Президентские дебаты в США: «боевая ничья» в пользу Харрис

Доктор политических, наук, профессор Государственного университета управления Виктор Титов – о недавних предвыборных дебатах Дональда Трампа и Камалы Харрис.

Итак, 10 сентября состоялись долгожданные дебаты кандидатов в президенты США – Дональда Трампа и Камалы Харрис. Громких неожиданностей и, тем более, сенсаций не произошло – всё было достаточно предсказуемо и закономерно. И теперь уже можно со всей очевидностью сказать о том, что ожидания от этих дебатов были явно завышенными, а реальность этого сугубо политтехнологического действа оказалась весьма себе прозаичной. В общем, ничего судьбоносного и критически значимого на дебатах двух главных кандидатов в американские президенты не случилось. Тем не менее, кое-какие заметки и промежуточные выводы по итогам первой очной встречи Трампа и Харрис в подобном публичном формате «лицом к лицу» сделать всё-таки можно.

Во-первых, – и это отмечают все обозреватели – уровень этих дебатов был гораздо выше, чем предыдущих, когда два пожилых джентльмена, Трамп и Байден, на пару несли откровенную несуразицу. В этот раз оба кандидата в президенты выглядели гораздо более адекватно и равноценно, их витальность и риторика были соизмеримы. Как следствие, в отличие от июньских дебатов Трампа и Байдена, в этот раз не было ни «нокаута», ни даже «нокдауна». По крайней мере, и Трамп, и Харрис смотрелись относительно достойно и стремились соответствовать запросам собственных ядерных электоратов.

Во-вторых, вполне очевидно, что в преддверие этого раунда дебатов штабы и спичрайтеры кандидатов провели определенную работу над ошибками. О том, как Камала Харрис, готовилась к дебатам, тренируясь на «кукле Трампа», известно достаточно много. Бросается в глаза, что Дональд Трамп тоже подготовился к этой встрече, – прежде всего, психологически, – и разумно снизил градус агрессии в отношении своего оппонента (напомню, на июньских дебатах с Байденом этот градус явно «зашкаливал»). Разумеется, это совсем не означает, что дебаты прошли на основе взаимного уважения, но и «примирительный жест» Камалы Харрис, первой подавшей руку Трампу, безусловно, явился некоторой форматирующей «рамкой», удерживающей кандидатов от сползания в откровенную взаимную ругань и оскорбления.

В-третьих, конечно, можно заметить, что процесс адаптации Трампа к новым реалиям предвыборной капании – к соперничеству именно с Камалой Харрис – идёт, но далеко не так быстро и безболезненно, как бы хотелось его сторонникам. Если стилистически и ментально «удобного» для себя Джозефа Байдена Трамп откровенно «размазывал» по всем параллелям и меридианам, объявлял его «худшим в истории президентом», то в отношении Харрис подобные технологии не работают. И Трамп, надо отдать ему должное, прекрасно это понимает. Поэтому и пытается приспособиться к новой действительности, в которой ему приходится конкурировать с более молодой и энергичной женщиной, которая, если что, за словом в карман не лезет и тоже охотно «переходит на личности» (периодически называя Трампа «преступником»). Поэтому вполне логичной выглядит и новая тактика Трампа – всё больше «давить» не на личные качества вице-президента, а на то, что она «член команды Байдена», несущая всю полноту ответственности за промахи и неудачи нынешней администрации.

Однако повторюсь. Со стороны кажется, что вся эта вынужденная трансформация – адаптация к новым электоральным реалиям, переход от противостояния с Байденом к соперничеству с Харрис – дается Трампу достаточно тяжело. Причем речь, разумеется, идёт даже не о смыслах предвыборной кампании (дефицит коих сейчас очевиден), а о стилистике публичной коммуникации с оппонентом. Создается устойчивое впечатление, что, несмотря на подготовку, Дональд Трамп так и не нашел оптимальной для себя модели прямой публичной коммуникации с Камалой Харрис. Отсюда и отказ Трампа от нового раунда дебатов. И причины такого решения понятны: недавние дебаты только что завершились формальной «ничьей». Никто из двух главных действующих лиц не «поплыл» и не рухнул на сцене, но по всеобщему ощущению Дональд Трамп в этот раз был гораздо ближе к поражению, чем к победе.