Выборы в США: почему дизель важнее «русской угрозы»

Профессор кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ, доктор политических наук, член Совета Ассоциации российских дипломатов, эксперт РСМД Владимир Пряхин – о выборах в США и российско-американской сделке по дизелю.

В мировой политике не так часто случаются события, столь драматично вздымающие вверх волны мирового медиаокеана. К числу таких событий, безусловно, относится договоренность Президентов России и США о поставках на американский рынок российского дизельного топлива.

Решение Трампа пойти на эту сделку с Москвой вызвало зубовный скрежет европейских союзников США, не говоря уже о киевской хунте. Все они однозначно оценили сделку как предательство интересов «коллективного Запада».

Но почему, собственно говоря, Трамп должен руководствоваться пониманием этих интересов в редакции Лондона, Парижа, Берлина, или кого-либо ещё за пределами Соединённых Штатов Америки? У Трампа своё представление об этих интересах. К тому же в стремлении служить этим интересам он не должен забывать и о собственных интересах США и американского народа.

В данном случае на карте весьма важный для американцев вопрос о ценах на дизельное топливо. И от решения этого вопроса зависел и зависит до сих пор исход промежуточных выборов в палату представителей и в сенат конгресса США во вторник 3 ноября. В какой-то степени зависит судьба самого Трампа как президента великой державы, так как в случае завоевания большинства в обеих палатах конгресса оппозиция может получить возможность лишить его власти посредством процедуры импичмента.

Естественно поэтому, что Белый дом делает всё от него зависящее для недопущения победы демпартии 3 ноября. Но это только часть проблемы. И далеко не самая важная. Как явствует из Стратегии национальной безопасности, подписанной Трампом чуть меньше года назад, политическая элита США всё более задумывается над будущим Америки на мировом глобусе, и это положение только ухудшается от обострения отношений с Россией.

Причём мотивы этого американцам совсем непонятны. Многие из них вообще не знают, где находится Украина, и никогда не смогут отличить украинца от русского. А вот цена на галлон дизельного топлива их волнует куда больше каждое утро. Поэтому логика решения Трампа вполне понятна. Почему, собственно говоря, эта цена должна зависеть от того, что скажут киевские политики? И не похоже ли это на ситуацию, когда хвост вертит собакой? Ответы на эти вопросы легко можно прочесть в официальных заявлениях Кремля.

Вопли и завывания о «русской угрозе» также вызывают раздражение в Белом доме. Хотя и Москва, и Вашингтон не выходят за пределы ограничений по ядерным арсеналам, установленных Договором СНВ-3, срок действия которого истёк 6 февраля этого года, у США до сих пор на боевом дежурстве больше стратегических ядерных зарядов, чем у России. Каким-либо американским интересам Россия не угрожает и в обозримом будущем угрожать не может. Вот уже 216 лет Москва неизменно стремится строить отношения с США на основе установки Александра I, высказанной в беседе после вручения первым американским послом верительных грамот российскому монарху в Зимнем дворце: «Между Россией и Соединёнными Штатами не может быть противоречивых интересов и причин для разрыва, а торговля между ними должна быть выгодна для обеих сторон».

Изобретенная на Западе для запугивания западного же обывателя «русская угроза» – это фикция, но если европейский обыватель так уж сильно боится России, то пусть он сам и платит за укрепление обороноспособности Евросоюза. Такова линия Трампа, и она соответствует настроениям американского электората. Тем более что ни в Первой, ни во Второй мировых войнах США очень уж активно в Европе задействованы не были. В фокусе американских интересов находилось и продолжает находиться восточное полушарие мирового геополитического глобуса.

Конечно, Трамп вряд ли может рассчитывать на свое участие в президентских выборах 2028 года – этого не позволяет ни конституция США, ни его собственный возраст. Но ему, в отличие от своих предшественников, удалось сколотить вокруг себя мощную и достаточно креативную группу амбициозных и достаточно молодых единомышленников, видящих США мировым лидером независимо от их хилых европейских союзников. Россия и Китай в парадигме их политического мышления – независимые конкурирующие с Соединёнными Штатами центры мировой политики, с которыми следует выстраивать партнёрские отношения, воздерживаясь от прямой конфронтации. Эта линия диаметрально противоположна маниакальной идее евронацистов о необходимости нанесения России «стратегического поражения».

В группе единомышленников Трампа – вице-президент Джей Ди Вэнс, специальный советник Стивен Уиткофф, собственный зять и влиятельный фигурант на американской политической сцене Джаред Кушнер. С оговорками различной степени к ним можно отнести госсекретаря Марко Рубио, министра финансов Скотта Бессента, министра войны Питера Хегсета. Не следует также забывать и о самом богатом бизнесмене мира Илоне Маске, возглавившем на первых порах президентства Трампа давно назревшую кампанию по очищению государственного аппарата США от балласта. Симптоматично, что в этом балласте оказались и такие атавизмы «холодной войны», как радио «Голос Америки», и важнейший рычаг механизма «цветных революций» – Агентство США по международному развитию (USAID).

Было бы непростительной ошибкой считать всех этих американских политиков друзьями России. Они, безусловно, стремятся к сохранению и повышению роли США на международной арене вплоть до беспрекословного лидерства для всех государств мира.

Но добиваться этих целей они предпочитают экономическими инструментами и исключают ядерную войну как средство внешней политики. Авантюрная линия европейских лидеров как раз направлена на провоцирование глобального столкновения между США и Россией. А это противоречит и здравому смыслу, и линии Белого дома в настоящее время.

Развёртывающееся на наших глазах противостояние между противоположными сегментами американской политической элиты превосходит по своему значению фактор личности самого Дональда Трампа. Исход его будет решаться позже – и до конца его нынешней каденции, и уже после его ухода с политической арены, независимо, кстати говоря, от того, кто победит на президентских выборах 2028 года.

В настоящее время важно, сумеет ли действующий президент США сохранить позиции в конгрессе, так как неблагоприятный для него исход выборов 3 ноября откроет дорогу для задействования процедуры импичмента и отстранения его от власти, как это уже имело место с Ричардом Никсоном в 1974 г. Сам Трамп уже дважды благополучно прошел через процедуру импичмента в 2019 и 2021 гг. Для вынесения вердикта тогда в сенате не набралось необходимых двух третей (67) голосов сенаторов.