Нужно доходчиво объяснить гражданам, для чего нужна экономия

В Новосибирской области приняли бюджет на 2026 год – его называют самым сложным за последние 25 лет. После первого чтения было внесено свыше 200 поправок, большая часть из которых – губернаторские. Дефицит составляет более 40 млрд рублей. По ряду направлений решено уменьшить расходы: экономия коснется системы ухода за гражданами пожилого возраста и инвалидами, модернизации школьного образования, содержания хоккейного и баскетбольного клубов.

Политконсультант, представитель РАПК в Сибири, эксперт Центра ПРИСП Игорь Кузнецов – о бюджете Новосибирской области, принятом на 2026 год.

Принятие сложного бюджета региона на 2026 год нельзя рассматривать в отрыве от общероссийской повестки. Новосибирская область здесь не уникальна – ситуацию стоит оценивать через призму глобальной перестройки экономики страны. Дефицит – это сегодня практически норма: более 60% регионов России сталкиваются с разрывом между доходами и расходами. Таким образом, бюджет реалистичен, так как отражает текущие приоритеты. Расходы выросли колоссально. В приоритете – нужды СВО, выплаты бойцам, соцподдержка семей, то есть защищенные статьи, которые финансируются в первую очередь. Доходы регионов же просели или стагнируют. Это прямое следствие санкционного давления и структурной переориентации экономики. Вынужденная экономия необходима ради обеспечения базовой стабильности и выполнения госзадач.

Поскольку социалка и зарплаты бюджетникам – статьи защищенные, под сокращение могут подпасть статьи, связанные с комфортом, а не с базовыми вещами. Например, сэкономить могут на имиджевых проектах и событийном туризме, капитальных вложениях в инфраструктуру, которые можно отложить на год-два без риска моментального коллапса, благоустройстве, если оно не финансируется по отдельным федеральным программам. Ситуация сложная, но не тупиковая. Федеральный центр, безусловно, видит проблему, она общая для многих регионов, инструменты поддержки есть.

Однако и перед регионами стоит задача системно работать над повышением собственного налогового потенциала. Еще один реальный инструмент – лоббистские возможности губернатора Травникова и активное участие в федеральных программах. Однако федеральные деньги практически всегда целевые, перекрыть ими кассовые разрывы просто так нельзя, поэтому ждать появления большого объема живых денег тоже не стоит.

В плане реализации мусорной реформы здесь работает та же логика: денег мало, контроль жесткий. Взяв регоператора под прямое управление, правительство региона снижает риск полного коллапса, поскольку частника сложнее контролировать в кризис. Денег на масштабную инвестпрограмму может и не хватить, но у госструктуры больше возможностей получить льготное кредитование или войти в федеральные проекты, чем у частника-банкрота. Риск пробуксовки реформы есть, зато риск мусорного коллапса под госуправлением снижается. Сфера ЖКХ, пожалуй, самый тонкий момент. Экономия на модернизации сетей на фоне их износа – фактор риска. В случае крупных аварий деньги придется изыскивать экстренно из резервных фондов в режиме оперативного латания дыр.

Для губернатора Андрея Травникова и его команды 2026 год станет еще одним экзаменом по управленческой гибкости. Основная тонкость тут не в самом дефиците бюджета (люди видят общую ситуацию), а в качестве коммуникации. Если власть может просто и доходчиво объяснить гражданам, для чего нужна экономия, они, как правило, могут это понять.