Русский патриот и государственник

Член Совета Ассоциации российских дипломатов, доктор политических наук, профессор РГГУ, профессор кафедры дипломатии МГИМО Владимир Пряхин – о востребованности политико-философского наследия И.А. Ильина в современную эпоху

Философ, политолог и мыслитель Иван Александрович Ильин (1883 - 1954), безусловно, видная фигура в отечественной науке. Его труды по творческому наследию Георга Гегеля принадлежат к сокровищнице мировой истории философии.

Как политолог И.А. Ильин фигура противоречивая и далеко не консенсусная в современном отечественном социуме. В идеологическом плане он ориентировался на круги белой эмиграции и возрождение России видел именно на пути свержения тоталитарной диктатуры большевиков, что не может не отталкивать от него левое крыло российского политического класса.
Одновременно он подвергал резкой критике лицемерную электоральную демократию современного ему Запада, которая, по его верному, на наш взгляд, мнению, по существу также является тоталитарной диктатурой финансового капитала. Этим объясняются его двусмысленные высказывания в связи с приходом к власти нацистов в Германии. Именно эти высказывания дали повод современным критикам И.А. Ильина шельмовать его как «симпатизанта фашизма».

В действительности И.А. Ильин при всех колебаниях своей политической и научной биографии всегда был и оставался, по своей сути, русским патриотом, государственником, мечтавшим о возрождении Российского государства. Объясняя свои противоречивые оценки 20-30-х годов ХХ века, он сам объяснял их следующим образом: «Когда Гитлер завопил против коммунизма, многие русские поверили ему. В действительности же он прикрывал этим готовящуюся расправу с версальско-обессиленной Европой и завоевательный поход на Россию. Опытные политики предупреждали друзей, что он может, если ему покажется выгодным, пойти на все: заключить с коммунистами союз (попытка Рема в 1934 г.), предложить Англии и Франции сделку за счет России (полет Гесса в Англию), или же в случае победы над советским правительством он может не ликвидировать его, а предоставить ему доканывать не завоеванные еще части России, подготовляя их для дальнейшей германской колонизации. Это и есть исторический факт: Германия, спасенная Россией (1805-1815), ныне добивается ее завоевания (1914-1918, 1939-1945)».

Как философ И.А. Ильин внес вклад в развенчание культа Ф. Ницше как основоположника идеологической концепции германского нацизма, охарактеризовав произведения последнего «Воля к власти», «Антихрист» и «Се человек» как «прямую и откровенную проповедь зла».

Для самого И.А. Ильина характерен интернационализм, абсолютно чуждый нацистской парадигме мышления, основывающейся на пропаганде расового и этнического превосходства. Его труды проникнуты сочувствием к страданиям евреев. Он с большим уважением пишет о вкладе в российскую политику и культуру представителей самых разных народов Российской империи – евреев Шафирова, Левитана, Антокольского, и братьев Рубинштейнов; армян Лорис-Меликова, Делянова и Джаншиева; немцев барона Дельвига, Гильфердинга, отца Климента Зедерхольма; литовцев Ягужинского, Балтрушайтиса и Чурляниса; грузина Чавчавадзе; карачайского князя Крым-Шохмалова; текинца Лавра Корнилова. «Однажды полный и беспристрастный словарь деятелей русской имперской культуры вскроет это общенациональное братство, это всенациональное сотрудничество российских народов в русской культуре», писал он, как бы обращаясь к нам – россиянам ХХI века.

То есть каких-либо оснований для обвинения Ильина в исповедовании нацистских или близки к нацистским взглядов нет. Он не антисемит, не националист-экстремист, не приверженец теории какого-либо расового или национального превосходства. Он – русский патриот и активный поборник сохранения и упрочения российской государственности. Этим объясняется тот факт, что ему симпатизируют в российском политическом классе те силы, которые борются на национальную консолидацию, независимость и суверенитет Российского государства.

Поражает и сегодня гениальная политологическая прозорливость И.А. Ильина, придающая его произведениям исключительную актуальность. «Каждый верный русский патриот, инструктировал он русских белоэмигрантов, должен разъяснять им (иностранцам. – В.П.), что Россия есть не случайное нагромождение территорий и племен и не искусственно слаженный «механизм» областей, но живой, исторически выросший и культурно оправдавшийся ОРГАНИЗМ, не подлежащий произвольному расчленению. Этот организм есть географическое единство, части которого связаны хозяйственным взаимопитанием; этот организм есть духовное, языковое и культурное единство, исторически связавшее русский народ с его национально-младшими братьями – духовным взаимопитанием; он есть государственное и стратегическое единство, доказавшее миру свою волю и свою способность к самообороне; он есть сущий оплот европейски-азиатского, а потому и вселенского мира и равновесия¬. Расчленение его явилось бы невиданной еще в истории политической авантюрой, гибельные последствия которой человечество понесло бы на долгие времена.

