Урегулирование украинского конфликта в историческом контексте

Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин для Telegram-канала НЕЗЫГАРЬ *(16.08.2024 г. Министерство юстиции РФ внесло в реестр иностранных агентов)– о попытках мирного урегулирования российско-украинского конфликта.

Если посмотреть на попытки урегулирования украинского конфликта в историческом контексте, то получается следующая двухэтапная картина.
Этап первый. С марта функцию посредника выполняет Эрдоган – это единственный посредник, который добился чего-то конкретного, то есть заключения зерновой сделки. Ничего большего сделать не удалось – подробности узнаем из мемуаров, где, видимо, будет подробно рассказано, на чем именно решительно настаивала Россия и какой вариант документа, в конце концов, отклонила Украина.

Недолговременная попытка посредничества со стороны теперь уже бывшего премьер-министра Израиля Беннета оказалась безрезультатной. Характерно, что нынешний премьер Нетаньяху, куда более опытный в вопросах внешней политики и значительно лучше знающий российского президента, с предложениями об урегулировании не выступает, понимая, что добиться успеха при диаметрально противоположных интересах сторон, мягко говоря, крайне затруднительно. Тогда же о возможном посредничестве заявил и президент ЮАР Рамафоза – но на тот момент без последствий.

В прошлом году начал попытки посредничества Ватикан, который традиционно позиционирует себя как миротворец во время международных конфликтов, нередко подвергаясь за это критике (еще в Первую мировую войну папу Бенедикта XV в странах Антанты подозревали в германофильстве). Причем посредничество обычно неудачное (пример – попытки предотвратить войну в Ираке в 2003 году). Не составляет исключения и нынешняя ситуация, когда папу Франциска ждут в Киеве, но не ждут в Москве (визит папы в Москву стал бы мощнейшим раздражителем для консервативной части клира, монашества и паствы Русской церкви, которая воспринимает православно-католические отношения в контексте фильма «Александр Невский»). А если папа поедет только в Киев, то он займет одну из сторон.

В общем, первый этап закончился практически ничем – если не считать зерновой сделки.

Второй этап начался с китайского плана урегулирования – за все хорошее, но без сколько-нибудь ясных механизмов и с тщательным обходом всех подводных камней. Однако с учетом мощной роли Китая в мире план получил широкую известность. Более того, Китай показал свою мягкую силу в условиях, когда завышенных ожиданий давно нет, и скорых прорывов никто не ждет (так что вполне вероятная неудача не будет воспринята как поражение). Китай апеллировал к незападному миру, дистанцируясь от всех участников конфликта и позиционируя себя как третья сила.

И тут же оказалось немало желающих тоже стать третьей силой – Китай дал этому мощный импульс. Отсюда и миротворчество нового бразильского президента Лулы – ему надо продемонстрировать, что он фигура мирового масштаба в отличие от своего предшественника и конкурента, «бразильского Трампа» Болсонару (который остается серьезным конкурентом Лулы внутри страны). И заявленная африканская инициатива, повышающая международный престиж президента Рамафозы, которому сейчас предстоит решить сложную задачу – как, принимая саммит БРИКС, не испортить отношения ни с Россией, ни с Западом на фоне выдвижения обвинения Международным уголовным судом в отношении российского президента. На этом фоне куда легче и имиджево выгоднее заняться миротворчеством. На этом фоне вновь активизировался Ватикан, направляя своих представителей в Москву и Киев.

При этом ни одна из сторон априори не отвергает мирные инициативы – такое поведение было бы имиджево проигрышным. Всех принимают, слушают, но пока ничего не меняется. Самые большие оптимисты ждут каких-то первых серьезных сигналов к осени, вспоминая о корейской войне 1950-х годов, когда компромисс казался временным, а держится до сих пор. А пессимисты вздыхают над историей восьмилетнего конфликта между Ираном и Ираком. Печать