Ульяновские «паровозы» следуют в тупик

Политолог, эксперт Центра ПРИСП Николай Пономарев – о планах отказа от так называемых паровозов на выборах в Ульяновской области.

Ульяновские законодатели планируют внести очередные изменения в систему регулирования избирательного процесса.На этот раз на обсуждение вынесен вопрос об отмене общеобластной части партийного списка на выборах регионального уровня. В случае одобрения поправок партийный список будет разделяться только на территориальные группы. Заветные мандаты, таким образом, будут распределяться исходя из результатов голосования в каждой группе.

Это ожидаемо привело к скандалам местного уровня: часть оппозиционеров настаивают на том, что представители власти намерены таким образом отрезать «путь наверх» для своих оппонентов, лишив их возможности использовать «паровозов» - узнаваемых и ресурсных кандидатов, способных за счет свой популярности обеспечить поддержку партийного списка избирателями.

И это ставит перед нами два вопроса. Наносит ли значимый ущерб избирательной системе использование «паровозов? И противоречит ли отказ от общерегиональной части списка интересам оппозиции?

Тридцать четыре по цене одного

Однажды Владимир Жириновский заявил: «Не нужен мандат – не нужно и идти на выборы. Если человек принимает участие в выборах, в случае своего избрания он должен работать депутатом, защищая права выбравших его людей». И уже на основании этого высказывания мы можем констатировать, что покойный лидер ЛДПР имел склонность к глубочайшей самокритике. Потому что только на выборах в региональные заксобрания в 2021 г. он 34 раза «паровозил» во главе списков своей партии.

Если бы эта тактика оставалась «фишкой» одного конкретного политика, ее можно было бы воспринимать с долей юмора. Однако итоги выборов последних лет вполне четко свидетельствуют о том, что масштабы использования «электоральных паровозов» растут и приближаются к опасной черте. По итогам больших выборов в 2021 г. от мандатов в Госдуме и региональных заксобраниях отказались более 300 человек. Это в три раза превысило величину соответствующего показателя за 2016 г.

Что особенно показательно, практику передачи мандатов активно использует не только доминирующая партия. По итогам думских выборов 2021 г. в процессе «распасовки» мандатов приняли участие 6 кандидаты от КПРФ, ЛДПР и «Новых людей». От мест в заксобраниях субъектов федерации тогда отказались 85 человек, не имевших отношения к «партии власти». Причем в 6 регионах тактику «паровозов» успешно использовали даже «политические легковесы» непарламентские партии. Глава «Коммунистов России» Максим Сурайкин, например, отказался от мест в заксобраниях Алтайского края и Омской области.

В некоторых случаях передача мандатов носила едва ли не фарсовый характер: претенденты на статус депутата словно бы обменивались собой мячом в игре «Картошка». В 2021 г. главврач Московской городской клинической больницы Марьяна Лысенко по итогам «списочного» голосования получила право на статус депутата Госдумы. Но медик быстро приняла решение уступить место на Охотном Ряду директору Государственного театра наций Марии Ревякиной. Та, в свою очередь, передала мандат актеру Владимиру Машкову. Который переуступил место в Госдуме директору Государственного музея А.С. Пушкина Евгению Богатыреву. Последний отказался от этой чести, после чего мандат наконец упокоился в руках главы московского отделения «Российских студенческих отрядов» Юлии Дрожжиной.

К каким последствиям приводит использование «паровозов»? Во-первых, это подрывает доверие к избирательной системе как таковой. Как метко отметил некто А. Линкольн, «можно долго обманывать немногих, можно недолго обманывать многих, но нельзя бесконечно обманывать всех…». Среднестатистический избиратель все-таки имеет мало общего с многократными жертвами Сергея Мавроди. Регулярная и массовая передача мандатов минимизировала у многих россиян доверие не только к бесчисленному сонмищу кандидатов спортсменов, певцов, актеров и далее по списку, но и к самому институту выборов. Что автоматически бьет по легитимности выборных органов власти. (Господа юристы, я вас очень уважаю, но термин «легитимность» ввел в научный оборот Макс Вебер, и это понятие в его интерпретации имеет мало общего с термином «легальность»). Каждый эпизод передачи статуса депутата увеличивает число людей, убежденных в том, что «они нас даже не представляют».

