Россия смогла создать огромный резервуарный парк для нефти

Экономический обозреватель журнала «Монокль», ведущий канала «Графономика», эксперт Центра ПРИСП Евгений Огородников – об эффективности российского «теневого флота».

Удивительно, каждую зиму одно и то же: крупнейшие западные СМИ заполняют вопли — «АААА, смотрите, русские танкеры с нефтью стоят в море, их нефть никому не нужна, санкции работают!»

На графике сверху — количество российской нефти на воде - более 150 млн барр.

Первое, что бросается в глаза, — ярко выраженная сезонность. Зимой нефти на воде становится больше, потом наступает пиковый летний спрос, и все эти излишки рассасываются. И в этот момент западные СМИ молчат.

Но, тут важно другое — благодаря «теневому флоту» Россия наконец-то смогла создать огромный резервуарный парк для нефти: вопрос, активно обсуждаемый в 2020 году — а не завести ли в нашей стране свой стратегический резерв нефти? Вот, завелся сам, без фанфар и перерезания ленточек.

Второе, о чём говорит график — до СВО «российской нефти на воде» было заметно меньше (ААА, санкции всё же работают!). Но тут нужно вспомнить, что российская нефть до начала конфликта с Европой в основном была сухопутной и снабжала по трубопроводу «Дружба» плеяду европейских государств. Теперь эта нефть пошла на воду, и просто арифметически её количество в танкерах выросло.

Третье — мало кто понимает, в том числе в Kpler, в какой момент российская нефть становится индийской, сингапурской, арабской или турецкой. Работа с накладными и флагами — отдельное направление искусства российского нефтетрейдинга. На то он и нацелен, чтобы скрыться от разведок США и Старого Света. Поэтому количество российской нефти на воде в каждый момент — это очень абстрактная величина.

Четвёртое — согласно данным Kpler, нефти на воде в этом году стало чуть больше (на несколько процентов), чем в аналогичный период 23 и 24 годов. Но российская торговля перестраивается. Возможно, теперь отгрузки из портов Ленобласти идут не в Индию, а, например, в Китай или Индонезию. А суда могут несколько дней стоять в дрейфе, ожидая окна разгрузки.

В общем, количество переменных в уравнении торговли российской нефтью выросло кратно. И делать какие-то однозначные выводы из того, что нефти в море стало больше, — нельзя. Печать