Полноценная переориентация России во внешней политике

Государства-члены Шанхайской организации сотрудничества выступили против односторонних принудительных мер, противоречащих Уставу ООН и другим нормам международного права — об этом говорится в декларации, подписанной во вторник на саммите ШОС в Бишкеке. Другими словами, важнейшие торговые партнеры России, включая Китай и Индию, еще раз дали понять, что не станут поддерживать санкционную политику Запада, направленную на разрушение российской экономики.

Политолог, эксперт Центра ПРИСП Николай Миронов – о пределах возможного в санкционной политике Запада на Россию.

Сейчас становится все заметнее, что возможности дальнейшего усиления санкционного давления на Россию не безграничны. Сразу после начала СВО Западу удалось создать довольно масштабный режим ограничений, однако превратить его в глобальную систему изоляции России не получилось. Китай, Индия и значительная часть Глобального юга к санкционному режиму не присоединились. Достичь такого результата удалось благодаря грамотным действиям руководства страны.

Сегодня уже можно говорить о полноценной переориентации России во внешнеэкономической сфере. Так, по итогам 2025 года товарооборот со странами ШОС превысил $400 млрд, а доля расчетов в национальных валютах приблизилась к ста процентам. Здесь работает и эффект масштаба российской экономики. Чем крупнее экономика и чем теснее она связана с другими странами, тем сложнее наносить ей ущерб, не создавая одновременно проблем для ее торговых партнеров и самих инициаторов ограничений. Пример США здесь весьма показателен. Те самые «адские санкции» затрагивают интересы слишком большого количества внешнеполитических акторов, что значительно усложняет их проведение в жизнь. 

Тем не менее, еще рано говорить о том, что Евросоюз останется единственным участником антироссийского «санкционного фронта». Ни те же США, ни Великобритания, ни, допустим, Япония от ранее введенных антироссийских ограничений не отказываются. Европейский кейс интересен другим: именно Евросоюз сегодня наиболее последовательно выступает за дальнейшую эскалацию санкционной политики. И здесь возникает вопрос: сколько действительно эффективных инструментов у ЕС еще осталось в запасе?

История российских активов в Euroclear хорошо показывает пределы возможного в санкционной политике Запада. И у Киева, и в ЕС есть огромное желание использовать эти средства, однако от радикальных действий Брюссель останавливают вполне прагматичные опасения: судебные иски и российские ответные меры, которые создадут серьезные риски для европейской финансовой системы. Поэтому, хотя попытки найти юридические зацепки для использования российских денег продолжатся, прямую конфискацию я считаю маловероятным сценарием.

Печать