США-НАТО: конкуренция за право определять реальность обостряется

Ведущий аналитик Агентства политических и экономических коммуникаций, эксперт Центра ПРИСП Алексей Громский – об эволюции образа Китая в стратегических документах США.

В декабре 2025 года Адмирал Ричард Корелл принял командование Стратегическим командованием США, практически сразу после опубликования новой Стратегии национальной безопасности. На смену формулировок своего предшественника о странах, несущих угрозу, Корелл сразу же продемонстрировал новый подход. Вместо прямых обвинений он сосредоточился на «технологически насыщенной операционной среде» и вызовах, исходящих не от конкретных противников, а от общей трансформации методов ведения войны.

Корелл не упомянул ни Китай, ни Россию по имени в своей речи, как отмечает журнал Air & Space Forces Magazine - профильное издание о военной политике для американского военного истеблишмента. Этим молчанием новый командир STRATCOM завершил процесс нарративной переориентации Вашингтона от конфронтации к реализму.

Параллельно Марк Рютте и Центр стратегических коммуникаций НАТО конструируют противоположный образ Китая как соучастника российской агрессии и вообще весьма агрессивное государство. Вашингтон молчит о Пекине, НАТО не перестает говорить о нем. Это столкновение двух парадигм отражает тектонический разлом: НАТО больше не поет в унисон с голосом американской политики. Теперь два вчерашних союзника конструируют несовместимые реальности.

Откат Вашингтона от идеологии

Образ Китая в стратегических документах США эволюционировал кардинально за последние восемь лет. В конце 2017 года администрация Трампа назвала Китай «ревизионистской державой», угрожающей американской безопасности через экономическую экспансию и региональную милитаризацию. Но это был язык геополитики, не морали. Идеология не упоминалась. Торговые войны, технологическая конкуренция, борьба за влияние - все это могло стать предметом переговоров, если найти приемлемую для обеих сторон цену.

При Байдене произошла революция нарратива. В октябре 2022 года Пекин был объявлен главным геополитическим вызовом для США – уникальным конкурентом, обладающим одновременно намерением переустроить мировой порядок и мощью для этого. При каждом удобном случае вполне официальные лица вспоминали геноцид уйгуров, репрессии в Тибете, уничтожение гонконгской автономии, гонения на религиозные секты и вообще авторитарное управление страной. Все эти доказательства фундаментального расхождения ценностей с американскими подводили основу под любой, сценарий дальнейшего развития событий, включая открытый вооруженный конфликт. Конкуренция была переформатирована в идеологическое противостояние: демократия против автократии, свобода против диктатуры.

В декабре 2025 года администрация Трампа порвала с этой логикой. Новая Стратегия национальной безопасности назвала Китай «равнозначным конкурентом», а не угрозой цивилизационного масштаба. Первое упоминание Китая расположено только на 19-й странице из 33 – далеко позади региональных вызовов. Документ провозглашает «гибкий реализм», то есть отказ от попыток навязывать демократические ценности и западные модели управления тем, кто не хочет этого.

Что исчезло? Полное молчание о геноциде уйгуров, репрессиях, нарушениях прав человека. Ни единого упоминания об авторитаризме как центральной проблеме. По Тайваню произошла тактическая смена: вместо «Мы противодействуем» изменениям статус-кво теперь звучит «Мы не поддерживаем» - это сигнал Пекину о готовности к переговорам. В закрытых версиях документа говорят, даже содержится предложение создать «Пятерку великих держав» (США, Россия, Китай, Индия, Япония), исключающую Европу. Слово «великие», разумеется, перекочевало туда из предвыборного лозунга Дональда Трампа.

Адмирал Корелл воплотил эту переориентацию на практике. Он не назвал ни одного противника по имени, не активизировал риторику противостояния. Вместо этого его речь была посвящена технологическим трансформациям, за счет которых современной Америке и предлагается сделаться великой.

НАТО на противоходе

НАТО в это же время движется в прямо противоположном направлении. На мадридском саммите в июне 2022 года альянс впервые в своей истории назвал Китай угрозой - сначала осторожно, используя формулировку «системный вызов», но явно обозначая, что амбиции и политика Пекина подрывают интересы, безопасность и ценности европейского союза.

Но в декабре 2025 года Марк Рютте совершает качественный скачок. Он преобразует Китай из абстрактного «вызова» в «прямого соучастника убийств украинцев». Его слова становятся знаковыми: «80% критических электронных компонентов в российских дронах и системах произведены в Китае. Когда мирные жители гибнут в Киеве или Харькове, китайская технология часто находится внутри оружия, которое их убивает».

Налицо конструирование прямой моральной ответственности. Китай перестает быть партнером России, он становится активным убийцей, соучастником военных преступлений. Техническая поддержка перерождается в моральную вину.

Центр стратегических коммуникаций НАТО, готовил этот поворот годами, выпуская доклады о «координации информационных операций Китая и России», позиционируя Пекин не как идеологического союзника всех автократических режимов по списку. Это переклассификация критична для европейского восприятия: Китай уже не просто расчетливый игрок, действующий в своих интересах, но едва ли не лидер «оси зла».

Кому кричит Рютте?

Все эти заявления и документы со стороны руководителей Североатлантического альянса обращены не в последнюю очередь партнерам в Пентагоне и Белом Доме. Евроатлантисты знают, что прагматизм и возможное сближение с Китаем укоренено только в личной позиции Трампа и его ближайшего окружения. Оно встречает и активное сопротивление.

Закон об оборонной авторизации остается жестким, ограничивая инвестиции в Китай, контролируя экспорт технологий и поддерживая Тайвань. Лоббисты предприятий ВПК заинтересованы в образе Китая как главной угрозы для того, чтоб обосновать военный бюджет более чем в 900 миллиардов долларов.

Япония, Южная Корея, Филиппины тоже, кажется, требуют от США жесткой позиции по Тайваню и Южно-Китайскому морю. К тому же демократам очень удобно обвинять республиканцев в том, что они продались Китаю, отбирающему рабочие места у честных американцев.

И все же пока США и НАТО конструируют несовместимые друг с другом образы Китая для одного геополитического мира. И конкуренция нарративов за право определять реальность обостряется. Нам же остается наблюдать за этой схваткой и желать успеха обеим Стратконам. Печать