Пациент скорее лжив

Прямо по Чернышевскому и Герцену, мы обречены до 4 декабря спорить о том, ЧТО ДЕЛАТЬ в день "выборов", а после 4 декабря - КТО ВИНОВАТ, что все так получилось. Однако это небесполезно: в общественных дискуссиях оттачиваются позиции, а наблюдатели имеют возможность выбрать ту, которая им ближе. У этих непрерывных обсуждений, не очень понятных западным людям, есть и другой смысл: в отсутствие настоящих предвыборных дебатов они занимают их место. Это и грустно, и забавно: во всем мире перед выборами обсуждают политические платформы кандидатов и партий, а у нас - как относиться к "выборам", ходить ли на них и что делать с избирательными бюллетенями. Есть в этом что-то наше исконное, очень национальное, горькое и трогательное. Может, это и есть наш особый путь?

1 и 2 октября в поселке Менделеево под Москвой прошел фестиваль политической оппозиции "Последняя осень". Очень толковое начинание, независимо от того, кто и какой уровень дискуссий иногда демонстрировал и какие случались ответы на аргументы оппонента.

Кульминацией форума стала дискуссия между Гарри Каспаровым, Алексеем Навальным и Борисом Немцовым о тактике поведения на "выборах" 4 декабря. Напомню вкратце позиции. Каспаров - за бойкот с получением открепительного удостоверения или исключением себя из списка избирателей (позиция Лимонова); Навальный - за голосование в поддержку любой партии кроме "Единой России"; Немцов - за перечеркивание бюллетеней, что делает их недействительными.

Навальный был очень эмоционален и непосредствен. Он откровенно признавал, что важен не результат, а процесс. А процесс, как он убежден, состоит в том, что, голосуя за КПРФ, ЛДПР или СР, вы голосуете против "Единой России" и консолидируете оппозицию. Все его аргументы сводились к тому, что надо голосовать так, как он предлагает, потому что так получилось и ничего с этим не поделаешь. Надо сказать, свою довольно слабую позицию Навальный излагал очень ярко и убедительно.

На его фоне Каспаров и Немцов выглядели скромнее, особенно в начале дискуссии. Они были похожи на людей, которые слегка стеснялись объяснять другим, что дважды два всегда будет четыре. Если все согласны с тем, что результаты выборов фальсифицируются, то зачем же в них участвовать, задавал почти риторический вопрос Каспаров. Если коммунисты и жириновцы, получив депутатские мандаты, тут же перебегают в "Другую Россию", то зачем же голосовать за такие партии, вопрошал Немцов.

Различия между позициями Каспарова и Немцова были минимальные, а накидываться дружно на Навального они, видимо, не хотели. Острой дискуссии поначалу не получилось. Ведущие с "Эха Москвы" Ирина Воробьева и Владимир Варфоломеев всячески пытались спровоцировать обострение, а Варфоломеев даже пожаловался, что с потолка на сцену течет патока.

Ситуация нормализовалась, когда начали задавать вопросы из зала. Публика не стеснялась, и время от времени общественная паранойя проявлялась в виде упреков то одному, то другому участнику дискуссии в игре на руку властям. Эта глупая подозрительность в конце концов заставила трех спорщиков реагировать на вопросы живее.

К сожалению, палитра оппозиционных мнений была представлена не полностью. "Химически чистый" бойкот никто не защищал. Позиция Каспарова ближе всего к настоящему бойкоту, но не вполне последовательна. Вычеркивание себя из списка избирателей, как предлагает Лимонов, и получение открепительного удостоверения - это уже вхождение в избирательную систему, которую сам же Каспаров вместе со многими другими заклеймил как имитационную и лживую. Тогда вопрос: зачем в ней участвовать, даже таким образом?

По существу, спор между Каспаровым, Навальным и Немцовым - это попытка установить общественную норму приличия для участия или неучастия в заведомо лживом государственном мероприятии. Это попытка найти верный баланс между общечеловеческой моралью и политической целесообразностью. Кстати говоря, выборы вовсе не единственная ситуация, где сталкиваются с подобной дилеммой.

Совсем недавно Владимир Путин встречался с писателями, демонстрируя то ли собственную терпимость и широту взглядов, то ли ущербность и подобострастие своих писучих гостей. Опять же, было много споров, что правильнее: пойти, потому что интересно, пойти и задать "каверзный" вопрос или не ходить вовсе?

Если наложить одну картинку на другую, то получилось бы так. Навальный пришел бы на встречу с Путиным, но разговаривал бы только с его референтами. Немцов пришел бы на встречу, сел бы за стол и сказал, что разговаривать ни с кем не будет. Каспаров с Лимоновым пришли бы в секретариат премьер-министра, и Каспаров попросил бы записать его на встречу с другим министром и на другое время, а Лимонов категорически потребовал бы вычеркнуть его из списка приглашенных. Затем Каспаров пошел бы размещать новое приглашение в Интернете, а Лимонов вышел бы на площадь перед премьерской резиденцией с плакатом "Смотрите, какой я хороший!".

Я, как сторонник бескомпромиссного бойкота, на встречу не пошел бы вовсе. Как и на "выборы". Вместе с миллионами своих соотечественников, которые придают "выборам" ровно то значение, которое они заслуживают, то есть никакого, я останусь дома, или пойду гулять, или буду пить в хорошей компании. Что, конечно, хуже протеста, но лучше участия в фарсе. Поэтому вечером я присоединюсь к какой-нибудь акции протеста или учиню собственную, но не придам этим "выборам" легитимности даже крупицей своего в них участия.

Это не наш день, не наши выборы. Как говорят в Сети, в игнор их, в игнор!
Печать