Глава Востокгосплана назвал приоритеты развития ДФО на ближайшие 10 лет

Завершается работа над Стратегией социально-экономического развития Дальневосточного федерального округа до 2030 года с прогнозом до 2036-го. Она приходит на смену Стратегии социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона на период до 2025 года. Директор федерального автономного научного учреждения "Восточный центр государственного планирования" Михаил Кузнецов сравнил два основополагающих документа.

Российская Газета: Михаил Евгеньевич, как, на ваш взгляд, выстраивается приоритетность целей в Стратегии-2030?

Михаил Кузнецов: Разработка Стратегии приближается к финалу, и нужно сказать, что приоритеты несколько поменялись по сравнению с предыдущим документом - Стратегией социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона на период до 2025 года.

Прежняя Стратегия делала основной упор на опережающее экономическое развитие, и это было оправданно на тот момент. В нынешней версии акцент мы смещаем на человека, на качество его жизни и самореализацию, что соответствует нашим национальным целям. И главная цель сформулирована как формирование высокотехнологичной диверсифицированной экономики, развитие современной инфраструктуры, способствующей улучшению среды для жизни и устойчивому росту населения, а также обеспечение ключевой роли макрорегиона в кооперации России со странами АТР. То есть не экономика ради экономики, а экономика для создания лучших условий для жизни людей. Это основной акцент с точки зрения приоритетов.

В расшифровке этой цели обозначено пять главных задач. Первая - преодоление инфраструктурных ограничений: устранение энергодефицита на Дальнем Востоке за счет строительства новых объектов генерации и повышения надежности энергосистем, наращивание пропускной способности грузовой и пассажирской транспортной системы для усиления связки с другими регионами и роли ведущего пути России в Азию и, наконец, повышение связанности и доступности территории, а также мобильности людей.

Вторая - развитие науки и технологий. Если в предыдущей стратегии ставилась задача специализации региона на добыче полезных ископаемых, теперь мы понимаем, что даже добыча должна быть высокотехнологичной, поэтому опережающий рост технологий становится важнейшим. А это включает и подготовку кадрового резерва ученых, и формирование новых условий для их работы, и наставничество, и создание новых центров класса мегасайенс - таких, как ИНТЦ на острове Русский и современные кампусы. И, конечно, в блок входят собственно современные сектора: искусственный интеллект, роботизация, автоматизация производственных процессов, аддитивные технологии, "зеленая" энергетика и так далее.

Третья задача - старт нового инвестиционно-технологического цикла. У нас есть большой инвестиционный портфель в добыче - практически 16 триллионов рублей. Этот сектор уже догоняет переработка - газо- и нефтехимия, производство удобрений. Появились проекты, связанные с современным транспортом и микроэлектроникой. Да, на Дальнем Востоке есть высокотехнологичные авиа- и судостроение, но нужны новые сектора, отвечающие требованиям времени.

Четвертая - это то, ради чего Стратегия, собственно, и разрабатывается, на что направлена основная ее цель: формирование лучших условий для жизни дальневосточников. Сдвиг произойдет за счет создания воспроизводительных рабочих мест с хорошей зарплатой, комфортной среды и полного обеспечения потребностей в образовании, медицине, развлечениях, физкультурно-спортивных услугах. Это системная политика народосбережения, связанная с мерами демографической поддержки, "умной" миграцией, когда на Дальний Восток будут привлекаться лучшие специалисты.

И пятая задача - эффективный мониторинг изменения климата и экологических процессов, без чего невозможна устойчивая, гармоничная среда для жизни людей.

Кстати, мы применили довольно революционный - открытый - подход к разработке документа, чего не было при подготовке Стратегии-2025. Еще полуготовый текст вывесили на специальном сайте и пригласили всех людей, всех дальневосточников к обсуждению, даже встроили искусственный интеллект для помощи.

Мы обрабатываем все предложения дальневосточников, доводим их до губернаторов, до руководства Министерства РФ по развитию Дальнего Востока и Арктики с тем, чтобы люди сами повлияли на свое будущее. В каждом регионе прошли стратегические сессии. Многие инициативы сразу были включены в Стратегию.

Лично мне очень понравилась емко сформулированная в нескольких регионах идея "Свой дом на своей земле". Такой проект крепко привязывает человека к месту, ведь родина там, где твой дом, где твоя земля.

РГ: Если выразить одним словом, в прежней Стратегии в фокусе экономика, в новой - человек. В связи с этим какие задачи, по сравнению со Стратегией социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона, ушли, а какие добавились в разрабатываемом документе?

