США
признали, что без нового соглашения о системе безопасности между Россией и Европой конфликт на Украине не закончить.
Предметом переговоров России, Украины и США в Абу-Даби 10–11 ноября стала система европейской безопасности, с которой предстоит жить после завершения боевых действий на Украине. Центральной эту тему на переговорах назвал глава российской делегации Владимир Мединский, дискурс подтвердил и американский переговорщик Джаред Кушнер.
«Задача в том, чтобы создать такую систему комплексной безопасности в Европе, которая станет новой современной Ялтой и Потсдамом, которая будет проникнута духом Хельсинки 1975 года и которая будет отвечать новым современным реалиям, которая будет справедливой. Если такую систему безопасности нам удастся создать, значит, мы обеспечиваем мир в Европе на десятилетия, а может быть, и на века. Вот наша главная задача», — заявил о российской позиции Владимир Мединский.
По его словам, многое зависит от Украины, от позиции Соединенных Штатов и от того, «обретет ли разум Европа».
Как может выглядеть практическое устройство будущего мира, если договориться все-таки удастся?
«Я думаю, что практически это будет означать переговоры вокруг Украины — с США, с Европой, с самой Украиной. Это будет, наверное, в итоге оформлено как некая договоренность о принципах безопасности, но пока совершенно непонятно, как будет выстроена практическая реализация: договоренности о том, какой будет Украина, как будет устроена система гарантий и заверений вокруг именно нее: между Россией и Европой, Россией и НАТО, Россией и Украиной, Украиной и НАТО». Главные участники — те, кто должен быть главными участниками, — это обсуждать не хотят. Но это не значит, что если они не хотят сегодня, то не захотят через какое-то время», —
рассказал «Моноклю» Федор Лукьянов, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике».
Не исключается и возможность изменения европейской позиции.
«Если бы три-четыре года назад кто-то описал ту американскую политику, которая проводится сегодня, большинство людей сказали бы: такого быть не может. Но это случилось. Я думаю, что Европа тоже не так монолитна, как она хочет выглядеть».
По мнению Лукьянова, Германия — ключевой игрок, и многое будет зависеть от того, что будет в ней происходить, может ли там измениться подход, а если да, то в какую сторону — более конструктивную или, наоборот, более радикальную.
По его оценке, дополнительным ограничением для европейцев становится стоимость продолжения конфликта:
«Где брать эти огромные суммы, которые уже нужны для содержания Украины, не говоря уже о потенциальной войне с Россией, на самом деле не знает никто».
Печать