Зачем Уиткофф прилетел к Путину, и что теперь ждать от Трампа

Президент США Дональд Трамп отправил своего спецпосланника Стивена Уиткоффа в Кремль на встречу с российским лидером Владимиром Путиным, чтобы попытаться отказаться от своего же ультиматума. Штаты хотят договориться, а не усугублять ситуацию, сказал в интервью URA.RU эксперт международного клуба «Валдай» Андрей Кортунов. Теперь, по его словам, у Трампа есть три варианта: отложить, пересмотреть или вообще отказаться от усиления давления на Россию и ее партнеров. Что он выберет — станет понятно уже сегодня вечером.

Помощник президента России Юрий Ушаков по итогам пятой встречи Путина и Уиткоффа сообщил, что разговор был полезным и конструктивным. Россия передала американской стороне сигналы по украинскому вопросу и получила соответствующие сигналы Трампа. Второй темой стали перспективы развития стратегического сотрудничества между США и Россией.

— Что значит визит Уиткоффа в Москву к Путину буквально за день до истечения срока ультиматума Трампа (срок завершается 8 августа)? Не выглядит ли это так, что американцы просто стремятся уложиться в установленный ими же срок?

— Конечно, они стремятся уложиться. Это можно считать одной из последних попыток освободить Трампа от необходимости принятия не очень приятного для него решения по санкциям. Уиткофф, скорее всего, привез какие-то новые предложения с американской стороны, но также надеется получить встречные идеи от Москвы, которые могли бы быть достаточно весомыми, чтобы Трамп имел возможность говорить о наличии существенного прогресса в направлении соглашения о прекращении огня.

— Получается, визит Уиткоффа показывает, что Штаты все же хотят договариваться, а не усугублять ситуацию?

— Думаю, что да. Это сквозит в высказываниях и самого президента США, и его ближайшего окружения.

Все понимают, что санкции, о которых заявил Трамп, будут весьма неприятными для самих Штатов, ограничения поставят целый ряд политических и экономических вопросов.

Надо будет как-то договариваться с американскими партнерами, которые одновременно — торговые партнеры России. Придется делать какие-то исключения, послабления, может быть, откладывать какие-то санкционные решения. Все это будет вызывать критику, в том числе внутри США. Это для Трампа, в общем-то, вынужденная и не самая приятная мера. Если бы ее удалось избежать, то, скорее всего, это воспримут в Белом доме позитивно.

— С момента последнего визита Уиткоффа в Россию, а также последнего разговора Путина и Трампа, американский лидер и его команда сделали немало противоречивых заявлений. И это уже даже назвали в СМИ «шоу Трампа». Какую роль в этом шоу американцы отвели России? Есть ли резон нам им подыгрывать?

— Российско-украинский конфликт рассматривается Трампом как раздражитель, как препятствие на пути к тому, чтобы заняться более стратегическими и сложными вопросами — прежде всего отношениями США и Китая. Поэтому, конечно, Трамп хотел бы сбросить этот балласт, исходя из того, что идея Байдена и его европейских союзников — нанести России стратегическое поражение и решить этот конфликт в пользу Украины на поле боя — уже, очевидно, не работает и требует пересмотра.

При этом также понятно, что Трамп не готов к тому, чтобы исход конфликта однозначно воспринимался в мире как победа российской стороны, как личная победа президента Путина. Трампу нужна его победа, победа Трампа.

Поэтому он пытается найти такие параметры соглашения, которые бы с его точки зрения были бы достаточно благоприятными для Москвы, но при этом не давали бы России всего того, о чем она многократно говорила как о условиях достижения мирного соглашения. Трамп, например, не готов говорить о каких-то серьезных ограничениях военного потенциала Украины. Понятно, что в его предложениях ничего не говорится о денацификации Украины. Тут есть серьезное отличие от российских предложений и Трамп предполагает, что Россия тоже должна пойти на какие-то уступки.

— Путин в прошлую пятницу на Валааме, по сути, уже ответил на ультиматум Трампа еще до встречи с Уиткоффом, сказав, что условия России остаются неизменными. Можно ли в такой конфигурации добиться какого-то соглашения, которое будет устраивать и Россию, и США?

— Сейчас речь идет не столько об окончательном политическом урегулировании, сколько об условиях, которые могли бы привести к деэскалации конфликта. Не случайно Трамп главным образом говорит о перемирии, прекращении огня, его идея в том, что надо остановить смерть людей, военные действия, а дальше уже разберемся.

Здесь позиции сильно расходится, поскольку Россия настаивает на том, чтобы каким-то образом были бы учтены ее условия по преодолению фундаментальных причин этого конфликта. Просто прекращение огня, об этом уже много раз говорилось, может быть использовано украинской стороной для того, чтобы перегруппироваться, подтянуть резервы, увеличить помощь со стороны европейцев и тем самым попытаться переломить ход конфликта.

