Смена курса на разделенном острове

Политолог, первый заместитель председателя комиссии ОП РФ по общественной экспертизе законопроектов и иных нормативных актов, эксперт Центра ПРИСП Александр Асафов – об итогах президентских выборов на Северном Кипре.

19 октября на Северном Кипре прошли президентские выборы, которые, по сути, свелись к противостоянию двух стратегий урегулирования кипрского вопроса — федеративной модели под эгидой ООН (линия оппозиции) и курса на создание самостоятельного государства турок-киприотов, отражающего позицию действующего правительства.

Кампания проходила на фоне ослабления турецкой лиры, роста цен, сохраняющейся внешнеэкономической изоляции и дискуссий о степени политической и финансовой зависимости непризнанного государства от Анкары.

Контекст

С 2020 года действующий президент Эрсин Татар, опираясь на поддержку Турции, последовательно продвигал концепцию "двух суверенных государств" на Кипре, что фактически привело к заморозке диалога с греко-киприотской стороной: так, полноформатные переговоры под эгидой ООН не возобновлялись с 2017 года.

Оппозиция же заявляла о необходимости вывода турков-киприотов из международной изоляции, возобновлении переговоров о мирном урегулировании конфликта и — что наиболее примечателньо — снижения зависимости от Анкары.

При этом особое внимание со стороны оппозиции уделялось социально-экономическим проблемам — именно канализация общественного недовольства внутренней ситуацией стала ключевым фактором мобилизации избирателей.

Избирательная система

Президент Северного Кипра избирается всеобщим голосованием сроком на 5 лет по системе абсолютного большинства в 2 тура.

Число избирателей и явка

По данным Высшего избирательного совета, в списки было внесено 218 313 избирателей, а явка составила 64,87%.

Результаты

Изначально для участия в выборах зарегистировались 8 кандидатов — 2 кандидата от партий и 6 независимых, однако 18 октября, за сутки до дня голосования, Хюсейн Гюрлек (независимый) снял свою кандидатуру в пользу Эрсина Татара, при этом его имя осталось в бюллетене.

Основная борьба развернулась между действующим президентом Эрсином Татаром, выдвинувшимся на 2-й срок как независимый кандидат при поддержке Партии национального единства (UBP), и лидером оппозиционной Республиканской турецкой партии (CTP) Туфаном Эрхюрманом.

Согласно данным Высшего избирательного совета, голоса распределились следующим образом:
- Туфан Эрхюрман (CTP) — 87 137 голосов (62,76%);
- Эрсин Татар (независимый) — 49 714 голосов (35,81%).

Прочие кандидаты в сумме набрали менее 1,5% голосов.

Показательно, что Эрхюрман уверенно победил во всех 6 районах непризнанного государства — Лефкоше, Газимагусе, Гирне, Гюзельюрте, Искеле и Лефке.

Прогнозы

Победа лидера Республиканской турецкой партии Туфана Эрхюрмана стала индикатором общественного запроса на смену внутренней политики и более самостоятельную и прагматичную линию развития и может стать прологом к более гибкому внешнеполитическому курсу.

Однако его реализация во многом будет зависеть от позиции Турции (включая вопрос ее военного присутствия), а также от готовности греко-киприотской стороны к компромиссам.

В краткосрочной перспективе ожидается формирование новой переговорной команды и обращение к Генеральному секретарю ООН с инициативой возобновления мирного процесса. Президент Республики Кипр Никос Христодулидис уже публично подтвердил готовность к переговорам.

В свою очередь, Анкара, первой поздравившая победителя выборов, подчеркнула важность "координации позиций", на что Эрхюрман в своей победной речи поспешил заявить, что "внешнеполитические шаги Северного Кипра будут приниматься после согласования с Анкарой".

Однако среди турецких политиков уже звучат настороженные оценки исхода выборов: часть правых кругов рассматривает успех CTP как ослабление национальной линии и возможный отход от политики интеграции с Турцией.

Во внутренней политике правительство Эрхюрмана, по всей видимости, сосредоточится на стабилизации цен, поддержке университетов (2-й по значимости сектор экономики, генерирующий выручку в размере около $1 млрд), проведении реформ в области лицензирования игорного бизнеса и повышении прозрачности госрегулирования. Печать