О персидских казаках

Бывший депутат Верховной Рады Олег Царёв - об истории Персидской казачьей бригады.

Русско-персидские войны XIX века стали для Ирана горьким уроком. Трижды русские армии громили персидские войска (1804–1813, 1826–1828, 1853–1857). По Туркманчайскому договору 1828 года Персия потеряла Закавказье — земли сегодняшних Грузии, Армении и Азербайджана. Унизительные условия включали также контрибуцию в 20 млн рублей серебром (персидская казна опустела на годы). Именно это, а также подрывная работа англичан, спровоцировало резню в посольстве России и убийство посла Грибоедова.

А потом шах Насер ад-Дина оказался в 1878 году в Закавказье. Увидев манёвры Терского казачьего войска под Владикавказом, он воскликнул: «Я хочу таких воинов!». Уже через год по его личной просьбе в Тегеран прибыли 4 русских офицера и 14 урядников. Так родилась Персидская казачья бригада. Её создатель, полковник Домонтович, писал: «Персы дрались храбро, но хаотично. Мы научили их главному — дисциплине огня».

Казармы в центре Тегерана стали русским анклавом. Казаки спали на топчанах, но каждое утро чистили сапоги до зеркального блеска. Офицеры завтракали гречкой с бараньей тушёнкой, а на базар высылали денщиков — за халвой и фисташками. Дисциплина была железной: за пьянство пороли, за самоволку сажали на гауптвахту в подвале с сырыми стенами. При этом казакам категорически запрещалось жениться на персиянках без разрешения командира. Для детей казаков открыли кадетский корпус с шестилетним обучением на русском.

Ядро бригады составили 400 мухаджиров — потомков кавказцев, бежавших в Иран от русских войск. Ирония судеб: их отцы воевали против России, а сыновья носили форму кубанских казаков — черкески с алыми бешметами, но с персидскими погонами. Русские офицеры сохраняли форму терских казаков. Курьез едва не спровоцировал бунт: когда новый командир попытался заменить кубанскую форму на терскую, персидские казаки возмутились: «Мы привыкли к красным бешметам!» Пришлось оставить прежний образец.

Урядники учили персов джигитовке и рубке шашкой. По вечерам звучали оркестры: духовой под управлением перса-выпускника Московской консерватории и струнный с балалайками. А новобранцев учили не только шашечному бою, но и русским песням. Один из ветеранов вспоминал: «Командир кричал: "Запевай, дурень!", и мы орали "Любо, братцы, любо!" — хоть слов не понимали».

Переломный момент настал в 1908 году. Когда конституционалисты захватили меджлис, казаки полковника Ляхова расстреляли здание парламента из 75-мм орудий. После штурма, где погибли 20 казаков, полковник Ляхов стал военным губернатором Тегерана.

В 1909-м эти же казаки спасли британское посольство от толпы. Русский офицер крикнул: «Стреляю по первым троим!» — и бунтовщики отхлынули. Английский дипломат записал: «Они ненавидели нас, но защищали. Загадочная русская душа».

К началу 1918 г. Персидская казачья дивизия насчитывала до 12 тыс. человек.

Главным «продуктом» бригады стал Реза-хан. Сирота, принятый в отряд в 1893 году, он поражал инструкторов талантом: рубил шашкой на скаку глиняные кувшины, с 50 шагов попадал в монету. К 40 годам он командовал всей бригадой, а в 1921-м совершил переворот, опираясь на казачьи штыки. Став шахом, он сохранил тактику мобильных отрядов, сочетание артиллерии и кавалерии, политических комиссаров в войсках.

После 1920 года бригаду расформировали, но её ДНК живёт в Корпусе стражей исламской революции (КСИР). Мобильные группы «Кудс», контролирующие Ближний Восток, используют казачью тактику рейдов. Ракетные подразделения КСИР унаследовали принципы русской школы артиллерии: концентрация огня, маскировка, манёвры. Даже в 1941-м, когда советские войска вошли в Иран, ветераны бригады встречали их криками: «Братья!» — и делились табаком.

Проект рухнул из-за двух ударов. В 1917-м русские офицеры ушли воевать за белых. Реза-шах, хоть и ценил казачью школу, но выгнал последних инструкторов, заявив: «Персия должна управляться персами!». Но как писал штабс-ротмистр Высоцкий, служивший в Тегеране до 1915 года: «Мы ушли, но научили их драться и править. Теперь они смеются над англичанами — а это дорогого стоит». Печать