Здесь действительно есть серьезные расхождения, но, в принципе, при наличии политической воли, даже эти позиции могут быть каким-то образом сближены. Например, Россия в течение целого месяца выполняла взятые на себя обязательство не наносить удары по украинской энергетической инфраструктуре в марте-апреле этого года. Россия могла бы пойти на какие-то шаги по деэскалации при условии, что эти шаги были бы двусторонними, чтобы они были бы сделаны и украинской стороной.

Сейчас идут дискуссии о возможности воздушного перемирия — отказе обеих сторон от нанесения воздушных ударов по целям в глубине обороны противника.

Если бы это получилось, конечно, это очень серьезный шаг. Хотя мы понимаем, что сделать это очень трудно, потому что встают проблемы верификации, проверки выполнения сторонами, не факт, что украинская сторона вообще на это пойдет.

Любое такое соглашение требует наличия доброй воли и готовности обеих сторон следовать тем условиям, которые были обсуждены. Повторю, какие-то шаги по деэскалации возможны, это могут быть шаги, связанные не с использованием конкретных типов вооружения, а, скажем, с территорией конфликта. Турки постоянно говорили о том, чтобы выделить акваторию Черного моря и обеспечить какое-то прекращение огня именно там, в море. Это тоже вариант, о котором, по крайней мере, в принципе можно говорить. Подчеркну, многое зависит от политической воли сторон, от их готовности согласиться на те шаги, которые, с их точки зрения, могут быть и недостаточными, но тем не менее практически значимыми и важными.

— В последние дни Россия и США словно поднимали ставки. Трамп грозил санкциями и пошлинами не только России, но и ее партнерам, отправил две подлодки в «нужное место». Россия сняла с себя ограничения по размещению ракет средней и меньшей дальности. На что указывают эти шаги?

— Россия и США находятся в самом начале пути, пока толком даже не начали движение, потому что пока идет активный конфликт, такое движение начать очень дружно, даже, скорее всего, невозможно. Если говорить конкретно о российско-американском контроле над вооружениями, то складывается впечатление, что в том формате, в котором он был в течение 50 лет, больше не будет существовать.

Сейчас не ведется никаких переговоров о том, чем можно заменить договор СНВ-3 (договор о сокращении стратегических наступательных вооружений, был подписан Дмитрием Медведевым и Бараком Обамой 8 апреля 2010 года, срок действия истекает в феврале 2026 года. — Прим. ред.). Россия отказалась от моратория на ракеты средней и меньшей дальности — это признание того, что договор о ликвидации РСМД 1987 года уже не будет возрожден в той или иной форме. Какие-то новые механизмы могут быть созданы, но они будут другими. Например, они, может быть, будут многосторонними, может быть, там будет акцент не на количественные сокращения, а на какие-нибудь меры доверия, транспарентности, обмена информацией. Возможно, речь пойдет о снижении боеготовности отдельных систем.

— На вечер готовится заявление Трампа. Чего ожидать от него? Станет ли оно реакцией на встречу Путина и Уиткоффа?

— Все не только в Москве, но и в Вашингтоне ждут каких-то результатов. Трамп должен оценить, насколько эти результаты дают ему основания отложить, пересмотреть или вообще отказаться от идеи усиления санкционного давления.

Из заявления Трампа мы узнаем, насколько результат, достигнутый в течение трехчасовой встречи Путина и Уиткоффа, — достаточное основанием для того, чтобы все-таки отказаться от уже объявленных шагов по усилению давления на Россию.

— Трамп вновь заявил, что США хотят выйти из конфликта на Украине. А могут ли они реально это сделать, если они сами спровоцировали конфликт и продолжают поставки оружия ВСУ. Могут ли они «выйти» из конфликта сейчас?

— Тут надо уточнить, что мы понимаем под выходом из конфликта. Ясно, что полностью выйти Штаты не могут, поскольку это, помимо всего прочего, еще и вопрос об американском лидерстве, о самом Трампе, его роли в мировой истории.

США хотели бы переложить главные издержки конфликта, затраты на поддержку Украины на европейских партнеров. Это подтверждают заявления американцев о том, что «да, мы готовы поставлять Patriot, но пусть европейцы нам заплатят, для нас это будет просто бизнесом». Штаты в любом случае будут менять формат своего участия в конфликте. Помимо этого, общая вовлеченность в этот конфликт будет постепенно сокращаться, поскольку есть усталость, есть непонимание того, как можно этот конфликт завершить. Я думаю, что это все приведет к тому, что американское участие хоть и не исчезнет полностью, но будет все-таки снижаться. Печать