать, что последние десятилетия отношения развиваются скорее в негативном ключе. Да, эти отношения не являются линейными. В них есть периоды разрядки, в них есть периоды перезагрузки, потепления отношений. И сейчас есть шанс, что такой период может наступить. Но, тем не менее, в основе абсолютное противопоставление интересов. Потому что интерес России — защитить наш суверенитет и наши национальные интересы. Интересы США — сокрушить Россию, потому что Россия единственная страна, которая американцам мешает господствовать в мире, потому что Россия единственная страна, которая может нанести поражение Соединённым Штатам, обладая достаточным военным потенциалом.




Печать