Главный рычаг давления Тегерана – географическое положение

Политолог, руководитель Центра урегулирования социальных конфликтов, автор телеграм-канала «Мир как конфликт», эксперт Центра ПРИСП Олег Иванов – о выходе Ирана из переговорного процесса и возможной блокаде Баб-эль-Мандебского пролива.

Заявление Тегерана о немедленном выходе из переговорного процесса, планы полного перекрытия Ормузского пролива и блокады Баб-эль-Мандебского пролива — это сигнал о том, что второй виток войны в Персидском заливе вполне реален.

Формальным поводом для демарша стали действия Израиля и США. Расширение ЦАХАЛом наземной операции в Ливане, выдавливание «Хезболлы» с ключевых рубежей и участившиеся атаки американских сил в акватории Ормуза создали тот самый критический фон, на котором дипломатия оказалась бессильна. В Тегеране выдвинули ультиматум: снятие всех ограничений и возвращение к диалогу возможны только после полного вывода израильских войск с ливанской территории. Условие, которое в текущих реалиях, Израиль не выполнит.

Премьер-министру Израиля Биньямину Нетаньяху эскалация необходима. Военные успехи на ливанском фронте и образ «спасителя нации» позволяют ему удерживать шаткий внутриполитический баланс. Расширение операции и провоцирование прямого конфликта с Тегераном смещает фокус общественного мнения с внутренних проблем на внешнюю угрозу.

Также в эскалации конфликта заинтересован и Дональд Трамп. Бесконечно кормить электорат обещаниями «решительных ударов», раз за разом откладывая их нанесение, становится рискованно. Для входа в новую фазу противостояния требовался лишь подходящий информационный повод — и Иран, под давлением коалиции, его предоставил.

Главный рычаг давления в руках Тегерана — не столько ракеты, сколько географическое положение. Ормузский и Баб-эль-Мандебский проливы — две артерии, по которым проходит от 25 до 30 процентов мирового транзита энергоресурсов и контейнерных грузов.

Стороны готовились к подобному сценарию задолго до провала переговоров. США перебросили в регион значительные подкрепления, пополнили арсеналы высокоточного оружия и усилили разведывательную активность, включая орбитальную группировку и полеты стратегических беспилотников. С другой стороны, иранские инженерные части методично восстанавливают поврежденные подземные базы и наращивают производство ракет и дронов-камикадзе.