«Четыре России»: общество и его лидеры

Политконсультант, партнер Консалтингового бюро Т&М, эксперт Центра ПРИСП Антон Тимченко – о поисках России и себя в ней.

Россия — сложное многосоставное общество, которое точно нельзя описать как единую и однородную систему, включающую все население страны. В зависимости от аналитических целей и выбранного критерия, исследователи сегментируют российский многослойный пирог по-разному.

Например, Владимир Шляпентох описывал Россию через четыре основных уклада: авторитарный (рентодатели), олигархический (рентоискатели), либеральный и криминальный. Наталья Зубаревич делит социально-экономическую реальность страны на четыре разных мира, отличающихся уровнем бюджетного внимания, ценностными установками и потенциалом к протесту — «страна» городов-миллионников, «страна» средних промышленных городов, огромная территория поселенческий периферии и, наконец, республики Северного Кавказа и юга Сибири (Тыва, Алтай). Но сейчас, пожалуй, наиболее актуальна другая модель «четырех Россий».

Концепция Евгении Стуловой очень точно схватывает разделение страны на четыре сегмента, в зависимости от характера и степени погружения в СВО-реальность: «Россия столичная», «Россия глубинная», «Россия уехавшая» и «Россия воюющая». Выстраивая политическую коммуникацию, для каждой из аудиторий придется подбирать свой месседж, образ будущего, язык и каналы донесения всей этой красоты. Здесь ничего нового, всё ясно и обкатано. Куда как интереснее вопрос о лидере для каждой из «Россий»

С «Россией глубинной» все довольно предсказуемо — наиболее инерционная часть общества, если нет каких-то особых шоков, почти всегда поддерживает статус-кво. Также не очень балует интригами «Россия уехавшая», к тому же в ближайшей перспективе она едва ли будет влиять на судьбу трех остальных «Россий», чтобы сильно ломать голову на этот счет. Самое интригующее касается двух оставшихся сегментов, логика которых все больше входит в противоречие.

Безусловно, «Россия столичная» значительно шире, чем Москва. Однако во многом она ориентирована именно на столицу — как наиболее развитый и современный мегаполис либо как на территориальное воплощение «федерального центра». В общем-то, что в первом, что во втором случае фигура лидера этого сегмента вполне системна, будь то Сергей Собянин или Михаил Мишустин либо кто-то им симпатизирующий.

Основная интрига ждет в «России воюющей». Наиболее авторитетными для данной аудитории и медийно активными выступают не высшие военные должностные лица (министр обороны или начальник генерального штаба). Более того, будь это системный Рамзан Кадыров, несистемный Игорь Стрелков или околосистемный Евгений Пригожин, – все они противопоставляют себя элите, отождествляют себя с простым народом и критически отзываются о министерстве обороны. По мере того, как российская действительность все активнее окрашивается в хаки, все большее политическое значение будет иметь фигура и позиция лидера именно этой России. Печать