Итоги саммита ШОС в Тяньцзине

Профессор кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ, доктор политических наук, Член Совета Ассоциации российских дипломатов, эксперт РСМД Владимир Пряхин – о том, что Тяньцзиньская декларация лидеров стран-участниц Шанхайской организации сотрудничества конкретна и фактологична.

Количеством всякого рода встреч на высшем и высоком уровне современного обывателя не удивишь. Лидеры «коллективного Запада» встречаются чуть ли не каждую неделю. Благо, денег у них много, в том числе и украденных из российских активов в западных банках. Соответственно, и документов принимают предостаточно. Смысл их достаточно ясен и очевиден - оголтелая русофобия. Но вот с конкретным содержанием не густо. Пока только Кир Стармер однозначно заявил о готовности ввести войска на Украину. Да и то непонятно, в каком статусе и для чего. Не говоря уже о том, что вряд ли эту готовность разделяют все подданные Его Величества, судьба кабинета лейбористов висит на волоске и рейтинг самого Стармера весьма и весьма невысок.

Что касается остальных стран - участниц «коалиции желающих», то их скорее можно было бы отнести к «не очень желающим» посылать свои войска на Украину.

В отличие от звонких, много- и пустословных документов западных лидеров, Тяньцзиньская декларация лидеров стран-участниц Шанхайской организации сотрудничества конкретна и фактологична. Чего стоит одно только решение об учреждении Банка развития ШОС? Ведь это прямой вызов доминированию доллара в мировой торговле и всем финансовым институтам так называемой Бреттон-Вудской системы ООН, традиционно вот уже восемьдесят лет контролируемых США и другими ведущими странами «коллективного Запада».

В Лондоне, Париже и Берлине поспешили констатировать, что в Тяньцзиньской декларации нет ни слова об Украине. Но, во-первых, это утверждение, даже если ему верить, подтверждение того факта, что правительства стран, в которых проживает половина населения планеты, как минимум, не поддерживают русофобскую кампанию «коллективного Запада» по украинскому вопросу.

А во-вторых, это просто неверно. Ведь в декларации черным по белому написано, что главы стран ШОС приветствуют внесенную Россией, Белоруссией и Туркменистаном резолюцию ГА ООН о борьбе с героизацией нацизма. Против этой резолюции голосовала как раз делегация Украины, на территории которой воздвигаются памятники фашистским сообщником Гитлера - Бандере, Шухевичу и другим.

Понятна в данном контексте та оторопь, если не сказать испуг, который в целом характеризует реакцию западных СМИ на итоги Тяньцзиньского саммита ШОС. Речь идет о согласованной позиции двадцати государств, представляющих половину населения планеты, четверть мирового ВВП и территория которых также занимает четверть обитаемой суши. Самое главное, что беспокоит нынешних лидеров «коллективного Запада», это то, что в Тяньцзине однозначно и откровенно брошен вывоз западной концепции иерархического мироустройства при доминирующей роли США и НАТО, соответствующей этой концепции финансовой архитектуре при доминировании доллара США в мировой торговле и глобализации как «вестернизации» культуры и образа жизни народов всех стран мира на основе западных ценностей, а, говоря точнее, стандартов, против некоторых из которых выступил даже президент США.

При этом как отдельно подчеркнул Президент России Владимир Путин, речь не идет о замене монополярного доминирования США и НАТО мировым предводительством нескольких новых центров силы, таких как Россия, Китай, Индия, Бразилия, а о создании мультиполярной мир-системы, в которой все государства – и большие, и малые - будут иметь равные права в принятии решений, имеющих значение для судеб человечества. Мэтр отечественной дипломатии Евгений Максимович Примаков именно поэтому наряду с термином «мультиполярный мир» употреблял его синоним - демократическая полицентрическая система международных отношений.

Впрочем, саммит ШОС усилил позиции тех политических деятелей «коллективного Запада», которые еще не потеряли способность реалистически мыслить и объективно оценивать реальное соотношение сил на международной арене. Пожалуй, наиболее четко эта тенденция проявилась в заявлении экс-президента Франции Николя Саркози, который в интервью газете Le Figaro назвал вражду Европы с Россией «исторической ошибкой». Наверное, лучше и точнее не скажешь. Еще в начале века «архитектор Европы» канцлер Гельмут Коль без обиняков заявил «Европа без России невозможна». И это верно, учитывая, что развитая в промышленном и технологическом отношениях Западная Европа остро нуждается в сырье и энергоносителях, которыми располагает Россия. И Кремль готов был к строительству новых отношений с Евросоюзом на условиях равенства и взаимного уважения суверенитетов друг друга. Но в Европе возобладало желание построить НАТО-центристскую модель отношений с Россией, весьма напоминавшую союз всадника и лошади при подчиненной роли России.

А когда эта модель оказалась несостоятельной, возобладало стремление нанести Москве «стратегическое поражение», используя для этого созданный самим же «коллективным Западом» экстремистский режим в Киеве.

События последнего десятилетия подтвердили верность слов Саркози. «Угроза для Европы и Франции носит, прежде всего, демографический характер: через 30 лет население Европы изменится с 550 до 480 млн человек, а Африки — с 1,2 до 2,4 млрд. Тем временем мы определяем Россию как наш главный риск и нашего приоритетного врага. Это историческая ошибка!» — заявил он в упомянутом интервью газете Le Figaro.

Лучше, как говорится, не скажешь. При этом необходимо добавить, что в определенной степени эта ошибка непоправима, так как исключительно благоприятные для взаимовыгодного сотрудничества Европы с Россией возможности, имевшиеся в начале века, из-за наложенных самим же «коллективным Западом» антироссийских санкций, использованы уже другими странами и компаниями, отнюдь не собирающимися уходить из нашей страны и уступать окученное ими место западным партнерам.

Конечно, при отказе от пресловутой идеи нанесения России «стратегического поражения» исправить можно многое и, самое главное, построить, наконец, в Европе систему безопасности, равной для всех государств. Но такой переход к реализму вряд ли возможен при нынешних лидерах европейских государства. Чего стоит, например, позиция внука шарфюрера SS и нынешнего федерального канцлера, который не стесняется говорить о том, что мечтал о реванше за поражение гитлеровской Германии во Второй мировой войне.

Но в Европе есть и другие силы. В той же Германии треть электората уже сейчас готова проголосовать за оппозицию, выступающую против милитаризации страны и поддержки радикальных националистов в Киеве. Избирательная борьба принимает все более острые формы. Многие обозреватели не считают чистой случайностью, например, тот факт, что менее чем за две недели до местных выборов в крупной западной федеральной земле Германии Северный Рейн-Вестфалия умерли шесть кандидатов от оппозиционной партии АДГ.

Борьба реакционно-утопических и консервативно-реалистически мыслящих политических сил в Европе принимает все более жесткий и бескомпромиссный характер. Ее Исход во многом будет зависеть от ситуации на самой Украине, где терпению населения от произвола националистических властей приходит конец, а также в еще большей степени от того, в какой степени российские вооруженные силы будут практически доказывать западным «менторам» невозможность нанесения России стратегического поражения.