Санду не видит действенного ответа на свою политическую наглость

Политтехнолог, управляющий партнер коммуникационной группы «Первый советник», член РАПК, эксперт Центра ПРИСП Константин Труфанов – о парламентских выборах в Молдове и их последствиях.

Это действительно грязные выборы, технологии из 90-х. С одной стороны, минимальная возможность проголосовать для граждан Молдовы в России и Приднестровье, с другой – широкое голосование в европейских странах, в заокеанских диаспорах. Об этом уже много сказано, долго повторяться не буду. Хотелось бы остановится на том, почему так произошло и что будет дальше.

Первое, что я важно подчеркнуть, – ничего необычного на этих выборах не произошло. Майя Санду планомерно, уже в течение нескольких избирательных кампаний, пробует на прочность систему – как европейскую, так и международную. В том смысле, будет ли реакция на те или иные нарушения законодательства при проведении выборов. Так было, и мы говорили про это, в ходе референдума о выборе Молдовой европейского пути. Так было и в ходе президентской кампании, когда сама Майя Санду на территории Молдовы проиграла Александру Стояногло, но за счет подтасовок и голосования диаспор на выборах победила. То же самое произошло и сейчас в ходе парламентской кампании.

Думаю, часть вины тут лежит и на мировом сообществе. На мой взгляд, совершенно недостаточной была реакция, скажем так, здравомыслящих стран и государств, в том числе России. И, кстати, Турции тоже. В Молдове очевидным образом ущемляется гагаузское население (преследование башкана Гагаузии, лишения свободы Евгении Гуцул), а гагаузы этнически близки к туркам. Так же очевидно и притеснение русскоязычного населения. Но Российская Федерация, к сожалению, реагировала на это только в формате каких-то заявлений, настороженности и обеспокоенности.

По большому счету России никакого влияния выборы в Молдове не оказывала, чтобы там Мая Санду не говорила про сотни миллионов евро, потраченных РФ на избирательную кампанию.

Отсюда такой результат – Санду видит, что никакой действенной реакции на ее политическую наглость нет и продолжает наглеть дальше. Да, ее партия потеряла несколько мандатов, но блокирующий, даже контрольный пакет в республиканском парламенте Санду сохранила, поэтому может спокойно формировать новое правительство и продолжать «руководить» страной еще почти пять лет.

Эта политическая наглость проявляется и дальше. Продолжается преследования оппозиционных сил (то, что за день до голосования сняли с выборов две партии оппозиционного толка – в принципе нонсенс). Буквально на второй день после выборов семилетним сроком лишения свободы завершилось уголовное дело в отношении Марины Таубер (члена партии «Шор» и сторонницы Илана Шора) за якобы нарушение финансирования при проведении избирательной кампании. Многие наблюдатели уже назвали это личной местью Санду, которая продолжает уничтожать оппозицию внутри страны.

Что будет дальше? На мой взгляд, силы оппозиции внутри Молдовы практически исчерпаны. Электоральными методами невозможно скинуть действующий режим, потому что все законы пишутся под президента Санду и ее партию. На нее же работает весь силовой блок, ее поддерживает ЕС и лидеры стран Евросоюза. Скорее всего, каких-либо подвижек можно будет ожидать лишь в случае серьезных геополитических изменений в Европе и в мире.

Как вариант, после многолетних нарушений избирательных прав на действующего президента и на саму Молдову (а это беднейшая страна в Европе по всем официальным данным), начнет все-таки косо поглядывать сама Европа. Так или иначе Санду все это творит под флагом демократических мер, которые ведут республику по европейскому пути. Если в какой-то момент европейским лидерам надоесть ее постоянно прикрывать, то возможно созреет решение по смене власти в стране, что, безусловно, не гарантирует прихода к власти кого-то лучшего.

Второй фактор, который может поменять положение дел в регионе, увязан с продолжением специальной военной операцией. В первую очередь, конечно, мы говорим про Приднестровье, которое зажато между Украиной и Молдовой. Ситуация там очень непростая. А вот отношение властей Молдовы к Приднестровью, как и к Гагаузии, можно считать неким маркером, который характеризует в целом отношение страны к России, к русскоязычному населению.

Надо понимать, что для нынешнего руководства Молдовы сам факт наличия Приднестровья и продолжение скрытого конфликта с левым берегом Днестра – раздражающий фактор. Не исключено, что Санду, получив год назад «вотум доверия» для себя, а сейчас и своей партии, может попытаться (не без участия западных кураторов, естественно) силовым путем решить проблему Приднестровья. И надо сказать, для нее этот шаг сейчас, наверно, был бы обоснованным, так как чем больше времени проходит, тем больше накапливается негатив в отношении Санду не только со стороны жителей Молдовы, Приднестровья и Гагаузии, но и со стороны европейцев, которые уже немножко подустали от такого токсичного соседства.

Но это будет уже совсем другая история. Печать