Вопросов и нюансов больше, чем ответов

Политтехнолог Юлия Милешкина – о законе об основах регулирования психологической деятельности.

Насколько я поняла, основные возражения психологического сообщества заключаются в требованиях к образованию и опыту работы:

1. В проекте закона требуется высшее психологическое образование (специалитет, магистратура), и не акцептуются специалисты с профессиональной переподготовкой. Поэтому, несмотря на опыт, знания и заслуги, они должны пойти учиться на программы высшего образования, потратить на это время и деньги.

2. Опыт работы по специальности от 3 лет, прежде чем заняться психотерапией и оказывать частным образом психологические услуги. Тут упирается в вопрос, что есть опыт работы по специальности, по трудовой ли книжке, по договору, подойдет ли опыт преподавания или опыт в коммерческой организации психологов.

Требования правильные на самом деле, если бы не одно «но». Рынок уже сформирован, и он уже другой.

Как поступают в таких случаях в других странах?

Например, в США есть профессиональный экзамен (по типу ЕГЭ, но для психологов), который вы можете сдать, если не попадаете под ряд формальных критериев, но у вас доказанный большой опыт работы, а нужного образования, к примеру, не хватает.

Опыт работы по специальности от 3 лет. Что это означает, тоже пока загадка. Логично предположить, что это опыт в государственной организации, где в трудовой книжке было бы написано психолог. Но сколько подобных ставок в бюджете у нас в стране? И сколько психологов будет претендовать числиться на этих ставках, чтобы попасть в формальные критерии, тоже вопрос.

А еще есть ИП, самозанятые с ОКВЭД психологической деятельности, это опыт, или это самостоятельный опыт, и он не подходит?

Здесь вопросов и нюансов больше, чем ответов. Думаю, между вторым и третьим чтением его доработают.

Когда примут закон? И какова вероятность принятия закона в ближайшем будущем?

Я переговорила с двумя депутатами Государственной Думы. Один из них от «Единой России», другой от «Новых людей».

1. По их мнению, вероятность принятия закона в этом году можно оценить как 20%. Прежде всего, потому что инициатор этого закона Нина Останина – депутат от КПРФ. Если бы предложение исходило бы от депутата от «Единой России», вероятность достигала бы 80%.

2. Для того чтобы закон прошел первое чтение, на него необходимо получить заключение различных правительственных организаций, профильных комитетов Госдумы и множество согласований. На данном этапе закон широко обсуждается профессиональным сообществом, но и только. Первое чтение закона высоковероятно не состоится в так называемой летней сессии (до июля), а в лучшем случае состоится в осеннюю сессию, и то когда будут собраны нужные заключения.

3. Но. Закон очень детально проработан, и явно не ляжет на полку. Вероятно, у закона есть какой глобальный заказчик от государства, а не партия КПРФ. Это означает, что его все таки примут в ближайшие пару лет: либо зимой 2026 года, либо зимой 2027 года. Напомню, что новые выборы депутатов Государственной Думы состоятся в 2026 году осенью.

Что делать?

О себе скажу, что у меня высшее психологическое образование и опыт работы директором психологического центра 6 лет. Так что мне закон скорее на руку, снижение конкуренции.

Что делать остальным?

1. Время еще есть. Надо идти учиться. Вряд ли требования к образованию сильно смягчат. Тем более, если нет базового образования это полезно. А то потом возникают психологи, которые практикуют лет 15, а про эффект Зейгарник (1 курс, общая психология) слышат в первый раз и восхищению их нет предела.

2. Срочно ОКВЭД сделать в ИП, самозанятости по оказанию психологических услуг.

3. Положить трудовую книжку в психологический центр или организацию. Оказывать волонтерские услуги по психологической помощи с внесением в трудовую книжку, или через волонтерские порталы типа dobro.ru.

4. И следить за ситуацией. Помните, скорее всего, есть два года, но может больше.

Удачи нам всем.

Ранее опубликовано на: https://www.b17.ru/article/634249/

Печать