Во-вторых, использование «паровозов» создает благоприятную среду для политиков популистов. Кандидат может в принципе ничего не знать о территории и ее проблемах. Ему не нужно работать на территории и помогать избирателям в пределах своих полномочий. Ведь для победы «паровозу» достаточно обладать высокой узнаваемостью, раздавать пустые посулы и обещать добиться невозможного. «Паровозные выборы» - это естественная среда обитания для наследников великого комбинатора. Только в роли местечка Васюки в данном случае выступают целые регионы. «Паровозу» не нужно утруждать себя решением вопросов с постройкой школы, ремонтом инфраструктуры ЖКХ, созданием парковок или газификацией. Нужную долю голосов он наберет за счет рассуждений о пенсионной реформе, ковиде, мигрантах, гей-пропаганде, масонах, чипировании населения при помощи «Кока Колы», экстремистах-анимешниках, «пиндосах» (куда же без них) и т.д.

В-третьих, наличие возможности использовать популистскую карту автоматически нивелирует эффективность усилий прочих кандидатов по решению проблем территории. Что фактически демотивирует их. Какой смысл тратить время, нервы и деньги на помощь местным жителям, если политически это никак не окупается? Тем более, если в качестве «паровоза» выступает, например, ресурсная фигура с высокой узнаваемостью даже на федеральном уровне. В итоге среди претендентов на мандат закрепляется уверенность в том, что «хорошими делами прославиться нельзя».

Протест против собственной выгоды

Заявления о том, что отказ от «паровозов» противоречит интересам оппозиции, вызывают серьезные сомнения.

Во-первых, если бы ульяновские единороссы действительно захотели подрезать крылья своим оппонентам, они бы банально отказались от пропорциональной системы и перешли к голосованию исключительно по одномандатным округам. Вот это бы действительно стало ударом под дых для региональной оппозиции.

Во-вторых, «Единая Россия» сама активно использует технологию «паровозов». В «партии власти» состоит больше всего известных политиков, бизнесменов, спортсменов и чиновников-врачей, учителей, военнослужащих и т.д. Однопартийцы Дмитрия Медведева могут легко выставить на выборы хоть адмирала, хоть космонавта, хоть хоккеиста. Отказываясь от общерегиональной части партийного списка, единороссы скорее выравнивают шансы кандидатов на победу.

В-третьих, в предшествующие годы вопрос о необходимости ликвидации общерегиональной части в партийных списках неоднократно поднимали на уровне субъектов федерации как раз представители оппозиционных партий. Например, в 2019 г. с такой инициативой выступила фракция «Справедливой России» в заксобрании Владимирской области.

Наконец, следует учитывать опыт регионов, чьи законодатели уже одобрили отказ от общерегиональной части партийного списка кандидатов. Только за последние годы на это пошли власти Костромской, Курганской, Новгородской, Оренбургской, Саратовской, Тульской, Ярославской областей, Хабаровского края, республики Марий Эл и Ямало-Ненецкого автономного округа.

Привело ли это к ослаблению оппозиции в перечисленных регионах? Там, где оппоненты «Единой России» проявляли активность на местах хотя бы в формате «городских сумасшедших» (также известном как «Баба Яга против»), их влияние сохранилось. Влияние оппозиции начало слабеть лишь там, где местные парторганизации предпочли делать ставку на имиджевый капитал предшественников или протестное голосование.

Все это позволяет предположить, что против отмены общерегиональной части партсписка выступает не оппозиция в целом. Инициатива ульяновских законодателей вызывает опасения у конкретных политиков, привыкших загребать жар чужими руками либо эксплуатировать устоявшиеся партийные бренды. Печать