Евразийское научно-образовательное пространство: поверх барьеров

Эксперт Политической экспертной группы Владимир Кузнецов – об образовательной политике ЕАЭС.

Утвержденная в декабре 2025 года дорожная карта реализации стратегии ЕАЭС до 2030 года задала конкретные параметры интеграции в цифровой среде, промышленности и на финансовых рынках. Однако технологический суверенитет, заявленный как цель, невозможен без синхронизации научно-образовательных политик. В этой связи, разработанный в феврале Евразийской экономической комиссией проект Соглашения о взаимном признании ученых званий – первый практический шаг к тому, чтобы исследовательский потенциал Союза работал на достижение целей стратегии.

Проект освобождает обладателей званий от необходимости проходить процедуру нострификации при переезде из одной страны ЕАЭС в другую. По словам министра по экономике ЕЭК Бахыт Султанова, это важный вклад в обеспечение свободы перемещения рабочей силы.

Документ логично дополняет прошлогоднее соглашение об отмене нострификации ученых степеней, (кандидат наук, доктор наук) фактически завершая формирование нормативной базы для «четвертой свободы» (движения рабочей силы) в науке.

Утверждение данного решения создаст значимую предпосылку для ответа на один из главных вызовов – неоднородность финансирования научно-образовательной системы.

Сравнительный анализ показывает, что если Россия тратит на НИОКР 1,5% ВВП и выпускает 120 тысяч STEM-специалистов ежегодно, занимая 12-15 место в рейтинге QS Asia(ежегодный рейтинг университетов Азии), то Казахстан направляет на исследования лишь 0,5% ВВП при 25 тысячах выпускников, Узбекистан — 0,3% при 18 тысячах (120-е место в рейтинге), а Кыргызстан с 0,2% ВВП и 5 тысячами специалистов занимает 250-й позицию.

Евразийский сетевой университет, объединяющий более 30 вузов, пока не стал драйвером кооперации: доля совместных публикаций стран ЕАЭС в Scopus не превышает 5%. Двусторонние хаб-проекты (Сколково – Астана, СПбГУ – Ташкент) демонстрируют ограниченный эффект, но не меняют общую картину фрагментации.

Значение четвертой свободы (перемещение рабочей силы) в научно-образовательном треке растет на фоне усиливающейся конкуренции за умы в Центральной Азии, которая остается зоной пересечения интересов внешних игроков. Китай через инициативу «Пояса и пути» и Турция через образовательные гранты предлагают исследователям альтернативные траектории карьеры.

Но у стран макрорегиона есть инструменты, способные привлечь научные кадры. Россия через механизмы фондов и программу «Приоритет-2030» уверенно удерживает лидерство в фундаментальной науке.
Республика Казахстан увеличивает внутренние для молодых ученых гранты на 2026–2028 годы до 3 млрд тенге.

Российские экспертные институты в настоящее время ведут дискуссию о возможных мерах для создания консолидированной финансовой основы научно-образовательной системы Евразийского пространства.

В числе рекомендаций – создание наднационального научного фонда ЕАЭС, унификация стандартов подготовки докторов философии (PhD), запуск платформы массовых открытых онлайн-курсов (МООК) и рост студенческой мобильности до 100 тысяч человек в год – по аналогии с программами поддержки Евразийского банка развития.

Создание единого научно-образовательного пространства – это ключ к технологическому суверенитету региона. Расширенный контур сотрудничества (пять членов ЕАЭС плюс Узбекистан и Таджикистан как наблюдатели) создает широкий рынок компетенций, способный не только удерживать таланты внутри макрорегиона, но и генерировать собственные технологические решения в противовес импортным моделям.