Скатываться в средневековье Запад не пожелал

Журналист, эксперт Центра ПРИСП Евгений Огородников – о росте поставок российских удобрений на Запад.

Играя в футбол со связанными ногами, российская экономическая сборная перестала обороняться и постепенно переходит в атаку. На прошлой неделе заместитель председателя правительства РФ Дмитрий Патрушев провел совещание с производителями удобрений. По итогам прошлого года выпуск удобрений в России приблизился к 60 млн тонн, что близко к историческому рекорду.

В частности, согласно данным Росстата, производство минеральных удобрений по итогам 2023 года выросло на 10,3%, до 26 млн тонн (нетто, в пересчете на 100% питательных веществ). Наиболее заметно увеличилось производство калийных удобрений — на 24,6%, до 9,1 млн тонн. Выпуск азотных удобрений вырос на 5,2%, до 12,5 млн тонн, фосфорных лишь на 0,2%, до 4,4 млн тонн. При этом, по прогнозам Российской ассоциации производителей удобрений (РАПУ), в этом году отрасль вырастет еще на 10% и выйдет на новый исторический рекорд, в первую очередь за счет калийных удобрений, производство которых, сильно пострадавшее в 2022 году, восстанавливается. А вот производство азотных удобрений уже бьет исторические рекорды.

Как нетрудно догадаться, основная цель использования азотных удобрений ― восполнение в почве азота, который нещадно поедают пшеница, кукуруза, рис и овощи. Говоря проще, азотные удобрения (и вообще химические удобрения) — это возможность отказаться от многопольной системы и синоним интенсивного сельского хозяйства, без которого население планеты Земля так и оставалось бы на уровне Раннего Средневековья — 250‒300 млн человек. Большее число людей планета в экстенсивном режиме прокормить не может: доказано столетиями.

Бурный рост химической отрасли России — эхо большой газовой войны, протекавшей с 2021 года между нами и Европой. Основной результат противостояния — резкое подорожание природного газа на и без того перегретых мировых рынках.

Природный газ ― основное сырье для производства азотных удобрений. Вернее, газ напрямую не участвует в процессе производства, но выступает сырьем для изготовления водорода. А тот, в свою очередь, под температурой связывает азот, содержащийся в воздухе. В итоге реакции возникает аммиак, из которого делают азотную кислоту ― базу для различных видов азотных удобрений: аммиачной селитры, карбамида, сульфата аммония.

Лишившись дешевого природного газа из России, европейские производители свернули производство азотных удобрений. В этом году газ заметно подешевел, однако азотная отрасль ЕС, в отличие от российской, восстанавливается очень медленно. По всей видимости, производители боятся нарушить сложившийся хрупкий баланс на внутреннем рынке газа ЕС.

Скатываться в средневековье не желает ни одна страна в мире, в том числе и антироссийски настроенные. Поэтому санкции с российских удобрений довольно быстро были сняты, в том числе в США, под благовидным предлогом: «Признали удобрения товарами первой необходимости».

Как результат, лишь за первый квартал 2024 года российские производители азотных удобрений поставили в Европу столько же карбамида, сколько за шесть месяцев 2021 года. То есть экспорт этого вида удобрений вырос вдвое превысил уровень до СВО. Возможно, европейские фермеры скупили бы и больше, однако правительство РФ квотирует экспорт. Растущий под зубовный скрежет спрос ― одно из первых и важных следствий сворачивания газовых отношений России и ЕС.

Для экономики России торговля удобрениями заметно выгоднее, нежели природным газом: продается продукция более высокого передела, при этом спрос не привязан к конкретному хабу, а сильно диверсифицирован.

По кривой затрат российские производители одни из самых эффективных мире. Отрасль невероятно инвестиционно привлекательна: за последнее десятилетие инвестиции в производство удобрений в России превысили 1,8 трлн рублей, а само производство выросло в полтора раза. Во многом этого удается добиться за счет природного фактора — обильности и доступности месторождений калия и фосфатов и уже упоминавшейся дешевизны природного газа. В результате там, где американские или китайские химики выходят в ноль, отечественные уже получают ощутимую прибыль. Основные рынки сбыта для удобрений из России — Бразилия, Индия, Китай, страны Африки. Европа, хоть и наращивает покупки, далеко не на первом месте.

Ежегодное мировое потребление удобрений — 190‒200 млн тонн (нетто), чуть больше половины приходится на азотные удобрения, треть — на фосфатные, оставшаяся часть — калийные. На каждом из этих рынков есть свой крупный игрок. Так, Китай производит кратно больше азотных (с применением угля) и фосфатных удобрений (доля мирового рынка — 30%), Канада — калийных (9%). Однако те же Китай и США, хотя и производят много, потребляют еще больше. Возможностей для экспорта из этих стран нет или почти нет.

На Россию приходится порядка 12% мирового производства удобрений, зато она является крупнейшим экспортером всех видов удобрений для интенсивного растениеводства. На внешние рынки уходит две тонны из трех, произведенных в нашей стране. При этом российские производители зачастую предлагают не отдельный вид, а комплексные удобрения — необходимую смесь азотных, калийных и фосфатных.

Медленно, эволюционно, шаг за шагом, без надрывных строек заводов-гигантов, усилиями крупного, но частного бизнеса Россия за десятилетие создала себе уникальную экспортную нишу химической продукции ― удобрений. Выдавить с него нашу страну практически невозможно: обратная сторона враждебной политики — голод. Как оказалось, страны Европы и США в противостоянии готовы рискнуть даже нефтью и газом, однако не готовы отказаться от поставок удобрений. И таких ниш первых переделов, где еще можно развернуться, множество: от металлов и пластмасс до спиртов, смол и кислот, редких земель и т. д. Было бы желание и условия, инвестиции и компетенции подтянутся.

Печать