Причем здесь рейтинг?

Предвыборные рейтинги демонстрируют трудно объяснимую динамику, несмотря на начало активной фазы агитации. Однако в тактическом плане партии власти это ничем не грозит. Угрожает это властям в стратегической перспективе.

Битва за рейтинг «Единой России» в ходе последних предвыборных кампаний происходит всякий раз. И всякий раз журналисты (за исключением телевизионщиков и откровенно пропагандистских СМИ), независимые наблюдатели и представители оппозиционных партий и движений пытались доказать, что рейтинг «партии власти» несколько завышен. Партийцы и сочувствующие в свою очередь доказывают, что журналисты оперируют непроверенными или просто фальшивыми данными.

Так все вроде бы происходило и в ходе нынешней кампании. Три недели назад «Газета.ру» со ссылкой на внутренние опросы ЕР написала, что рейтинг «партии власти» по целому ряду регионов находится на уровне весьма далеком от искомого конституционного большинства. Заявку на две трети мандатов ранее замахивались партийные руководители, включая Бориса Грызлова. Однако с рейтингом в районе 30 процентов по Москве и Санкт-Петербургу сделать это довольно сложно. Да и рейтинг ниже 40 процентов в ряде регионов центральной России оптимизма добавлять не мог.

На этой неделе еще более неприятную для единороссов электоральную статистику выдал журнал The New Times. По его данным, в конце октября ФОМ по заказу единороссов провел исследование, по результатам которого рейтинг партии в столицах и вовсе на уровне 20 процентов. Тут уже не выдержали партийные спикеры. «Всякого рода ссылки на так называемые «закрытые опросы» являются информационной и пропагандистской дезинформацией», — прокомментировал публикацию руководитель общественного совета партии и член предвыборного штаба Алексей Чеснаков.

Впрочем, крупные социологические службы и вполне публично, а не только в закрытых опросах фиксируют сегодня падение рейтинга «партии власти». Последние замеры «Левада-центра» показали, что за последнюю неделю рейтинг «Единой России» снизился с 60 процентов до 51 (от числа определившихся с выбором). Правда, понять за счет чего это произошло очень сложно.

Нынешняя предвыборная кампания, следи мы за нею только по рейтингам, для «партии власти» как бы и не развивается. Это необычно, если сравнивать с двумя предыдущими думскими кампаниями. «Суверенная социология» (по аналогии с «суверенной демократией») сложилась в России после думской кампании 2003 года. Тогда социологические службы уверенно прогнозировали результат «Единой России» на уровне 20-25 процентов. Единороссы набрали 37 процентов, поразив не только социологов, но кажется даже самих себя.

В 2007 году социологи в смысле точности предсказания результата «исправились». В то время как многие указывали не некоторое недоверие и разочарование избирателей властью, рейтинги «Единой России» в ходе предвыборной кампании резко поперли вверх. Тогда, впрочем, у рейтинга имелось оправдание. Список партии возглавил Владимир Путин и партия прибавила с сентября по октябрь 2007 года, по данным того же «Левада-центра», 15 процентов, поднявшись с 53 процентов до 68.

Ирония заключалась в том, что социологи всех трех крупных социологических служб «угадали» результат партии с точностью едва ли не до процента. И это при том, что почти во всех нацавтономиях был зафиксирован поистине аномальный — с точки зрения той же социологии — результат голосования за ЕР: почти стопроцентный результат (иногда и просто стопроцентный — ни голосом меньше) при стопроцентной же (опять-таки иногда буквально) явке. Социологи оправдывались, что смогли просчитать своего рода специальный коэффициент — учесть поправку на админресурс.

Однако сейчас активность тандемократов по продвижению «Единой России» не дает прибавки рейтингу.



По данным ВЦИОМ, на старте предвыборной кампании — еще до съезда ЕР — рейтинг партии составлял 46 процентов. В октябре он также колебался в районе этой отметки, составив к концу месяца 43 процента. Иными словами: рейтинг партии колеблется вокруг некой точки, никак не демонстрируя, что в стране происходят выборы. Похоже, что рейтинг ЕР почти достиг потолка и просто встал. Дадут ли дальнейшие ухищрения властей результат — большой вопрос. Иные партии тоже демонстрируют рост на уровне погрешности, хотя все-таки это рост.

То же касается и намерения россиян голосовать на выборах. Если к октябрю желание голосовать имелось, по данным «Левада-центра», у 60 процентов, то к ноябрь снизилось до 55. В ходе кампаний 2003 и 2007 года в это время наблюдался рост числа изъявляющих желание проголосовать, теперь картина иная.

Социологические замеры — субстанция специфическая и позволяют массу интерпретаций.

Можно сетовать на несовершенство всех опросов — что внутренних, что публичных — и перекосы в выборках. Можно объяснять тревожную для властей «стабильность» рейтинга усталостью от власти и ее хитрыми и уже мало понятными широкому избирателю манипуляциями: от разведения избыточного уже числа предвыборных симулякров вроде «народного фронта Путина» и «большого правительства Медведева» до спорного решения Путина вернуться в президентское кресло. Можно объяснять падение рейтингов последствиями стагнации национальной экономики в кризис. Все эти объяснения имеют право на жизнь и мало что объясняют на деле.

Факт в том, что для власти пока кампания складывается неудачно, но катастрофы на этих выборах ожидать не приходится. Скорее наоборот. Тактически относительно низкий результат партии может быть выгоден условному Путину, которому не нужен сильный политический премьер Медведев и уж тем более в страшном сне не может привидеться сильная партия, пусть даже и пока лояльная.

Власти в более широком понимании все эти колебания, пусть даже и не очень приятные тоже мало чем грозят. Рейтинги еще велики, а наблюдаемая апатия избирателей позволяет широчайшие возможности для манипулирования явкой. Понятно, что в ситуации апатии массово сгоняться на участки будут пассивные лоялисты, а пассивный «протестник» останется дома. Тогда при относительно низком или даже очень низком рейтинге в столицах «партия власти» сможет получить очень приличный результат и без прямых вбросов голосов и манипуляций при подсчете.

В этом смысле «плохие рейтинги» и результат на выборах «Единой России» находятся в довольно слабой корреляции.

По данным «Левада-центра», в этом году почти двадцать процентов респондентов мотивируя нежелание голосовать выбирали вариант ответа «все равно победит «Единая Россия». Четыре года назад таких было вдвое меньше. Что вполне иллюстрирует тезис: даже при крайне неблагоприятной картине власти удастся получить приличный результат на выборах. По крайней мере на ближайших.

В более далекой перспективе, как представляется, последствия будут куда более неприятными. Нынешняя кампания, судя даже по текущим рейтингам, почти завершит дискредитацию выборов. По крайней мере в глазах активной части населения.

Власти де-факто потеряют легитимность посредством выборов и их дальнейшие уверения про «доверие народа» будут вызывать все большее отторжение у населения.

Ясно, что никакие иные квазимеханизмы вроде Общественной палаты или полувиртуального «большого правительства» выборы в качестве обратной связи заменить не смогут. Значит, делегитимизация власти продолжится. И политическая реальность все более будет соответствовать анекдоту, активно цитировавшемуся после съезда «Единой России»:

А когда у нас выборы — в декабре или в марте?
Ты что, они же вчера состоялись! Печать