«Парнас» не взлетит, даже на РПР

Первым реальным проявлением «политической оттепели» стали не выборы губернаторов, которые пока ещё нигде не прошли, а упрощение порядка регистрации партий и восстановление Республиканской партии. Лидер РПР Владимир Рыжков призывает к объединению демократическую оппозицию под знаменами своей партии. Политический обозреватель Тайги.инфо Алексей Мазур рассуждает о том, насколько это удастся.

То, что делает Кремль, очень трудно назвать словом «последовательность». Увеличили в сто раз штрафы за нарушения при проведении массовых мероприятий. Не в два, не в три, а в сто! А перед этим понизили в сто раз планку численности, необходимой для регистрации политической партии. Теперь всего 500 человек вместо 50 000 могут создать общероссийскую партию и идти с ней на выборы.

Это означает смену тактики Кремля. Если оппозицию не удалось задавить, значит, надо её раздробить. Удерживать реальную оппозицию за рамками «системной политики» стало невозможным. Высокий «заградительный барьер» был бы очевидно преодолен в ближайшие год-два, и Кремль рисковал бы получить мощную объединенную оппозиционную партию. А резкое понижение барьера гарантирует мгновенное появление множества мелких партий, ведущих грызню между собой.

После появления на сцене всяких навальных и удальцовых старые потёртые оппозиционеры стали Кремлю совсем не страшны, а даже полезны. Есть в кого тыкать пальцем и говорить: «Смотрите, они развалили страну в 90-е и снова хотят!». Поэтому оставлять Республиканскую партию и «Парнас» («Партию Народной Свободы») без регистрации стало совсем бессмысленно.

И вот Верховный Суд России ничтоже сумняшеся отменил своё решение пятилетней давности о лишении РПР регистрации.

Лидер РПР Владимир Рыжков — один из самых разумных политиков либерального фланга. К тому же он выходец из региона, из Алтайского края, и понимает, что Россия не ограничивается МКАДом.

Однако объединить под знаменами РПР существенную часть тех, кто зимой протестовал против нечестных выборов, ему всё равно не удастся.

На данный момент РПР — «пустая партия», бумажка без людей. За прошедшее время люди из партии либо разбежались, либо, как и сам Рыжков, вступили в «Парнас», куда собрались представители разных организаций демократически-либерального толка. Зато у «Парнаса» нет регистрации.

Поэтому первое и вполне естественное действие — слияние РПР и «Парнаса» по схеме «бумажки от РПР, люди от Парнаса». И партия получит новое название «Республиканская партия народной свободы». То есть «Тяни-Толкай» вместо «Парнаса».

Так, в Новосибирске отправлять делегатов на съезд будет местное отделение «Парнаса», члены которого перед этим формально вступят в РПР. Как сообщил лидер новосибирского «Парнаса» Егор Савин, на съезд отправят двух делегатов, а сложностей не будет — для регистрации регионального отделения достаточно полтора десятка человек. Поэтому задача привлечения новых членов пока не стоит.

Слияние прошло без трений и конфликтов и свидетельствует о разумности Владимира Рыжкова, который мог бы начать торговаться, получив заветный «ярлык». Предложение об объединении, по его словам, также было сделано «Яблоку». Но, как мы знаем, этот номер — объединение с «Яблоком» — ещё ни у кого не проходил.

Так что же «не так»? На поверхности лежит идеологическая узость создаваемой партии. В акциях протеста принимали участие люди самых разных взглядов — либералы, левые, правые, националисты. Пожалуй, из «идейных» только так называемые «имперцы» остались на стороне Кремля. И то, скорее, из ненависти к отдельным лидерам протестующих.

Большая часть этого конгломерата в явно «либеральную» партию не пойдёт. Но и это не главное.

Большинство участников зимних протестов вообще ни в какую партию идти не собираются, а к партиям и партийцам относятся с настороженностью. Объединить их могла бы только партия нового типа, «надпартийная» и «надидеогическая». Но ни РПР, ни «Парнас», ни какая-либо другая из заметных партий пока к такому типу не относятся.

В силу сложившейся политической культуры и менталитета активисты относятся друг к другу настороженно и не склонны бежать объединяться. Многие выстраивают отношения друг с другом по типу «я с этим на одном гектаре находиться не стану». Сейчас идёт процесс преодоления такой разобщенности, но он далеко не завершен. И, конечно же, активисты не поспешат вливаться в структуру, в которой уже завелись свои руководители и свои порядки.

Не для того люди зимой выходили на площади, протестуя против ярма «вертикали власти», чтобы тут же идти под «партийное ярмо». Федеральные лидеры продолжают делать одну и ту же ошибку — создают новые партии, исходя из соображений своего удобства. В результате они могут рассчитывать только на собственный «фан-клуб». А если бренд партии достаточно привлекателен, то ещё — на региональных карьеристов-проходимцев.

Скорее всего, Республиканская партия не сможет ни выйти из узкого электорального сегмента (1%-5%), ни привлечь новых (по сравнению с «Парнасом») активистов. Чтобы произошли радикальные перемены в партийной системе, надо, чтобы тысячи активистов из десятков городов России приняли коллективное решение о том, какую партию они создают или в какую партию и на каких условиях они готовы вступить.

А этот процесс совершенно не зависит от того, кому даст или не даст регистрацию Минюст и как между собой договорятся Рыжков, Касьянов и Явлинский. Печать