Расчленение организма на составные части нигде не давало и никогда не даст ни оздоровления, ни творческого равновесия, ни мира. Напротив, оно всегда было и будет болезненным распадом, процессом разложения, брожения, гниения и всеобщего заражения. И в нашу эпоху в этот процесс будет втянута вся вселенная. Территория России закипит бесконечными распрями, столкновениями и гражданскими войнами, которые будут постоянно перерастать в мировые столкновения. Это перерастание будет совершенно неотвратимым в силу одного того, что державы всего мира (европейская, азиатская и американские) будут вкладывать свои деньги, свои торговые интересы и свои стратегические расчеты в нововозникшие малые государства; они будут соперничать друг с другом, добиваться преобладания и «опорных пунктов»; мало того, - выступят империалистические соседи, которые будут покушаться на прямое или скрытое «аннексирование» неустроенных и незащищенных новообразований (Германия двинется на Украину и Прибалтику, Англия покусится на Кавказ и на Среднюю Азию, Япония на дальневосточные берега и т. д.). Россия превратится в гигантские «Балканы», в вечный источник войн, в великий рассадник смут». Исключите из этой пространной цитаты слова о «национально-младших братьях», и она может служить хорошим комментарием к утвержденной год назад Концепции внешней политики России.

Некоторые положительные оценки этого патриотического научного наследия исследователи находят в трудах даже непримиримых оппонентов И.А. Ильина.

В то же время невозможно отрицать крайне негативное отношение И.А. Ильина к коммунизму. Антикоммунизм красной нитью проходит через все без исключения политологические произведения мыслителя. Впрочем, чего еще ожидать от умного и ожесточенного представителя социального класса, потерпевшего тотальное поражение в гражданской войне с большевиками, волею судеб и искусством своих политических лидеров, оказавшихся во главе российского народа.

С позиций современности было бы полезно, на наш взгляд, прокомментировать некоторые моменты в антикоммунизме И.А. Ильина. Прежде всего, очевидно, что, как и все 6ез исключения современники этого автора, он отождествляет коммунизм со сталинизмом, а Сталина представляет этаким убежденным коммунистом, вождем мирового коммунистического движения и всесильным диктатором Коминтерна.

Заметим, что это отождествление разделяют и многие современные политологи и историки. Одни в силу отсутствия информации, другие – по социальному заказу своих западных мэтров, сознательно ставящих знак равенства между коммунизмом и фашизмомом. Характерен в этом отношении термин «краснокоричневые», изобретенный адептами «катастройки» для шельмования всех противников «шоковой терапии» в России 90-х годов ХХ века.

При этом игнорируется – бессознательно или преднамеренно – факт гибели сотен тысяч преданных коммунизму борцов за социализм «в одной отдельно взятой стране», ставших жертвами Молоха сталинских репрессий. В эпоху Хрущева это игнорирование получило даже псевдонаучное обоснование: репрессии, мол, не могли изменить сущности социалистического общественного строя. Еще как могли! Более-менее точное определение этих изменений можно найти в трудах Л.Д. Троцкого, охарактеризовавшего сталинские репрессии как «термидорианский переворот».

Интересно в данном контексте, что И.А. Ильин практически игнорирует других лидеров Советской России, также отождествляя их с И.В. Сталиным. Между тем политика последнего по своей сути была осознанной (в целях закрепления и упрочения личной власти) политикой трансформации социалистического государства в военно-бюрократическую ядерную сверхдержаву. Коммунистом И.В. Сталин по своим убеждениям не был. Он был исключительно честолюбивым, тонким, дальновидным политтехнологом, прекрасно видевшим бесперспективность утопий Троцкого о мировой революции и ленинских иллюзий о победе социалистической революции в Германии, а потом и в Европе. В то же время он очень хорошо понял, что массы воспринимают коммунистические идеи социальной справедливости и межнационального равенства как своеобразную новую религию, при опоре на которую можно не только восстановить Российскую империю, но и вступить в борьбу за мировое господство, используя межимпериалистические противоречия.

Если бы в 20-е годы прошлого века Сталин проиграл в борьбе за лидерство в коммунистической советской номенклатуре, он благополучно удалился бы в Тифлис и стал бы вождем независимого грузинского государства, благо социальных предпосылок для этого было более, чем достаточно. Именно так поступил «перестроечный Сталин» Э.А. Шеварднадзе 7 марта 1992 г.

Таким образом, антикоммунистическая риторика И.А. Ильина является своеобразным «боксом с тенью» - он стремится поразить противника, который на самом деле находится у него за спиной, а не перед ним.

Что примечательно и актуально так это то, что этого не понимают лидеры современной КПРФ, отрицающие актуальное политическое значение наследия И.А. Ильина. А в настоящее время, когда на первый план выдвигается задача национальной консолидации и сплочения всех политических си страны в интересах выживания и упрочения российской государственности это наследие особенно востребовано.