«Удары наносили профессионально». Сергей Митрохин о силовом выселении правозащитников

В ночь на 22 июня ОМОН и сотрудники ЧОПа зачистили офис движения «За права человека» в центре Москвы. Поводом для разгона правозащитников стал якобы просроченный договор аренды и нежелание собственника помещения сдавать его общественникам в будущем. По свидетельствам очевидцев, штурм офиса сопровождался избиением людей и многочисленными нарушениями: полиция не пустила в здание уполномоченного по правам человека в РФ Владимира Лукина.

В ночь на субботу ОМОН взял штурмом московский офис движения «За права человека» (ЗПЧ) в Малом Кисловском переулке. Силовая акция началась после того, как сотрудники организации во главе с лидером ЗПЧ Львом Пономаревым отказались покинуть офис, назвав происходящее рейдерским захватом. В ходе штурма были избиты Пономарев, другие сотрудники офиса и кандидат в мэры Москвы, председатель партии «Яблоко» Сергей Митрохин.

Освободить здание, которое правозащитники занимают последние 15 лет, потребовали городские власти. Основанием для выселения стал просроченный договор аренды и желание собственника — департамента имущества Москвы – прекратить сдавать офис правозащитной организации.

Лев Пономарев утром в субботу был недоступен для комментариев. В пресс-службе департамента имущества Москвы на звонки «Газеты.Ru» не ответили.

Как рассказал Митрохин «Газете.Ru», в офис «За права человека» его попросили приехать, чтобы разобраться в спорной ситуации. Кандидат в мэры города не сразу смог попасть в офис правозащитников; вход Митрохину перегородили три сотрудника ЧОП, поэтому пришлось прорываться силой.

Внутри, помимо сотрудников ЗПЧ, уже находились несколько чоповцев, чиновник префектуры ЦАО и «два человека в штатском» (один из них, по словам Митрохина, руководил операцией захвата, из чего он сделал вывод, что мужчина является сотрудником ФСБ). Присутствующие, за исключением чиновника департамента имущественных отношений префектуры ЦАО, отказались называть свои имена и уточнять должности.

«Командовал ими человек в штатском. Они кричали, что это помещение находится в собственности города, аренда просрочена и т. д. Я стал разбираться с документами, мне показали и те, и другие (стороны конфликта. – «Газета.Ru»). Выяснилось, что никаких оснований для выселения нет. Возражения собственника на продолжение договора аренды были предъявлены только вчера, а они пытались доказать, что это произошло еще три месяца назад, и подсовывали какие-то фиктивные бумажки. Невооруженным глазом было видно, что это подделки: к примеру, отметка о приеме почтовом без подписи, без всего», — говорит Митрохин.

По его словам, у собравшихся в офисе представителей городских властей при себе не было даже распоряжения префекта о том, что нужно очистить помещение. Уведомление о прекращении договора аренды было единственным документом, на который ссылались присутствующие.

В течение нескольких часов правозащитники безуспешно пытались начать с представителями городских властей переговоры.

К офису «За права человека» сначала подъехала представитель уполномоченного по правам человека в РФ Владимира Лукина, затем уполномоченный по правам человека в Москве Александр Музыкантский, за ним уже сам омбудсмен Лукин. Причем последнего, судя по словам Митрохина и по многочисленным свидетельствам очевидцев в социальных сетях, сотрудники полиции в здание не пропустили, даже когда Лукин показал им удостоверение омбудсмена. Поэтому внутри офиса «За права человека» побывал лишь московский омбудсмен Музыкантский, но и ему не удалось добиться от присутствующих объяснений по поводу того, кто они такие и на каком основании требуют от движения «За права человека» покинуть офис.

Оставшийся на улице омбудсмен Лукин, как видно на видеозаписи, был вынужден вести переговоры с правозащитниками, высунувшимися по пояс из окна.

Из объяснений Пономарева следует, что в феврале он никаких извещений о прекращении аренды не получал и, соответственно, никогда на них не расписывался, поэтому эти документы он считает подделкой. «За права человека» оплатило аренду помещения до конца июня, поскольку Пономарев не знал о существовании каких-то бумаг, обязывающих правозащитников покинуть помещение. Более того, в течение последних четырех месяцев он вел переписку с собственниками, которые также не упоминали о своих планах расторгнуть договор аренды, а только просили сделать перепланировку офиса. Правозащитники на это согласились и даже оплатили работу архитекторов, готовивших проект перепланировки.