МК: Цель новой Стратегии я бы коротко обозначил как "Экономика для человека", поскольку экономику мы не снимаем с повестки дня, никакого развития без нее не будет. Просто в прежнем документе несколько меньше внимания уделяли человеку и социальной инфраструктуре. Новый же будет более гармоничным.

Предыдущая цель заключалась в реализации геополитической задачи закрепления населения на Дальнем Востоке и в Байкальском регионе за счет развитой экономики и комфортной среды. Теперь же она сформулирована как создание высокотехнологичной диверсифицированной экономики и современной инфраструктуры для улучшения жизни людей и устойчивого роста населения. Увеличение числа жителей - очень значимая цель, но, наверное, не сразу получится ее достичь, ведь в стране в целом происходят сложные демографические процессы. Но мы ее ставим.

Касаясь отличий двух Стратегий, отмечу, что прежде была цель добиться на Дальнем Востоке опережающих темпов социально-экономического развития. Сейчас ее трансформировали, так как регион вышел из числа догоняющих. Уже заложен мощный фундамент, ДФО становится одним из важнейших центров экономического развития России - не только ресурсным, но и перерабатывающим и научно-технологическим.

Второе отличие - условия для развития перспективной экономической специализации.

Раньше была цель нарастить добычу, чтобы Дальний Восток стал ресурсной житницей страны. Теперь же мы делаем структурный маневр в пользу переработки и новых высокотехнологичных секторов. Это очень важный разворот - на базе наших ресурсов строить не один только экспорт, а создавать цепочки добавленной стоимости.

Следующий пункт - снижение барьеров для экономической и социальной интеграции Дальнего Востока с другими регионами. Для этого много сделано за последние годы - введены и совершенствуются преференциальные режимы, и при этом мы запускаем новый инвестиционно-технологический цикл с другими приоритетами, направленными, повторю, на высокотехнологичную экономику.

В прежней Стратегии была задача формирования устойчивой системы расселения, опиравшейся на зоны опережающего экономического роста, по сути, стягивание людей в агломерации. Это уже произошло, 76 процентов дальневосточников живет в крупнейших агломерациях. Теперь надо решать другую задачу: обеспечить устойчивость населения в населенных пунктах второго эшелона, которые тоже стали точками экономического роста. Там люди живут и связывают свое будущее с этими поселениями. Невозможно развивать Дальний Восток, опираясь только на крупные города. В новой Стратегии это отражено.

Остался акцент на КМНС. Есть целый подраздел, посвященный коренным народам, тем более что, к счастью, остановлено снижение их численности.

В новый документ мы включили задачу эффективного мониторинга изменений климата, адаптации к ним и снижения выбросов парниковых газов.

РГ: Какие задачи, поставленные в Стратегии-2025, выполнены, а какие - нет? И как вы считаете, в чем причина невыполнения?

МК: Именно с этого мы и начали работу над новой Стратегией. Всегда нужно посмотреть, а что сделали коллеги, наши предшественники, которые планировали данный документ, что получилось из этого, а что - нет, и почему.

Самое главное - предыдущая Стратегия заложила фундамент для развития Дальнего Востока, которое мы видим сейчас. Достигнуты плановые значения по уровню доходов населения, расходам на здравоохранение, плотности дорог с твердым покрытием и ряду других. Усилилась роль добывающего сектора как основной специализации макрорегиона: его доля выросла с четверти до 30 процентов. Созданы условия для развития других перспективных отраслей - транспорта, логистики, ЖКХ, строительства, обрабатывающей промышленности, туризма, сельского хозяйства.

Второе, о чем я уже говорил, трансформирована система расселения людей. Это, наверное, был основой вызов - наличие нормального, комфортного жилья для дальневосточников. В агломерациях растет ввод жилья. Последние три года ДФО занимает первое место по темпам его ввода. Показатель комфортности среды для жизни с 2018 по 2024 годы увеличился со 145 до 198 баллов.

Снизились барьеры интеграции. Расширен БАМ. Благодаря Единой дальневосточной авиакомпании стали доступнее перелеты из региона в регион внутри Дальнего Востока и в соседние округа. Реализованы меры поддержки КМНС, в том числе строятся торгово-логистические центры и фактории, поощряются традиционные виды деятельности - оленеводство и рыболовный промысел.

Наметилась положительная динамика по уровню жизни: реальные доходы населения выросли на 30 процентов по сравнению со значениями 2013 года. Сократился разрыв стоимости потребительских товаров и услуг относительно среднероссийского показателя со 131 до 112 процентов.

А вот выполнить задачу по "формированию численности населения и ресурсов в объемах, необходимых для решения экономических задач" - такой была ее формулировка - получилось не в полной мере. Но и здесь наметилась позитивная тенденция: в 2024 году впервые зафиксирован миграционный приток - 24 тысячи человек.

