В России предложили восстановить простаивающие самолеты Ан-2

Учредитель АП «Мотор» Юрий ПЕТРОВ: «Наша задача – достойно вернуться в Арктику и задействовать оставшийся в стране самолетомоторный парк АН-2».

Много средств вложено в разработку самолета «Байкал», однако он до сих пор не дотягивает до эксплуатационных характеристик АН-2.

В начале февраля омское авиаремонтное предприятие «Мотор» провело демонстрационные испытательные полеты модернизированного самолета АН-2 с отработкой взлета и посадки в глубокий снег, что особенно актуально для эксплуатации самолета в арктических районах страны. Проект так и называется – «Русская Арктика».

Многоцелевой самолет предназначен для охраны северных границ, санитарной авиации, северного завоза и т.д. Об этом учредитель АП «Мотор», почетный полярник России, руководитель сектора Ассоциации Северного морского пути по авиационному обеспечению Северного морского пути Юрий ПЕТРОВ рассказал обозревателю «Коммерческих Вестей» Анастасии ПАВЛОВОЙ.

– Юрий Павлович, расскажите о том, как вы стали руководителем сектора АСМП по авиаобеспечению.

– Наше предприятие очень давно входит в Ассоциацию наряду с «Атомфлотом», «Росатомом», «Норильским никелем» и другими компаниями, напрямую заинтересованными в развитии Северного морского пути. В научно-производственном центре «Мотора» работают опытные профессора и академики со стажем более 50 лет, поэтому руководство АСМП приняло решение поручить именно мне возглавить направление авиационного обеспечения, наделив соответствующими правами. Сейчас мы создаем приказ об организации летного отряда полярной авиации. Северный морской путь занимает 12 тыс. км, и в некоторые пункты просто невозможно добраться кроме как воздушным путем – там просто нет дорог. Ледовой разведкой, развозом продуктов питания, транспортно-связными полетами (доставка почты, персонала, грузов, оказание медицинской помощи) занимались многоцелевые самолеты ЛИ-2 и АН-2. А мы как раз специализируемся на модернизации АН-2. На мой взгляд, руководство Ассоциации поступило очень мудро, доверив именно омичам восстановление связей с Арктикой, поскольку в нашем регионе расположены ключевые для этой отрасли заводы – самолетостроительные, моторостроительные и т.д.

– Кроме АН-2, нет летной альтернативы?

– Боюсь, что нет. Много средств вложено в разработку «Байкала», однако он до сих пор не дотягивает до эксплуатационных характеристик АН-2. Но хочу подчеркнуть, что мы и не пытаемся конкурировать. У нас есть вполне конкретная задача – достойно вернуться в Арктику, после того как она была заброшена в постсоветское время, и задействовать оставшийся в стране самолетомоторный парк АН-2 в охране государственной границы. В раннем обнаружении, распознавании и уничтожении опасных объектов этим самолетам нет равных. Наземные станции очень просто обнаружить, дроны – облучить и вывести из строя. АН-2 же очень маневренные, они могут выполнять посадку даже на подобранные с воздуха площадки: хоть в снег, хоть на воду, хоть на дрейфующий лед, хоть на галечные берега Северного Ледовитого океана, они идеальны для ведения геологической разведки и аэрофотосъемки. Мы уже оснастили самолеты ледомерами, чтобы сообщать подводным лодкам, где можно всплывать, широкополосным локатором кругового обзора, тепловизором, системами РЭБ, ГЛОНАСС. Поставили колеса большего диаметра, обогреваемые стекла, дополнительные топливные баки, удлинили крылья, уменьшили посадочную скорость. Что важно, АН-2 не требует ангарного хранения – он обшит термоусадочной тканью! И малозаметный. Недаром он уже 78 лет успешно эксплуатируется. Сейчас его ни технологически, ни технически просто нечем заменить.

– Как полярник, вы переживаете о том, что Арктику забросили на долгие годы?

– Конечно. У нас ведь там все давно изучено, сделано, достаточно просто туда вернуться. В Диксоне, например, когда-то жило 5,5 тыс. человек, а сейчас – 250 человек. Дома заброшены, площадок нет.

– Сколько стоит ваша модернизированная разработка?

– Сам самолет стоит 62 млн, а оборудование, которым он оснащен, 140 млн. Итого 202 млн. Но он очень экономичен в использовании. Летный час стоит 100 тыс. рублей, в то время как у вертолета – 600 тыс.

– В какой поре находится проект?

– Мы проводим летные испытания, уже более 300 часов налетали. По их итогам составим акты и предложим нашу разработку МЧС, ФСБ, МВД, Росгвардии, Министерству обороны.

– Сколько, по вашим данным, осталось в стране АН-2?

– Около 600 дееспособных самолетов и 400 ждущих ремонта. Есть что модернизировать. Но проблема с запчастями есть: из-за плохих отношений с Польшей у нас нет ни колец, ни поршней, ни двигателей, ни колес, ничего [в свое время СССР передало документы и права на производство АН-2 Польше]. По сути, просто переставляем старые детали с машин поновее.

– Китайцы делают беспилотники на основе АН-2. Вы так сможете?

– Конечно. Был бы стабильный заказчик. Мы и так потратили много собственных средств на модернизацию, урезали расходы по максимуму. Но я изначально мотивировал коллектив на то, что «Русская Арктика» станет нашим главным проектом. Раньше мы активно занимались ремонтом авиадвигателей, вспомогательных силовых установок и другого самолетного оборудования, работали с шестью десятками авиакомпаний, но, честно говоря, в последнее время на такие заказы не хватает ни материальных средств, ни моральных сил, ни специалистов. Поэтому сейчас мы делаем акцент на обеспечении авиацией Арктики в полном соответствии с требованиями Президента.

Печать