Второй момент, на который обращает внимание Пономарев, — отсутствие решения суда по спорному вопросу. Лукин, выслушав лидера «За права человека», согласился, что требование покинуть офис незаконно, поскольку вопрос не разбирался в суде. «Я считаю, что раз возник спор между вами и московскими властями, то такие вопросы должны решаться в суде. Я сейчас попросил представителей московских властей подать в суд. Они подавать в суд не хотят и говорят, что они собственники и могут делать, что хотят», — отвечает он. Когда к окну подошел Александр Музыкантский, Лукин сказал: «Ну что, это цирк какой-то. Такие вопросы должен решать арбитражный суд».

В начале четвертого утра группа ОМОНа приступила к зачистке помещения.

Член Координационного совета оппозиции Петр Царьков, приехавший к офису, чтобы поддержать правозащитников, видел, как около трех часов ночи полиция начала готовиться к силовому захвату помещения.

«Подошли где-то 15–20 полицейских, встали у стен здания. Затем бойцы ОМОНа, где-то человек восемь, вышли из фургона и зашли через калитку во двор. Дальше – в один момент, без предупреждения, без объявления о том, что надо покинуть здание – ОМОН, а также, как впоследствии выяснилось, представители ЧОПа и различных спецслужб ворвались в помещение», — рассказал очевидец.

«Внезапно очень быстро, с огромной скоростью, ворвалась группа ОМОНа и стала хватать людей, — вспоминает Митрохин, находившийся внутри помещения. – Стаскивали людей с подоконников, с нарочитой жестокостью бросали об пол, бить стали, правда удары наносили профессиональные, без последствий: меня по шее ударили. На моих глазах эфэсбэшники, которые руководили операцией, тоже били людей. Огромный двухметровый верзила из ОМОНа скинул меня с лестницы — специально, чтобы я упал. У меня крупная ссадина теперь – одна на ноге, другая на локте».

Вслед за Митрохиным с лестницы силой спустили 72-летнего руководителя движения «За права человека» Льва Пономарева — от сильного ушиба у него образовалась гематома над левой бровью. Активисту Игорю Бакирову стало плохо. Очевидец событий Виталий Шушкевич писал в твиттере, что около офиса раздавались крики, люди просили принести валидол.

Свидетели разгона, собиравшиеся у здания офиса с позднего вечера, скандировали «Позор!» и «Фашисты!».

«Мы снаружи видели, как двое — довольно крупные мужчины — просто были выброшены на асфальт. Это можно увидеть на фотографиях, — рассказывает Царьков. – Льва Пономарева с заломленными руками тоже выкинули на улицу, но немного поаккуратнее. С Митрохиным тоже не церемонились. В процессе спуска с лестницы чоповцы били сотрудников офиса, в основном удары наносили по почкам. Буквально через одну минуту после начала штурма все находившиеся в офисе люди (на мой взгляд, их было около 10–12 человек) — все они были выброшены на улицу».

К зданию офиса подъехала «скорая помощь» и увезла пострадавших в травмпункт. По словам Митрохина, врач, услышав, кто нанес побои правозащитникам, отказалась выдавать копию справки о зафиксированных ссадинах. Такой же ответ они получили и от главврача.

В том, что налет на офис движения «За права человека» произошел именно в ночь на 22 июня, Митрохин видит некоторую символичность. Около четырех часов утра он написал в своем твиттере: «Сегодня перед офисом ЗПЧ Путин дал ясно понять, что у нас будет как в фашистской Германии». В разговоре с «Газетой.Ru» Митрохин пояснил, что он имел в виду памятную дату: в ночь на 22 июня 1941 года началась Великая Отечественная война.

«Очень символично, что это произошло в тот момент, когда Гитлер напал на нашу страну. Я думаю, что в этом есть какая-то нарочитая символика. Это в стиле Путина, такие штучки. Откровенная постановочная инсценировка фашистского государства в конкретном месте в конкретное время», — сказал Митрохин.

ОРИГИНАЛ И ФОТО ЗДЕСЬ Печать