Поэтому можно сказать, что значительная часть задач Стратегии-2025 была реализована. И это мы видим во мнениях людей. Более половины опрошенных отмечают положительные изменения в социальной сфере, 56 процентов - в экономике, 61 процент- в инфраструктуре.

И еще мы провели некую "работу над ошибками": в прежней Стратегии целевые показатели мерили в тоннах добытых природных ресурсов, процентах роста ВРП. А что это человеку дает? Как на его жизни отразится, на его детях? Поэтому в новом документе много иных измерителей "человеческих" - обеспеченность жильем и так далее. Это ноу-хау Стратегии-2030.

РГ: Ключевым акцентом новой Стратегии указана диверсификация экономики. Но об этом же говорилось и в предыдущем документе. Это та же самая задача или она теперь видоизменяется?

МК: Она раньше звучала так: условия для перспективной экономической специализации субъектов на основе природно-ресурсного и индустриального кадрового научного потенциала. Максимально размыто! Но речь шла прежде всего о создании перспективной специализации в горнодобыче.

Я считаю, что такая задача реализована: заложен хороший фундамент дальнейшего развития, а сама добыча стала требовательна к науке, технологиям. И теперь речь идет о том, что диверсификация экономики должна быть на иной основе. Во-первых, у нас должны появиться более мощные сектора переработки. Скажем, на Дальнем Востоке добывают медь, продают медный концентрат. А может, пора перейти к производству продуктов на основе этого концентрата?

Хорошие примеры есть. Одно дело - газ продавать, а другое - раскладывать его на фракции и выпускать полимерную продукцию, как это начинает делать Амурский ГХК. Тренд наращивания добавленной стоимости пронизывает всю логику новой Стратегии.

Во-вторых, намечены научно-технологические приоритеты для разворота в сторону современной высокотехнологичной экономики. Тут рядом Китай создает огромную индустрию роботов, андроидов, автономного транспорта, искусственного интеллекта. Нам нельзя отставать! Мы - не сырьевой придаток, мы должны стать центром высокотехнологичной экономики. А соседство с Китаем, Кореей, Японией необходимо использовать как преимущество.

РГ: Есть ли разница в инструментах сохранения и наращивания численности населения в Стратегии-2030 и Стратегии-2025?

МК: В прежней Стратегии были довольно общие акценты - устойчивая система расселения с опорой на точки роста, формирование численности трудовых ресурсов в нужных объемах. Это скорее векторы развития.

В нынешнем документе огромный набор инструментов. В первую очередь так называемый дальневосточный демографический пакет: миллион за третьего ребенка, различные надбавки и льготы, дальневосточная ипотека. Все это напрямую влияет на рождаемость, поэтому мы бьемся, как тигры, за этот пакет на каждом заседании с минфином.

Расширяется перечень мер по привлечению трудовой силы, создаются стимулы для переезда людей на Дальний Восток. Значительные усилия направлены на народосбережение - развитие современных высокотехнологичных медицинских центров, мобильных бригад и санавиации для удаленных регионов.

Людям важно качество образования, и в ДФО строят кампусы международного уровня. Специально для наших вузов принята программа "Приоритет - Дальний Восток", а для средних профессиональных учебных заведений - "Профессионалитет", помогающая реновации системы СПО и повышению ее статуса.

Важна еще и позитивная пиар-поддержка Дальнего Востока, чтобы люди знали о возможностях жизни и построения карьеры здесь.

РГ: Какие факторы, на ваш взгляд, обеспечивают выполнение целей и задач Стратегии-2030, а какие - создают риски ее успешности?

МК: Риски определяют для того, чтобы ими управлять.

Огромные возможности для нынешнего развития Дальнего Востока я вижу в том, что наши соседи растут темпами 3-5 процентов в год и не собираются останавливаться. Они в принципе могут скупить все, что мы производим, надо только понимать и угадывать тренды. Если втиснуться на рынок АТР с долей в 1-2 процента, Дальнему Востоку этого хватит, чтобы жить богато. Дальше уже задача распределительного механизма, чтобы средства доходили до инфраструктуры, людей, социальной сферы.

А риски заключаются в следующем: первый - мы будем слишком пассивны в реализации наших амбициозных планов, второй - государство станет экономить на вложениях в инфраструктуру.

Опасения может вызвать и недостаточное внимание к развитию социальной сферы и человеческой составляющей в Стратегии. Нельзя забывать, что главный двигатель современной экономики - это люди, их амбиции и интересы. Печать