Великая Польша от моря до моря: миф державности

Ведущий научный сотрудник Финансового университета при Правительстве РФ Виктор Титов – о претензиях Польши на статус европейской державы и нового центра силы.

Активное участие Польши в украинском конфликте, предстоящий визит Джозефа Байдена в эту страну аккурат в «годовщину СВО», форсированное перевооружение польской армии, крикливая антироссийская риторика и стремление взять на себя роль флагмана всевозможных «общеевропейских» инициатив – все это позволяет многим экспертам высказывать мнение, что Польша стремится стать одним из геополитических «центров силы» на Европейском субконтиненте.

Так ли это на самом деле? Насколько обоснованы претензии Польши на роль непререкаемой «руководящей и направляющей» силы восточно-европейского (и заведомо антироссийского) блока? Каковы ее перспективы как потенциальной макрорегиональной державы, способной составить конкуренцию двум признанным геополитическим «тяжеловесам» континентальной Европы – Франции и Германии?

Дискутируя о перспективах Польши в качестве региональной державы и форпоста американского влияния в Европе, следует отметить всего три момента: географический, ресурсный и психологический.

Начнем, пожалуй, с аргумента «за», который очевиден и общеизвестен. Этот аргумент – география. Суть его сводится к тому, что Польша, будучи вполне себе крупным по европейским меркам государством, находится в центре того геополитического субрегиона, который называется «Центрально-восточная Европа». Ее выгодное стратегическое положение – это огромный плюс. Для Штатов, разумеется. А для Польши – не только плюс, но еще и минус. Ибо соседство с Россией и Германией одновременно – вещь исторически малоприятная и спокойной жизни, мягко говоря, не гарантирующая.

Но указанный аргумент, на мой скромный взгляд, - это все же, скорее, географическая констатация… Ибо Польша находится там, где находится – в этом самом географическом центре Европы - уже тысячу лет, и за это время было всё. Думаю, все исторические зигзаги польской государственности описывать здесь подробно смыла нет. Да не в них дело…

А в чем же?

На мой взгляд, дело, главным образом – в ресурсах. И тут уже все не так однозначно. Мягко говоря. Польский ВВП – где-то между Швецией и Швейцарией. Это «в хвосте» первой десятки европейских стран. Как ни считай - хоть по ППС, хоть нормально - это значительно меньше, чем у Италии или Испании. Но существенно больше, чем у соседей, за исключением, разумеется, Германии и России. Военная мощь Польши, несмотря на все форсированные «перевооружения» - вещь пока тоже проектная и гипотетическая. И оценивается экспертами она весьма скромно, на уровне той же Испании где-то. Понятно, что не Лихтенштейн и даже не Словакия, но и не Италия с Турцией…

Да, объем и потенциал польской экономики существенно выше, чем у ее восточно-европейских соседей. Однако наличие куда более мощного экономического и технологически «продвинутого» игрока в лице Германии делает именно ее центром геополитического притяжения большинства стран центрально-восточной Европы – Чехии, Венгрии, Хорватии, Румынии и т.д. Ареал же политико-экономического влияния Польши, таким образом, закономерно сужается до Литвы, Латвии и, конечно же, Украины. И потенциально, разумеется – Беларуси, если там когда-нибудь придут к власти антироссийские и прозападные силы. В общем, ресурсный аргумент в этом пасьянсе – пока говорит явно не в пользу польской «державности».

И тут на арену большой политики выходит третий, куда более весомый аргумент – ментального, а если точнее, историко-реминисцентного характера. Суть его проста: «имперские комплексы» и остаточные «великодержавные» амбиции, помноженные на страх. Основание этих комплексов – это и очень далекое прошлое, и просто далекое прошлое. Очень далекое прошлое, как вы понимаете, это экскурс к ХVI – ХVII векам, когда поляки и османов громили, и Литву под себя в ходе блестящей военно-дипломатической «спецоперации» подмяли, и даже, помнится, пару-тройку лет в Кремле на правах хозяев потусоваться успели. Просто далекое прошлое – это вся возня вокруг фашистского диктатора Пилсудского и его духовно-исторического «наследия».

Откуда берутся все эти реминисцентные комплексы, сказать сложно, ибо они по своей природе иррациональны. Короче, дефекты психики – и всё тут. А вот то, что эти комплексы ни есть что-то уж совсем эксклюзивное и экзотическое, так это святая правда. То, что ими страдает не только сегодняшняя Польша – так это мы по себе знаем!

И вообще, дорогие друзья, надо быть толерантными и прекращать издеваться над людьми с ментальными нарушениями (даже если это, например, Байден с его нейрокогнитивным дефицитом!). Я к тому, что «постимперский синдром» со всем букетом сопутствующих признаков и проявлений в той или иной степени свойственен многим «бывшим»… империям или что-то вроде того. Только некоторые его переживают легче, а некоторые - сложнее. А некоторые, как Польша, Россия и Турция – ну уж совсем сложно, почти драматически. В общем, здесь многое зависит от правящих элит и качества политических институтов. Если это качество сомнительное, а во властных иерархиях де факто господствует персоналистская модель, то течение болезни будет более сложным. Ну посмотрите на «нового султана» Эрдогана, хотя бы…

У Польши этот комплекс былого величия не только присутствует, но и нарастает. Отсюда и претензии на некую «особую роль» в Европейском союзе – постоянные пикировки с руководством «объединенной Европы», отказ от вхождения в «зону евро», вечная претензия на «особое мнение» по всем – значимым и не очень - общеевропейским вопросам, возня с «традиционными ценностями» супротив европейским «либералам». Из этой же серии – постоянное стремление польского политикума вмешиваться в белорусские дела, сделав из Польши приют для всех тех, кого выгнал из своей страны «батька».

