Сценарии завершения специальной военной операции

Боевые действия на Украине уже давно окончательно перешли в стадию позиционной войны – вооруженного противостояния, в котором преобладающее место занимают военные действия на стабильных фронтах большой протяжённости, с глубоко эшелонированной обороной. Борьба идет за каждый населенный пункт, за каждый район и за каждую улицу. В связи с этим многие задаются вопросом – сколько еще может продолжаться специальная военная операция на Украине?

Вопрос логичный, однако ответа на него нет.

Нынешний застой на фронтах объясняют множеством факторов – неблагоприятными погодными условиями, фактическим паритетом сил и т. д., и в целом это соответствует действительности. Однако для нас наиболее важно получить ответ на иной вопрос, без ответа на который невозможно говорить о каких-либо сроках и вариациях – какие варианты завершения специальной военной операции вообще существуют?

О негативных сценариях я упоминал в предыдущих материалах, в частности, в статье «Американская концепция «ранней победы» в длительной войне: как Запад планирует нанести России поражение в конфликте на истощение», в данном же случае мы рассмотрим относительно благоприятные сценарии завершения СВО, а также положительные и отрицательные стороны этих сценариев.

Сценарии завершения военной операции

Для начала следует подчеркнуть, что, по мнению автора, всецело позитивных вариантов завершения военной операции на Украине уже не существует. Если брать за основу определение английского историка Лиддела Гарта, который считает, что целью войны является достижение лучшего, хотя бы только с вашей точки зрения, состояния мира после войны, то с этой позиции добиться победы представляется достаточно затруднительно. То есть, даже добившись условной победы над Украиной, Россия может продолжать оставаться в достаточно сложной международно-политической ситуации, и этот факт следует принимать во внимание.

Учитывая, что Россия до сих пор не сформировала четких параметров своей победы на Украине, а цели военного конфликта меняются в зависимости от обстановки на поле боя и международно-политической ситуации, сценарии победы, которые приводятся ниже, носят теоретический характер.

Первый сценарий предусматривает изменение правового статуса специальной военной операции (который на данный момент вообще не определен), введение военного положения, проведение еще одной волны мобилизации, мобилизации тыла, то есть экономики, с целью нового масштабного наступления на Украину, для того чтобы разгромить ВСУ и взять ее под контроль, либо полностью, либо практически полностью.

За такой сценарий уже давно выступает, в частности, полковник ФСБ в отставке Игорь Стрелков, который считает, что в первую очередь должна быть мобилизована экономика и подготовлена материальная база для масштабной мобилизации.

Данный сценарий предусматривает достижение относительно быстрой победы путем сильного напряжения сил государства. И действительно, ВСУ, которые обладают меньшим мобилизационным потенциалом, чем Россия, можно попытаться банально «задавить массой», и в теории таким путем можно прийти к победе, однако этот сценарий содержит в себе существенные риски и издержки.

К отрицательным сторонам данного сценария следует отнести, во-первых, риски кризиса государственно-бюрократического аппарата. Частичная мобилизация продемонстрировала, как неэффективно работает государственная машина, и есть серьезные сомнения, что Россия способна снарядить и снабжать, скажем, миллион бойцов.

Во-вторых, существуют риски обрушения экономики, которая функционирует в режиме «мирного времени» и не готова к сверхмилитаризации и переходу на военные рельсы.

В частности, переход гражданских предприятий на «военные рельсы» может привести к совершенно неожиданным последствиям. Стоит вспомнить, что к тотальной мобилизации экономики в свое время прибегла Япония – в начале 1930-х годов японское авиастроение могло освоить выпуск только 100–200 самолетов в год, а уже в 1944 году японской авиационной промышленности удалось довести выпуск до рекордной отметки 24 тыс. самолетов. Однако рост японской экономики носил аномальный и экстенсивный характер – военная промышленность и тяжелая индустрия росли преимущественно за счет замедления темпов роста гражданского сектора. Последствия этого были разрушительными для экономики и отбросили ее на несколько десятилетий назад.

В нынешних условиях, когда Россия ведет в том числе и экономическое противостояние с Западом, а также с учетом, что промышленный потенциал нынешней РФ ограничен, подобные эксперименты могут завершиться плачевно.

В-третьих, неизвестна реакция Запада на данный шаг, есть риск, что ответом на еще одну мобилизацию и введение военного положения станет ввод войск НАТО на Украину.

В-четвертых, проводить масштабную мобилизацию при отсутствии идеи и внятной цели войны, когда военнослужащие не знают, чего конкретно им нужно добиться для победы, может привести к неконтролируемым протестам в среде мобилизованных и военнослужащих.

Второй сценарий предусматривает применение тактического ядерного оружия (ТЯО) и оружия массового поражения (ОМП) с целью уничтожить опорные пункты и укрепрайоны ВСУ, переломить ситуацию на фронтах и склонить Запад и Украину к заключению мира на условиях России (т. е., вероятно, признание новых границ РФ, нейтральный статус Украины и т. д.). Изменение статуса СВО и дополнительная мобилизация при этом могут и не проводиться.

