Торговля дикими животными - уже не «маргинальная экзотика»

Статс-секретарь Экологической палаты России, председатель Общественного совета Росгидромета Вадим Петров – о теневом рынке торговли дикими животными.

Торговля крупными дикими животными - тиграми, леопардами, львами, медведями - это уже скорее не «маргинальная экзотика», а устойчивый теневой рынок. Такие сделки почти всегда связаны не с нормальным зоологическим оборотом, а с серой или прямо незаконной инфраструктурой: частными коллекциями, домашними мини-зверинцами, коммерческими фотозонами, передвижными зверинцами, а также обширным теневым рынком дериватов - шкур, чучел, ковров, частей животных.

Рост выявления таких фактов я бы трактовал осторожно: это может означать и реальное расширение спроса, и повышение эффективности контроля.

Основными потребителями становятся частные лица, которые покупают животное как символ статуса, и серый коммерческий сектор, где животное используется для демонстрации, фото, развлечений или нелегального разведения. Прокуратура Москвы в этом году сообщала о частном домовладении в Новой Москве, где местный житель содержал бурых медведей, африканских львов и леопарда в тесных вольерах без надлежащего ухода и ветеринарной помощи. Тогда часть животных изъяли, часть передали на ответственное содержание. МВД сообщало о частной территории в Коммунарке, где были обнаружены клетки с двумя медведями, гепардом, львом и львицей.

Отдельный сегмент - не сами живые животные, а дериваты. Это шкуры, ковры, чучела, предметы интерьера. Здесь мотив покупателя еще более очевиден: статусное потребление и демонстрация «редкости». Правовая база в России достаточно жесткая, но, с моей точки зрения, проблема в неотвратимости контроля и в экономике сделки. Судебная статистика показывает, что уголовное преследование есть, но наказание часто остается не связанным с реальным лишением свободы.

Одним усилением уголовной санкции рынок не остановить - нужно повышать ожидаемую цену нарушения. Для такого рынка критичны три точки: происхождение животного, канал продажи и логистика.

Если государство видит только момент изъятия животного, оно борется с симптомом. Если оно видит цепочку - кто добыл, кто перевез, кто разместил объявление, кто оплатил, кто держал, кто пытался легализовать документы, - рынок становится экономически невыгодным. Чтобы остановить рынок, надо не только ужесточать наказание, а сделать незаконную сделку экономически бессмысленной: реестр животных, цифровой мониторинг объявлений, конфискация, взыскание расходов на содержание, ответственность покупателя и контроль всей цепочки от добычи до конечного владельца.

Печать