«Не закон, а кистень». Аберрация мордовского правосудия

Политолог, эксперт Центра ПРИСП Николай Пономарев – о деле Светланы Филатовой.




Дело Светланы Филатовой действительно вызывает много вопросов. Во-первых, вся отчетность об обучении предпринимателей ее Фондом была подготовлена и передана заказчиком Торгово-промышленной-палатой Мордовии (выступавшей в данном случае в качестве исполнителя работ по договору относительно рекрутирования и сопровождения слушателей, а также оформления итоговой документации). По версии обвинения, в реальности работа с предпринимателями проводилась в усеченном формате, и около 50% обученных появилась в отчетности лишь благодаря «припискам». Из этого следует, что ТПП республики так или иначе должна была быть причастна к фальсификации данных о проведенном обучении бизнесменов. Однако ее представители выступали в судебном процессе лишь в качестве свидетелей.

Во-вторых, в ходе процесса были выявлены эпизоды несоблюдения ряда принципиально важных процедур, необходимых для подтверждения достоверности доказательной базы обвинения (в частности, речь идет об отказе от почерковедческой экспертизы).

В-третьих, вызывает недоумение как жесткое задержание Филатовой, так и ее помещение под стражу. Масштабы ущерба, нанесенного предпринимательницей по версии обвинения, сложно оценить иначе, как «копеечные». Причем возглавляемая Филатовой компания почти сразу полностью компенсировала государству всю сумму контракта. На этом фоне потребность в отправке бизнесвумен в СИЗО, равно как и организация «макси-шоу», представляется чрезмерной.

Наконец, изумляет и размер наказания. Филатова должна будет выплатить штраф в размере 3 млн рублей. Напомним, по данным открытых источников, предпринимательнице вменяли нанесение ущерба Минэкономразвития Мордовии путем использования заведомо подложных документов на 532 тыс. рублей (позднее в публикациях СМИ эта цифра выросла до 874 тыс.). Ей было предъявлено обвинение по ч.3 ст. 159 УК РФ – «Мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, а равно в крупном размере». Под крупным размером законодатель подразумевает стоимость имущества, превышающая 250 тысяч рублей (особо крупный размер предполагает ущерб на сумму более 1 млн). Максимальный размер штрафа, предусматриваемого ч.3 ст. 159 УК РФ, составляет 500 тысяч рублей (или соответствует размеру заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет). Возможно, суд решил использовать второй подход к определению размера штрафа. Однако что мотивировало людей в мантиях оштрафовать Филатову на сумму, почти в 6 раз превышающую размер нанесенного ею (по версии обвинения) ущерба, остается загадкой.

Все это поневоле настраивает на пессимистический лад. Существует легенда о том, как король Пруссии Фридрих II Великий решил избавиться от мешавшей его покою ветряной мельницы на соседнем земельном участке. Поначалу великий военачальник и реформатор попытался купить у мельника его «средство производства» (и сравнять оное с землей). Однако прусский бизнесмен отказался от весьма щедрого предложения. Тогда монарх намекнул, что вопрос можно решить и «по-плохому». В ответ на что хозяин мельницы, думавший, что имеет дело просто с неким зарвавшимся аристократом, уверенно заявил: «У короля в Берлине есть суд!». После чего Фридриху не оставалось ничего, кроме как отстать от проклятого мельника. Потому что король сам инструктировал судей: «…Они должны знать, что самый незначительный крестьянин, или даже более того, нищий попрошайка — это такой же человек, как и Его Величество, и заслуживает такого обращения со стороны юстиции, при котором все люди равны». Дело Светланы Филатовой, вероятнее всего, станет еще одним поводом для бизнесменов добавить к фразе «У короля в Берлине есть суд» знак вопроса. Печать