Сирийский коллапс: безволие и безразличие

Доктор политических наук, профессор Государственного университета управления Виктор Титов – о крахе режима Башара Асада в Сирии и тех горьких уроках, которые необходимо извлечь российскому обществу и политическому руководству из этой ситуации.

Итак, это свершилось. Режим Асада (а точнее, семейства Асадов, насиловавших страну 54 года), пал. А вместе с ним, как часто это и бывает, «пала» и сама страна, рассыпалась государственность. Теперь Сирия – всего лишь «пятно» на политической карте мира и международно-правовая формальность, а Сирии-государства как такового уже нет. Что сказать по этому поводу? Сказать, разумеется, можно много. Но сегодня, пожалуй, будем придерживаться известного принципа, что о покойниках говорят либо хорошо, либо ничего. Так вот о «политических покойниках» – об «Асаде-человеке-офтальмологе» и сирийской государственности – сегодня будет совсем мало, почти «ничего». По причине того, что об Асада в принципе сейчас сложно сказать что-то хорошее. Да и зачем: хорошие и плохие человеческие качества, глубокий внутренний мир Башара пусть оценивают Асма, Хафез-младший и прочие жильцы «Москва-сити», а мы с вами в этом вопросе априори не можем быть компетентными.

А что касается несчастной «исторической Сирии» и сирийского народа, – их, разумеется, безумно жалко. И, тем не менее, все причины развала асадовского политического режима, а вместе с ним и жесточайшего кризиса сирийской государственности, – достаточно прозрачны, предельно тривиальны и были подробно проанализированы другими экспертами (включая и тех ученых-арабистов, которые специализируются на ближневосточных делах). Поэтому ограничусь лишь тем, что мне очень больно за сирийский народ. И в ретроспективе, с учетом всех страданий, которые уже выпали на их долю. И, к сожалению, в перспективе, с учетом того, что им еще предстоит пережить, когда конфликтующие между собой исламисты и террористы начнут строить на сирийской земле «демократию»: грабить, убивать, крушить, разрушить и унижать всех и вся, что попадется им под руку.

Если быть предельно откровенным, во всей этой истории с падением Асада – есть всего лишь один показательный момент. По-научному он называется «управленческая дисфункция». А по-простому – импотенция. Причем, полная, тотальная, всепроникающая. Геополитическая и внутриполитическая. Военная, экономическая. Моральная, интеллектуальная, волевая и психологическая. Одним словом – всякая. И эта интеллектуально-политическая импотенция, атрофия воли – и есть тот самый главный и страшный диагноз персонального и «коллективного» Асада. Смертельный политический диагноз, который самым вопиющим и негативным образом характеризует и рухнувший сирийский режим, и всех его «союзников» внутри и во вне (теперь уже де-факто бывшей) Сирии.

Во-первых, показательным является даже не тот факт, что режим Асада, в конце концов, «пал», а та скорость, с какой сложился весь этот «карточный домик». Те бешенные, «стахановские темпы», которыми террористы захватили страну, подчеркивают один непреложный факт: никто внутри Сирии не поддержал Асада.

Сегодня можно, конечно, собраться силами и поспорить на пепелище сирийской государственности: почему всё получилось именно так? Это клан Асадов сумел настроить против себя абсолютно всё сирийское общество, или все немногочисленные сторонники Асада в решающий момент оказались раздроблены-дезориентированы-подкуплены-запуганы? Подозреваю, что оба ответа по-своему верны. Да, понятно, что террористы (которые теперь у нас внезапно стали «сирийской оппозицией») были до зубов вооружены эрдогановской Турцией, страдающей неоимперским османским комплексом и готовой поддерживать террористов по всему миру. И, тем не менее, следует честно признать: всё, что случилось в Сирии, – свидетельство вопиющей дисфункции политического режима. Иллюстрация тотального распада всех (военных, социально-экономических, полицейских, информационно-пропагандистских и т.д.) институтов государственного управления. Распада, который, заметим (поскольку это важно!), очевидно, имел место еще до ноябрьского наступления исламистов на Алеппо и Дамаск и фактического коллапса сирийский государственности в начале декабря.

Во-вторых, конечно, бросается в глаза и та геополитическая импотенция, которую (в очередной раз!) продемонстрировали ближайшие союзники Асада – Россия и Иран. Можно, конечно, тешить себя иллюзиями и паллиативными демагогическими разговорами. Сказать, что Ирану не привыкать проваливаться и «утираться» на международной арене (особенно, в последние месяцы), а для России это всё – элемент «большой игры», часть крупного геополитического «размена» с Западом. А если посмотреть на все произошедшее честно: Россия и Иран в этой ситуации показали себя, примерно так же, как и сам асадовский режим. То есть, почти никак.

В общем, нам, России, теоретически еще можно попытаться сделать «хорошую мину». Объявить, что Сирия от нас «далеко», что Асад «сам дурак», и вообще, если что, «нас там (почти) не было». Но давайте будем реалистами: Россия и Иран не помогли Асаду не потому, что Сирия для них в одночасье стала какой-то там «не интересной» периферией, а лишь только по той причине, что не смогли помочь. Не имели необходимых сил и ресурсов. Военных, экономических и морально-волевых.

Причина этого всеобъемлющего дефицита ресурсов и воли тоже не является ни для кого секретом и лежит на поверхности: Иран и Россия втянулись по своей собственной инициативе в борьбу с «коллективным Западом» (что называется, по всем фронтам) и оказались к ней не готовы. Ни экономически, ни технологически, ни интеллектуально, ни психологически. Настолько погрязли в этом своем «экзистенциальном» противостоянии западному миру, что сегодня получают более чем увесистую оплеуху от обозревшего от безнаказанности «турецкого султана». Увы, но это так. Падение режима Асада, каким бы он не был, – сейчас это выглядит как безусловное геополитическое поражение России. Поражение, конечно, не судьбоносное, но, несомненно, стратегическое по своим последствиям и чувствительное в политико-психологическом плане.

И в этой прискорбной ситуации нам остается только одно – анализировать собственные геостратегические и внутриполитические ошибки. То есть, вся эта история с «падением» Асада – еще и важная «информация к размышлению», весомый повод поразмыслить о самих себе. Окунаться в рефлексию и вспомнить русскую народную мудрость, которая гласит «скажи мне, кто твой друг…». И задуматься над тем, что тотальный политический «лузер» по имени Башар Асад еще вчера, кажется, был нашим, если не самым близким, то несомненным геополитическим «другом»… Печать