В общем, польские политические элиты вполне себе морально готовы к новым геополитическим «подвигам», только вот военно-экономический потенциал не позволяет…

И в этом смысле накачка польского национализма, «старые песни о главном» (о «Польше, которую они потеряли»), приправленные антироссийскими и не только, (а также антиукраинскими, антигерманскими, антилитовскими) историческими фобиями, - естественная тактика прагматичного госдепа. Вот и Байден на днях приедет, чтобы лично засвидетельствовать свое почтение к главным русофобам всея Европы и сказать пару добрых слов об «особой роли» Польши…

Ну и переговорить по поводу танков, разумеется. В самом деле, не тянуть же «Абрамсы» из-за океана или крупную партию «Челленджеров» через Ла-Манш… К тому же, «Челленджеров» этих не так чтобы и много, британцам они самим нужны.

«Абрамсы»? Да. К сожалению для нас, вполне возможно. Но мелкими партиями и в отдаленной перспективе. Зато в Европе относительно много «Леопардов»… И еще больше стареньких «Леопардов» на военных складах Бундесвера. Вот вам, пожалуйста, берите на здоровье… А «Абрамсы»? Дойдет очередь и до них. В кредит, разумеется, когда у маленьких, но гордых восточно-европейских геополитиков закончатся «Леопарды»…

В общем, логистическая роль Польши в американской стратегии дальнейшей эскалации украинского конфликта несомненна. И военно-транспортный хаб в Жешуве в ближайшие месяцы, а то и годы, (к нашему великому горю), простаивать уж точно не будет. Равно как не будут пустовать ни военно-учебный центр в Быдгощи, ни аэродромы в Люблине.

В общем, современная Польша для США – это военный плацдарм, имеющий бесспорное стратегическое значение. Ну и политический плацдарм тоже…

Вернее, политический жандарм для малых государств восточной Европы, призванный, если что, пресечь на правах исторического старшего брата все эти «разговорчики в строю» - чтобы словацкие, литовские и прочие там эстонские политики даже и не помышляли о том, что от генеральной русофобской линии Вашингтона можно как-то уклониться… Или хотя бы на йоту ситуативно отклониться… Что, например, свои условные «двенадцать «Леопардов»», (которые уже пообещал Украине Дуда), можно только пообещать, но не поставлять…

Ну и, конечно же, эта самая «особая роль» Польши Восточной Европой не ограничивается. В перспективе она мыслится как, если не «авианосец» США в европейской политике, то «бомба замедленного действия», эдакая магнитная мина под и без того не прочным архитектурным реликтом под названием Европейский союз… Действительно, вялые демарши Болгарий и прочих там Словений – это одно, а целая Польша, да еще и с кучей прибалтийских, карпатских и балканских геополитических миноритариев - уже вроде как другое. Что-то чуть-чуть более солидное.

Солидное, по крайней мере, с пропагандистской точки зрения. То самое, что позволяет обсасывать тему «старой» и «новой» Европы, говорить об окончательном, фундаментальном, чуть ли не ценностно-мировоззренческом «расколе» в ЕС как о свершившемся факте, ежедневно противопоставлять престарелых, коррумпированных и пассивных западноевропейских «шрёдеров-шольцев» крикливым и агрессивно-русофобским «дудам» и «качиньским». И Польша в этой информационно-пропагандистской игре, ведущейся США – центральное звено. И она, Польша, этому очень рада… Ибо такая вот незавидная геополитическая роль позволяет почувствовать себя…

Я не знаю, кем она позволяет почувствовать себя, например, Ярославу Качиньскому или Анджею Дуде… Но она уж точно позволяет испытать удовлетворение хотя бы от самого факта, что вам уготована хоть какая-то минимальная геополитическая роль с бутафорским элементом «державности». Пусть даже этот самый шлейф имитационного величия – не из области политической практики, а из учебников клинической психологии.

В общем, Польша и США, несомненно, нашли друг друга. Фобии и комплексы первых удачно «легли» под прагматику вторых. И, на мой взгляд, это прочный союз. На десятилетия. И в украинском контексте, и вне его…

Сможет ли Польша стать полноценной «региональной державой» - в обозримой перспективе вряд ли, экономико-технологический и демографический потенциал не тот. И даже если у власти в Варшаве окажутся какие-то еще более радикальные политики, это будет, скорее, очередной клон авторитарно-коррупционного венгерского Орбана, чем «второе издание» Эрдогана или, тем более, Пилсудский-лайт…

Да и Польша все-таки не Турция и не Россия, а куда более европейское государство. И в данном случае это не комплемент польским «либеральным ценностям», а констатация геоэкономического и исторического факта. Следует признать, что, польское общество, хотя и продолжает по инерции носиться со своими «духовными скрепами», но все же более ориентировано на «европейский выбор» со всеми его издержками и нюансами. Более чем общество российское, турецкое или, например, украинское.

В общем, политическое значение Польши как стратегического союзника США и «агента» американского влияния в Европе сегодня возрастает. Не до критической отметки, но возрастает, с этим спорить трудно. По крайней мере, пока возрастает. И, следовательно, польские элиты могут наслаждаться светом геополитических софитов, извлекать коммерческую выгоду от военного бизнеса на жизнях русских и украинцев и мечтать о будущем… Мечтать, вспоминая блистательный ХVI век и предаваясь иллюзиям, пусть условной и «лайтовой», но все-таки «державности». Печать