Олег Гаврюшенко: возбуждение дела в отношении Бессонова можно отнести к агитационным мероприятиям КПРФ

Депутата Госдумы от КПРФ Владимира Бессонова обвиняют в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 318 УК РФ (применение насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей). По версии следствия, 2 декабря 2011 года в Ростове-на-Дону Бессонов организовал не согласованный с властями митинг на площади перед резиденцией полпреда РФ в ЮФО. На требования сотрудников полиции прекратить проведение несанкционированного мероприятия Бессонов ответил отказом. После того, как полицейские предприняли попытки самостоятельно отключить звукоусиливающее оборудование и пресечь тем самым совершаемое организаторами и участниками митинга административное правонарушение, Бессонов травмировал полицейских и повредил их форменную одежду. Вмененная ему статья 318 УК РФ подразумевает до 10 лет лишения свободы.

«Особо важное» дело о привлечении Владимира Бессонова к уголовной ответственности за опасное для жизни и здоровья насилие над представителем власти – разнопланово, вмещающее несколько разных смыслов, среди которых правовой – не главный», – уверен юрист Олег Гаврюшенко, работающий на избирательных кампаниях. Он рассказал «ФедералПресс.Юг», с каких сторон еще можно взглянуть на возбуждение дела об осуждении коммуниста, какие следует сделать выводы и кто в результате останется в выигрыше.

КПРФ остается в выигрыше при любом разрешении дела

«В морально-этическом отношении совершенно безнравственно полковнику Грачёву и подполковнику Мышенину жаловаться на старшего лейтенанта Бессонова, какой бы ущерб их жизни-здоровью он ни причинил. Чести офицерскому мундиру, даже порванному в драчке, подобное жалобство не придает. Тем более что ни одной публичной видеозаписью тех событий ни удушающий захват Мышенина и бросание его спиной о ступеньки полпредства с последующим ударом рукой по голове, ни последовавшее через пять минут нанесение рукой не менее одного удара в голову Грачёва, инкриминируемые Бессонову, не подтверждаются.

В политтехнологическом отношении возбуждение дела об осуждении коммуниста за насилие над полицейскими накануне избирательной кампании по выборам депутатов областного заксобрания можно смело отнести к агитационным мероприятиям КПРФ. С созданием этого «особо важного дела» провозглашаемая компартией борьба с антинародным режимом обретает свою реальность. И чем строже будет приговор товарищу Бессонову, тем больше избирателей проголосует за его однопартийцев. Одна подписка о невыезде, взятая с тов. Бессонова, дает больше сторонников КПРФ, чем все раздачи партийных газет на основных перекрестках города. Наконец, при любом разрешении дела компартия остается в выигрыше: если ее коммуниста оправдают, проявится мощь партии, привлекающая сомневающегося избирателя, а если осудят – тот же неопределившийся избиратель возлюбит обиженных борцов».

Встреча с избирателями как исполнение служебных обязанностей

«В отношении властного представительства нельзя уклониться от того факта, что депутат заксобрания Бессонов так же, как и полицейские Мышенин и Грачёв А.Б., является представителем власти. И если полицейский 1 взвода 2 роты полка патрульно-постовой службы полиции Управления МВД России по Ростову-на-Дону и замначальника Главного управления МВД РФ по РО являлись представителями власти исполнительной, то депутат Законодательного собрания Ростовской области был представителем власти законодательной.

Для депутата встреча с избирателями является таким же исполнением своих служебных обязанностей, как для полицейских – пресечение несанкционированного публичного массового мероприятия. Поэтому инкриминируемые Бессонову деяния придется рассматривать как совершенные им в связи с исполнением своих служебных обязанностей перед избирателями, а приведшие к этому самовольные попытки полицейских насильно отключить усилитель в то время, когда митинг уже завершался, – оценивать по Кодексу профессиональной этики сотрудников органов внутренних дел, который позволяет применять насилие только в том случае, когда меры ненасильственного характера оказались неэффективны или не обеспечили безусловного выполнения оперативно-служебных задач».

Осталось множество вопросов

«Наконец, в правовом отношении из постановления о привлечении обвиняемым остается непонятным, какую же именно опасность для граждан и общественности представлял собою усилитель, который пострадавшие полицейские самовольно силились отключить? Каким образом это насильственное отключение звука могло прекратить завершавшийся и без того митинг? Как именно несанкционированный митинг воспрепятствовал «нормальному режиму работы государственного органа – аппарату полномочного представителя президента РФ в ЮФО», какие конкретные изменения в режиме работы аппарата в связи с этим случились и как эти изменения повлияли на результаты его работ?

В постановлении о привлечении обвиняемым Бессонова также нет сведений о соблюдении другими участниками события предусмотренного законом порядка прекращения публичного мероприятия. Упоминается лишь внутриведомственное указание начальника отдела полиции № 3 Управления МВД России по Ростову-на-Дону Шпака подполковнику Мышенину пресечь мероприятие отключением усилителя. Обоснованного указания администрации города организатору мероприятия прекратить его в установленное время следствием, видимо, не установлено.

Нет в постановлении и сведений о том, что имели место обращение администрации города непосредственно к участникам мероприятия и устанавливалось дополнительное время для выполнения указания о его прекращении. Без соблюдения же этих предписанных законом процедур «указания» и «обращения» самовольные насильственные действия полицейских по отключению усилителя для пресечения несанкционированного митинга не могут быть признаны законным исполнением ими своих должностных обязанностей. Уголовная же ответственность по инкриминируемой Бессонову 318-й ст. УК наступает за применение насилия к представителю власти, исполняющему свои должностные обязанности.

Предполагается, что должностные обязанности исполняются представителем власти законно, – то есть на основании и в точном соответствии с законом». Печать