Коммуникационные привычки граждан не переносятся директивами

Политический консультант Андрей Трошкин – об идее превращения «Госуслуг» в социальную сеть.

Идея превратить «Госуслуги» в социальную платформу выглядит логичным продолжением стратегии цифровизации государства, но вызывает ряд принципиальных вопросов — как политических, так и психологических.

Сильная сторона замысла очевидна: 120 млн верифицированных пользователей — это актив, которым не обладает ни одна платформа в стране. Верификация решает проблему ботов, фейков и анонимного мошенничества — бича коммерческих соцсетей. Для локальных сообществ (соседские чаты, родительские комитеты, ТСЖ) это действительно рабочая модель: там верификация — преимущество, а не угроза.

Однако ключевое противоречие проекта — в самой природе доверительного общения. Личный чат предполагает приватность, а «Госуслуги» в массовом сознании — это «государство у тебя в телефоне». Психологический барьер здесь фундаментален: люди понимают, что общаются на платформе, где государство знает о них всё — от доходов до штрафов. Даже при формальных гарантиях тайны переписки самоцензура неизбежна. Семейный чат на «Госуслугах» рискует стать чатом, где обсуждают запись к врачу, но не делятся сокровенным. Доверительное общение невозможно администрировать сверху — оно возникает там, где пользователь чувствует себя свободным, а не наблюдаемым.

Второй пласт вопросов — соотношение инициативы с проектом MAX. Напрашивается версия, что обсуждаемая стратегия — это тихая смена концепции национального мессенджера. MAX, несмотря на административную поддержку и предустановку на устройства, не смог создать органическую пользовательскую базу: люди регистрируются, но не живут в нём. Перенос коммуникационного функционала на «Госуслуги» выглядит попыткой решить ту же задачу с другого конца — не строить аудиторию с нуля, а «дозагрузить» социальными функциями платформу, куда граждане и так вынуждены заходить.

Но здесь кроется стратегическая ловушка: обязательность посещения не равна желанию общаться.«Госуслуги» — сервис транзакционный: пришёл, получил услугу, ушёл. Превращение утилитарного портала в место досуга — задача, которую не решили даже банковские экосистемы с их бюджетами на геймификацию. Ачивки и бонусы партнёров могут дать краткосрочный всплеск активности, но не сформируют привычку «жить» на платформе.

Риски проекта:
- перегрузка ключевого государственного сервиса непрофильными функциями снизит его надёжность и репутацию;
- монетизация через предложения бизнеса после жизненных событий (рождение ребёнка, покупка жилья) балансирует на грани использования чувствительных данных в коммерческих целях;
- любая утечка или скандал ударит уже не по соцсети, а по доверию к цифровому государству в целом.

Вывод. Перспективны нишевые сценарии: верифицированные локальные сообщества, агрегатор мероприятий, волонтёрские проекты — там, где официальность является ценностью. Но полноценной соцсетью с доверительным общением «Госуслуги» вряд ли станут — специфика платформы этому противоречит. Если же инициатива действительно является «переупаковкой» идеи нацмессенджера после буксующего MAX, то государству стоит честно признать: коммуникационные привычки граждан не переносятся директивами. Успешнее будет стратегия, где государство создаёт инфраструктуру доверия и безопасности, а не пытается заменить собой пространство частного общения. Печать