Ким Чен Ын начал кампанию по подготовке дочери к роли преемницы

Правитель Северной Кореи Ким Чен Ын, возможно, начал целенаправленную кампанию по подготовке своей не по годам крупной и рослой 10-летней дочери к роли будущей преемницы, продолжательницы правящей в КНДР династии. По крайней мере такой вариант вполне допускают многие эксперты в Сеуле, сообщает Telegram-канал "Головнин из Токио".

Впервые девочку представили публике в ноябре прошлого года: тогда в печати был опубликован большой цветной фоторепортаж о том, как Ким Чен Ын и его дочь (ее имя официально не называется) вместе присутствовали на испытаниях межконтинентальной баллистической ракеты «Хвасон-17» («Марс-17»). В том же месяце они опять же вдвоем встречались с разработчиками таких вооружений. В феврале Ким Чен Ын с дочкой посетил армейские казармы, а на следующий день они вместе с трибуны принимали парад вооруженных сил, потом были на спортивном празднике, а в конце месяца символически покопали землю на церемонии закладки нового образцового микрорайона в Пхеньяне.

Девочка при этом ведет себя уверенно и весьма вольно – на параде, например, она обеими руками потрепала отца по щекам. Наблюдатели в Сеуле обращают внимание на тщательный подбор мероприятий с дочкой – это баллистическая ракета, символ ядерной мощи, общение с солдатами, руководство войсками и, в то же время, дела гражданские с элементами заботы о населении. Можно отметить и то, что в марте в КНДР была выпущена серия почтовых марок с дочерью вождя. По неофициальным данным, ее зовут Ким Чжуэ.

Очень интересно то, как ее именуют в прессе: «любимый ребенок», «драгоценный ребенок», «почитаемый ребенок». В ритуале КНДР слова «драгоценный» или «почитаемый» могут использоваться только в отношении высшего руководителя. Например, эпитет «драгоценный» не разу не был применен даже при упоминании очень близкой к Ким Чен Ыну его младшей сестры Ким Ё Чжон. Она, судя по всему, пользуется полным доверием правителя, играет важную роль и в партии, и в дипломатии КНДР, но «драгоценной» ее никогда не называли.

Есть и другие признаки привлечения внимания к дочке – например, ранее на парадах всегда выбрасывался лозунг «Жизни не пощадим за великого вождя!». Однако 8 февраля на военном параде солдаты в добавление к этому скандировали: «Жизни не пощадим за кровную линию Пэктусан!» И тут нужно пояснить: Пэктусан – это священная для корейцев гора, как Фудзи для японцев. По официальной версии, именно там была база сражавшихся с японцами партизан во главе с Ким Ир Сеном, основателем правящей в КНДР династии.

Громовое солдатское скандирование «Жизни не пощадим за кровную линию Пэктусан» в момент появления на трибуне 10-летней дочери вождя призвано, как полагают, подчеркнуть ее прямую причастность к божественному прадеду, ее особые права на его наследство.

Некоторые эксперты в Сеуле полагают, что Ким Чен Ын, возможно, начал столь рано готовить дочку к роли преемницы, поскольку его самого представили народу слишком поздно - всего за год до смерти отца в декабре 2011 года. Воспоминания о нехватке опыта на первых порах, о проблемах с установлением контроля за номенклатурой, не исключено, заставляют его начать подготовку будущей правительницы с детства.

С другой стороны, в Сеуле напоминают о крайне патриархальном характере общества в КНДР, об очень низком там статусе женщин. Эксперты высказывают сомнения в том, что девушка даже из высочайшей семьи сможет выполнять роль Верховного главнокомандующего вооруженными силами, которые считаются ядром государственной системы страны. Сторонники такой точки зрения считают, что товарищ Ким появляется с дочкой лишь для того, чтобы усилить симпатии народа к себе и своей семье.

Но есть и другой фактор: считается, что у нынешнего правителя КНДР трое детей, и старший среди них – мальчик. Однако сеульское министерство объединения, ведающее сбором и анализом информации о Севере, заявляло, что достоверных сведений об этом не имеется. Если же все три ребенка Ким Чен Ына - девочки, то это может объяснить его появления с дочерью. Возможно, ее действительно нужно начать раскручивать как можно раньше, чтобы приучить и народ, и военную верхушку к перспективе появления женщины на пхеньянском престоле. Печать