Украинский «трансфер власти»: факторы влияния

Заместитель директора Центра ПРИСП, член РАПК, автор канала «Телеграбля» Валерий Прохоров – об институциональной слабости украинского государства.

Всё больше экспертов в мире включаются в обсуждение гипотетического украинского «трансфера власти». Их прогнозы формируют широкий спектр мнений и обширный набор сценариев.

Интересно, что к власти на Украине действительно может прийти кто угодно – от осторожного технократа до яркого популиста, от «ястреба» до условного «компромиссного» кандидата. И любой из них способен развернуть курс страны в непредсказуемую сторону, отличающуюся от той, которая будет заявлена на старте. Происходить это будет не потому, что украинская элита склонна к импровизации. Дело в том, что политический контур страны устроен так, что окончательное направление определяется суммой внешних векторов давления на тех, кто принимает (или просто озвучивает) решения на Банковой.

Причина этой особенности власти – в фундаментальной институциональной слабости украинского государства, кто бы и под какими знамёнами не пытался его построить. Украина за три десятилетия так и не смогла вырастить внутри себя работающий Deep State – устойчивый слой бюрократии, экспертизы, корпоративных интересов и инерционных механизмов, которые удерживают курс даже при смене политиков. В итоге любое новое руководство оказывается не встроенным в систему, а как бы «подвешенным» над ней, и реальная конфигурация власти определяется внешними центрами силы.

Демонстративная приверженность украинских элит идее «незалежности» при полном отсутствии внутренних механизмов, обеспечивающих суверенитет на практике, создаёт дымовую завесу для постоянного поиска того, кому эту самую «незалежность» можно продать. Поэтому в каждый отдельный исторический момент страной управляет не институциональная память, не национальные интересы, а сиюминутный баланс интересов партнёров, доноров, военных союзников, кредиторов и региональных авторитетов-олигархов даже при формальном сохранении вельможного статуса говорящих от имени государства голов.

Поэтому главный парадокс украинской политики состоит в том, что реальный курс страны меняется не в результате выбора народа, бунта или заговора, а определяется суперпозицией внешних игроков. И пока внутренний Deep State остаётся самым слабым среди постсоветских государств, именно сумма векторов, воздействующих извне, будет фактором того, куда повернёт Украина завтра, и насколько резким этот поворот окажется.