Ереван использовал встречу для трансляции своих обид

Член правления РАПК, глава аналитического центра «Политген» Ярослав Игнатовский – о встрече Владимира Путина с премьер-министром Армении Николом Пашиняном.

Визит армянского премьера Никола Пашиняна в Москву 1 апреля 2026 года, который он сам назвал «очень успешным», стал, пожалуй одним из самых ярких событий года для Армении. Встреча с Владимиром Путиным, прошедшая на фоне предстоящих летних парламентских выборов в Армении и её явного курса на сближение с Евросоюзом, превратилась, по сути, в публичную демонстрацию кризиса отношений между странами.

Обсудили многое, в том числе заморозку членства Армении в ОДКБ. Пашинян снова заявил, что механизмы организации должны были сработать во время обострения на границе в 2022 году, но они этого не сделали. По его словам, Ереван «до сих пор не может объяснить гражданам» бездействие союзников, что и стало причиной отказа от участия в работе альянса. В ответ Владимир Путин напомнил, что сама Армения в Праге в 2022 году признала Карабах частью Азербайджана, поэтому вмешательство ОДКБ было бы «совсем некорректно». Он прямо призвал поставить точку в этом вопросе и не делать его частью внутриполитической борьбы. В ответ Пашинян заявил, что возвращение Армении в ОДКБ нереалистично.

На встрече Пашинян также подтвердил курс на сближение с Европейским союзом, но оставил окончательный выбор между ЕС и ЕАЭС гражданам на референдуме (а как проводятся референдумы на постсоветском пространстве мы знаем по примеру Молдавии). Путин, в свою очередь, предупредил, что находиться в двух таможенных союзах одновременно «просто невозможно», подчеркнув, что это вопрос экономики, а не политики. Пашинян в свою очередь подтвердил, что Россия остаётся ключевым экономическим партнёром, а сам визит был «очень успешным». Армянская прагматика как она есть.

Получается, что Ереван использовал встречу как площадку для трансляции своих обид, адресованных как внутренней, так и западной аудитории. Публично он хорошо общается с Россией, а по ключевым вопросам он придерживается проевропейской линии.