Местечковая технология на грани абсурда

Управляющий партнер Консалтингового бюро Т&М, юрист, эксперт Центра ПРИСП Гарегин Митин – о судебных решениях, касающихся соблюдения формы подписного листа при сборе подписей избирателей.

Выборы 2024 года отметились несколькими не слишком заметными – всё-таки муниципалка – но значимыми судебными решениями, касающимися сбора подписей избирателей.

Связывает решения, о которых пойдёт речь, нечто большее, чем спор о соблюдении формы подписного листа, а именно подход к законодательному регулированию и методология правоприменения. Хотя последняя имеет больше различий.

Надуманный вопрос о необходимости собирать по пять подписей избирателей в каждом подписном листе был поставлен в 2022 г. в Иркутской области (может и раньше, но нам это неизвестно) и показался местечковой технологией пусть и на грани абсурда, но тем не менее дававший нужный результат: кандидат лишался участия в выборах.

Что технология местечковая стало очевидно с решением Верховного Суда РФ по делу кандидата Борискина, которым была установлена её незаконность. Закон об основных гарантиях не говорит об обязательности заполнения всех пяти строк в подписном листе! Нигде не говорит.

Однако эта незаконная технология вылезла в судебной практике уже на питерских выборах:

«Тем самым, при заполнении кандидатом одного подписного листа не в полном объеме (менее, чем на пять избирателей) данный кандидат в случае выявления нарушений, при наличии которых недействительными признаются все подписи избирателей в подписном листе, получает необоснованное преимущество в реализации права быть избранным перед другими кандидатами, заполнившими подписной лист на предусмотренное в нем количество избирателей, что недопустимо».

По настоящему делу допущено нарушение формы подписного листа…

Суд мог руководствоваться незнанием стороны практики Верховного Суда РФ, а, возможно, соображением «до Бога высоко, до царя далеко»: пока кандидат дойдёт до последней кассации выборы и кончатся. Упомянутый кандидат Борискин – живой тому пример; его правота была установлена уже после дня голосования.

Второе дело, отличившееся новизной, прилетело из подмосковного Королёва. Там судья устанавливал размеры строк в подписном листе.

Проблема в том, что Закон об основных гарантиях не является аналогом инструкции по делопроизводству и не содержит пропорций подписных листов. Равно как, кстати, и методические рекомендации ЦИК России. Однако тут, в отличие от дел «по пяти строкам», мы можем усмотреть здесь неуклюжую попытку суда исключить своеобразное и сложнодоказуемое злоупотребление кандидата правом на масштабирование подписного листа.

Как следует из решения, строки таблицы подписного листа были изображены таким образом, что по факту таблица из пятистрочной превращалась в двустрочную.

«Избранная кандидатом форма подписного листа предусматривает такую возможность исключительно в отношении двух подписей избирателей при лишь внешне формальном соблюдении числа и нумерации строк в целом. Однако, по мнению суда, тем самым кандидатом фактически осознанно преодолеваются установленные требования к оформлению подписного листа и число возможных для использования строк с установленным законом пяти снижается всего до двух».

Правореализационная практика показывает возможность изготовления подписного листа для заполнения с таблицей в пять строк. Так что сведение подписного листа к двум строчкам суд посчитал злоупотреблением правом кандидатом.

Тему с формой подписного листа начали отнюдь не суды, а законодатель, придумавший ряд новых формальных требований (это не наша идея, но мы с ней согласны). Требований, которые далеки от содержания подписного листа. Хотя предшествующая практика без них вполне обходилась. А некоторые неудобства вроде прошивки строк или продолжения подписного листа на обратной стороне (теперь так нельзя) можно было исключить более изящным способом нежели законодательный запрет. При этом на фоне ультраформализма правоприменителя законодатель недорегулировал… А недорегулирование на фоне формализма порождает недосвободу на том же фоне.

Вот если бы закон содержал только перечень необходимых для подписного листа сведений, а избирательная комиссия утверждала рекомендуемую форму подписного листа. Интересная была бы практика!