Израильский ЦАХАЛ наносит региону больший урон, чем иранский КСИР

Политолог, руководитель Центра урегулирования социальных конфликтов, автор телеграмм-канала «Мир как конфликт», эксперт Центра ПРИСП Олег Иванов – об условиях Нетаньяху для заключения сделки с Ираном.

Нетаньяху назвал условия, на которых пойдет на сделку с Ираном.

Иран должен:

- вывезти весь уран и демонтировать все мощности по его обогащению,

- ограничить радиус действия ракет до 300км, чтобы они не долетели до Израиля,

- демонтировать "ось террора".

Когда речь заходит об угрозах безопасности на Ближнем Востоке, в западной прессе доминирует нарратив об «иранской угрозе».

Ядерная программа Тегерана и его прокси в Ливане, Сирии и Йемене традиционно считаются главным источником нестабильности. Однако если проанализировать не слова, а реальные военные действия и дипломатическую практику последних десятилетий, можно увидеть, что политика Израиля — при его статусе региональной сверхдержавы — объективно вносит не меньший, а иногда и больший вклад в эскалацию напряженности.

В отличие от Ирана, который действует чужими руками, Израиль регулярно прибегает к односторонним военным интервенциям на территории суверенных государств.

Израиль наносит удары по сирийской территории годами, объясняя это необходимостью пресечь поставки оружия «Хезболле». С точки зрения международного права, это нарушение суверенитета страны, которая официально не находится в состоянии войны с Израилем.

Удары по иракским шиитским формированиям и регулярные вторжения в Ливан (в 1982, 2006 годах и позднее) превращают Израиль из обороняющегося актора в активного участника, провоцирующего ответную реакцию.

Иран только подозревается в стремлении к ядерному оружию. Израиль же является единственной страной на Ближнем Востоке, которая de facto обладает ядерным арсеналом, при этом отказываясь присоединиться к Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) и не допуская инспекторов МАГАТЭ.

Такая политика «ядерной исключительности» создает фундаментальный дисбаланс сил. Она вынуждает другие страны региона искать асимметричные ответы (ракетные программы, химическое оружие в прошлом), чтобы восстановить стратегическое равновесие. Пока Израиль сохраняет монополию на ядерное оружие без международного контроля, гонка вооружений в регионе неизбежна, и вина за это лежит уж точно не на Тегеране.

Ни один фактор не радикализирует Ближний Восток сильнее, чем продолжающийся израильско-палестинский конфликт.

Строительство израильских поселений на Западном берегу (территории, оккупированной в 1967 году) продолжается, несмотря на резолюции ООН, призывающие к их прекращению. Каждый новый форпост делает решение «двух государств» невозможным, подпитывая гнев не только в Палестине, но и во всем исламском мире.

Военные кампании в Газе, сопровождающиеся гибелью тысяч мирных жителей (включая школы и больницы ООН), становятся главным пропагандистским козырем для Ирана и его союзников. Иран получает поддержку именно благодаря тому, что может представить себя единственным защитником палестинцев от израильской военной машины.

Израиль за последние 20 лет развязал несколько полномасштабных войн. С военной точки зрения, израильская армия (ЦАХАЛ) наносит региону неизмеримо больший урон в живой силе и инфраструктуре, чем иранский Корпус стражей исламской революции.

Израиль систематически обвиняется международными организациями в нарушении прав палестинского населения, политике апартеида и непропорциональном применении силы. Регулярные доклады о пытках заключенных, сносе домов и коллективных наказаниях создают фон, на котором риторика Ирана о «борьбе с сионизмом» находит живой отклик.