А был ли Медведев? За полгода до сложения полномочий Медведев фактически ушел в досрочную отставку

Все стало на свои места. Дмитрий Медведев напрасно обзывал Джона Маккейна «старым маразматиком», когда Маккейн обзывал его «марионеткой Путина». Зря многозначительно говорил в разных интервью, что «не исключает» для себя возможности баллотироваться на второй срок. Зря подавал сигналы готовым обманываться либерально настроенным экономистам, чиновникам и так называемым представителям гражданского общества. За полгода до официального — по конституционному графику — сложения президентских полномочий Медведев фактически ушел в досрочную отставку.

У этого факта есть два измерения — психологическое и политтехнологическое.

Первое касается граждан, которым Медведев в 2008 году приносил президентскую присягу и пообещал «работать с полной отдачей сил как президент и как человек, для которого Россия — это родной дом, родная земля». В максимально политкорректной форме психологический диссонанс от событий субботы один мой коллега определил так: «Почему есть чувство обиды, неожиданности и разочарования у многих от всеми ожидавшегося решения?»

Ответ очевиден. Многие связывали с Медведевым надежды на политическую модернизацию. Видели возможности для развития политических партий. Для развития институтов гражданского общества, с которыми власть проявляла бы готовность считаться. Эти иллюзии существовали, несмотря на плачевные истории «Партии народной свободы» и «Правого дела». И несмотря на то, что власть проявляла внимание лишь к тем гражданским институтам, в которых чувствовала реальную мощь — вроде защитников Химкинского леса. Этих многих вполне устроило бы сохранение конструкции тандема. Хотя и теперь при внутренней готовности обманываться они найдут возможность делать это и дальше.

Политтехнологический эффект — а Медведев и Путин в последнее время усиленно подчеркивали, что подчиняют свои действия логике политтехнологий — на самом деле не так очевиден. Предвыборный список «Единой России» с Медведевым во главе — противоестественная конструкция, вряд ли прибавляющая очков партии власти. А обещания Путина и Медведева радикально обновить после президентских выборов состав правительства для правящего класса гораздо тревожнее, чем их же обещания провести непопулярные реформы. Пресс-секретари президента и премьера могут сколько угодно говорить, что их начальники с недоумением воспринимают попытки комментировать будущий состав правительства — Путин и Медведев, «выстрелив» залпом всю обойму политических новостей на съезде «Единой России», сами подрубили верную им исполнительную вертикаль. Такие видные представители вертикали, как Алексей Кудрин и Аркадий Дворкович, сочли возможным не скрывать своего разочарования от нарисованной Медведевым и Путиным картины будущего.

Разумеется, дело не в том, что кто-то в обширной команде Путина и немногочисленной команде Медведева разочарован. Дело в том, что президент и премьер, страхуясь от неких видимых им рисков, сами же создают новые. Сохраняя видимость тандема, одновременно «кошмаря» свои команды и выдавая авансы единороссам о превращении из депутатов в чиновников, они объективно ослабляют иммунитет страны к, например, внешним экономическим шокам. Впрочем, по мере нивелирования роли Медведева эта проблема решится сама собой.

Печать