Грамотное применение ТЯО на поле боя в теории способно нанести ВСУ серьезный урон и в корне изменить ситуацию, однако при этом возникают серьезные риски. За применение тактического ядерного оружия выступает полковник авиации в отставке Виктор Алкснис, который считает, что при нынешнем состоянии наших Вооруженных Сил, которые неспособны нанести поражение ВСУ, Россия будет вынуждена рано или поздно применить ТЯО по стратегическим мостам, тоннелям и транспортным узлам.

Отрицательных сторон у данного сценария достаточно много – во-первых, применение ТЯО способно сломить ВСУ лишь в теории, на практике все будет зависеть от количества, которое будет применено, и грамотности применения. Т. е. на практике это может не дать должного эффекта. Силы украинской армии рассредоточены, и сложно представить, сколько конкретно ТЯО потребуется.

Во-вторых, возникают риски заражения местности. Даже если будут применены маломощные заряды, этого не избежать. Если удары будут нанесены по мостам, то возникает угроза заражения рек.

В-третьих, следует сказать и о моральной стороне вопроса – не стоит забывать, что на Украине воют две ветви некогда единого народа, восточные славяне, поэтому применение оружия массового поражения едва ли уместно и допустимо.

Ну и в-четвертых – существуют риски, что в случае применения ядерного оружия страны Запада передадут ЯО Украине, политическое руководство которой наверняка применит его по территории России, не задумываясь.

Третий сценарий предусматривает продолжение войны на истощение в текущем формате в надежде рано или поздно склонить Запад и подконтрольную ему Украину к переговорам, дабы закрепить нынешний статус-кво. На данный момент политическое руководство России предпринимает шаги для того, чтобы война не затрагивала большую часть населения, а экономика функционировала в режиме мирного времени. О рисках данного сценария я подробно написал в материале «Американская концепция «ранней победы» в длительной войне: как Запад планирует нанести России поражение в конфликте на истощение».

При этом и второй, и третий сценарии при условии некоего соглашения о статусе-кво или заморозке конфликта в нынешних границах, предусматривает угрозу возобновления военного конфликта в будущем. Как писал Карл фон Клаузевиц:

«даже на решающий, окончательный акт всей войны, нельзя смотреть как на нечто абсолютное, ибо побежденная страна часто видит в нем лишь преходящее зло, которое может быть исправлено последующими политическими отношениями».

Ко всему вышенаписанному стоит добавить, что Россия – это страна с отрицательной демографией, и длительная и кровопролитная война в условиях демографического кризиса может завершиться трагически для русского народа.

Военный конфликт по договоренности?

(в качестве заключения)

На данный момент события развиваются по третьему сценарию, причем мы имеем определенные элементы договорной войны. В частности, в недавнем интервью западным СМИ бывший премьер-министр Израиля Нафтали Беннет заявил, что президент России Владимир Путин дал ему гарантию не убивать президента Украины В. Зеленского. Если это действительно так, то становится понятным, почему украинский президент свободно гулял и в Изюме, и в Херсоне, не опасаясь за свою жизнь.

Примечательно, что пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков не стал опровергать договоренности Путина с Беннетом по Украине.

«Мы не сторонники раскрывать детали переговоров глав государств. Не хотим это делать и сейчас, поэтому я не буду ни опровергать, ни подтверждать сказанное господином Беннетом», – заявил Песков. Эти слова можно расценивать как подтверждение слов Беннета, ибо зачастую ложь западных политиков в Кремле опровергают.

Очевидно, что в Москве все еще рассчитывают, что военный конфликт можно завершить переговорами с Западом на приемлемых для РФ условиях. При этом некоторые политические круги в США, где и принимаются все ключевые решения, подают определенные сигналы о том, что они готовы договариваться с Россией. Имеется в виду, конечно, Республиканская партия и один из ее лидеров Дональд Трамп. Подает определенные сигналы и поддерживающий республиканцев американский предприниматель и миллиардер Илон Маск, которому принадлежит компания SpaceX, буквально на днях ограничившая использование на Украине спутников Starlink.

Однако, как бы там ни было, до возможного прихода республиканцев к власти в США еще далеко, и за это время может произойти все что угодно. Помощь от стран Запада все еще нарастает. Можно, конечно, сидеть и ждать с моря погоды, но насколько это продуктивно? А если республиканцы вообще не придут к власти или по какой-то причине изменят свое мнение, что тогда?

Отсутствие четких целей, стратегии и идеи военного и геополитического противостояния, в которое оказалась втянутой Россия, по-прежнему остаются ключевой нерешенной проблемой.

Автор: Виктор Бирюков (Луганск) Печать