Как политтехнологии формируют политическую систему в России

Политконсультант, партнер Консалтингового бюро Т&М, эксперт Центра ПРИСП Антон Тимченко специально для Telegram-канала РАПК о «незаконченности Павловского».

Размазывая мастерком цемент по кирпичу, редкий строитель размышляет о том, какой именно вклад в ton of voice городского пространства внесёт возводимый дом. Забивая в таблицу отчётные цифры по электоральному проекту, редкий политтехнолог думает о последствиях, которыми для страны осядет применяемый инструмент.

Вместе с уходящей неделей ушёл и легендарный Глеб Павловский, спроектировавший многие узлы Системы РФ и многое о ней понявший. Одно из своих глубоких наблюдений Глеб Олегович зафиксировал в статье «Осадок политтехнологий», — историческом обзоре того, как ситуативные ходы, направленные на решение электоральных задач в федеральных кампаниях, после завершения выборов застывали, превращаясь в постоянную часть властной конструкции.

Танки как политтехнология в 1991-1994 гг. (конституционный референдум, заход в Грозный), правительство как электоральный девайс в 1995-м, рождение безальтернативности и идея преемника в 1996-м. Культ публичных рейтингов и отсечение «токсичных» ньюсмейкеров от эфира, превращение политических высказываний в тщательно отрепетированный спектакль с 2000-го. В 2003-2004 гг. обнуляется партийная система в роли политической инфраструктуры, а участники совещаний по медиапланированию по сути становятся во главе страны. Следующий этап — 2007-2008 гг. — конструирование тандема и обкатка управляемой передачи кресла, на месте былого электорального «путинского большинства» возникает большинство неэлекторальное, укреплять и консервировать которое — главная задача политтехнологов. Драматургия кампании 2012-го строится вокруг виртуального конфликта с новоизобретённым гонимым либеральным меньшинством…

Статью Глеб Олегович написал в марте 2018 года, накануне последних президентских выборов, поэтому «осадки» той кампании в текст не вошли. Технократизация и «оцифровка» политики, вытеснение из легального поля несистемных игроков, отраслевая мобилизация и фетиш процедурной легитимности.

Конечно, нерв политических сюжетов последних лет — стабильность — вышел из моды и, кажется, покинул нас, так что планирование сейчас неблагодарное дело. Тем не менее, если всё будет идти строго по плану, через год нас ждёт кампания, слагаемые которой застывшей лавой сформируют черты будущей политической реальности. И собираемые сейчас «производственные совещания» «архитекторов», «прорабов» и «строителей» электоральных конструкций как раз определяются с дизайном грядущего.

Грустно, что Глеб Олегович этого не увидит, — ему было бы очень интересно, и он очень многое бы подметил. Но увидим мы, и, возможно, кто-то из нас напишет продолжение статьи об осадках политтехнологий 2024 года. Печать