https://vybor-naroda.org/ ru Поиск стратегий развития - Выбор народа - сайт-библиотека сообщений о выборах https://vybor-naroda.org/yandexlogo.png https://vybor-naroda.org/yandexsquarelogo.png DataLife Engine https://vybor-naroda.org/arhiv/arhiv-2013/arh2013-vyboryvrf/arh2013-vybory2013/arh2013-obshaiainfovybory2013/-3044478-arh2013-doklad-csr-dlya-kgi-novoe-elektoralnoe-ravnovesie-srednesrochnyy-trend-ili-vremennoe-zatishe.html Предлагаемый вашему вниманию материал является пятым по счету в серии докладов ЦСР, посвященных анализу политических тенденций в российском обществе. Он основан на результатах исследований, проведенных при финансовой поддержке Фонда Кудрина и Института общественного проектирования (ИНОП). На фоне предыдущих аналогичных публикаций настоящий доклад выделяется тем, что не содержит попыток сформулировать прогнозы дальнейшего развития событий. Во многих случаях мы даже не пытаемся дать обоснованное объяснение причин происходящего. Мы сосредоточили основное внимание на упорядоченном изложении фактов, которые были собраны в ходе последнего раунда социологических и психологических исследований. Общая информация о выборах 2013 Tue, 27 Aug 2013 13:39:53 +0400 Предлагаемый вашему вниманию материал является пятым по счету в серии докладов ЦСР, посвященных анализу политических тенденций в российском обществе. Он основан на результатах исследований, проведенных при финансовой поддержке Фонда Кудрина и Института общественного проектирования (ИНОП). На фоне предыдущих аналогичных публикаций настоящий доклад выделяется тем, что не содержит попыток сформулировать прогнозы дальнейшего развития событий. Во многих случаях мы даже не пытаемся дать обоснованное объяснение причин происходящего. Мы сосредоточили основное внимание на упорядоченном изложении фактов, которые были собраны в ходе последнего раунда социологических и психологических исследований. Такой подход мог бы показаться излишне поверхностным, а может быть, даже скучноватым, если бы не одно «но»: впервые за все время нашей работы над политическими докладами мы столкнулись с таким количеством фактов, которые не соответствовали нашим прежним представлениям. Это сделало работу над докладом сложной и интересной для нас самих. Среди наиболее существенных общественно-политических изменений, которые не совпали с нашими прежними результатами и которые мы не смогли обоснованно предсказать, опираясь на предыдущие раунды исследований, стоит упомянуть следующее: Стабилизация электоральных рейтингов президента и «Единой России» могла произойти под действием социально-психологических факторов, сила которых не была очевидна по итогам предшествующих исследований. Наблюдается стабилизация и, возможно, некоторое восстановление авторитета «Единой России» у населения. При этом «Единая Россия» теряла потенциал харизматического лидерства, в то время как Объединенный народный фронт, с его опорой на политическую харизму, пока демонстрирует лишь весьма ограниченные успехи. Москва, по крайней мере на некоторое время, утратила роль протестного лидера, а «центр тяжести» политической, экономической и этнически мотивированной протестности перемещается за пределы Москвы и Санкт-Петербурга. Данные нашего опроса указывают на то, что «спрос на демократию» в российской глубинке может превышать «спрос на демократию» в Москве. Снижение «спроса на демократию» в Москве, по-видимому, происходит за счет московского среднего класса, а основной рост«спроса на демократию» за пределами Москвы, скорее всего, дают менее обеспеченные слои населения, включая жителей села. Политическая и социальная модернизация действуют в противофазе. Москва остается лидером социальной модернизации, а за пределами Москвы социальная модернизация, наоборот, замедлилась, а по некоторым параметрам, возможно, даже поворачивает вспять. В итоговой версии доклада многие противоречия исходного материала так и не удалось примирить до конца. Вопросов в докладе возникает больше, чем ответов. Отчасти эта противоречивость может являться результатом фрагментарности проведенного исследования и его пилотажного характера, позволяющего делать на основе имеющейся информации лишь весьма осторожные предположения. Но в значительной мере полученные неоднозначные результаты отражают внутреннюю противоречивость массового сознания, в котором, как показывает опыт наших предыдущих исследований, легко могут уживаться логически несовместимые представления. Эти внутренние противоречия массового сознания могут еще более усугубляться тем, что политические конфликты двух последних лет вывели российское общество из равновесия и сопровождались целым каскадом социально-политических изменений. Доклад состоит из пяти глав и трех приложений, освещающих методологические вопросы и дополняющих социологическую информацию. В первой главе дается описание методологии сбора первичной информации. Во второй главе анализируется возможный переход к новому электоральному равновесию и рассматриваются его вероятные причины. В третьей главе представлены результаты анализа агрессивности и тревожности российского населения. В четвертой главе рассматриваются данные, свидетельствующие о стабилизации восприятия «Единой России» населением. В пятой главе анализируются изменения политических и социально-экономических установок населения в территориальном разрезе. Скачать доклад
Такой подход мог бы показаться излишне поверхностным, а может быть, даже скучноватым, если бы не одно «но»: впервые за все время нашей работы над политическими докладами мы столкнулись с таким количеством фактов, которые не соответствовали нашим прежним представлениям. Это сделало работу над докладом сложной и интересной для нас самих.

Среди наиболее существенных общественно-политических изменений, которые не совпали с нашими прежними результатами и которые мы не смогли обоснованно предсказать, опираясь на предыдущие раунды исследований, стоит упомянуть следующее:

Стабилизация электоральных рейтингов президента и «Единой России» могла произойти под действием социально-психологических факторов, сила которых не была очевидна по итогам предшествующих исследований.
Наблюдается стабилизация и, возможно, некоторое восстановление авторитета «Единой России» у населения. При этом «Единая Россия» теряла потенциал харизматического лидерства, в то время как Объединенный народный фронт, с его опорой на политическую харизму, пока демонстрирует лишь весьма ограниченные успехи.
Москва, по крайней мере на некоторое время, утратила роль протестного лидера, а «центр тяжести» политической, экономической и этнически мотивированной протестности перемещается за пределы Москвы и Санкт-Петербурга.
Данные нашего опроса указывают на то, что «спрос на демократию» в российской глубинке может превышать «спрос на демократию» в Москве.
Снижение «спроса на демократию» в Москве, по-видимому, происходит за счет московского среднего класса, а основной рост«спроса на демократию» за пределами Москвы, скорее всего, дают менее обеспеченные слои населения, включая жителей села.
Политическая и социальная модернизация действуют в противофазе. Москва остается лидером социальной модернизации, а за пределами Москвы социальная модернизация, наоборот, замедлилась, а по некоторым параметрам, возможно, даже поворачивает вспять.

В итоговой версии доклада многие противоречия исходного материала так и не удалось примирить до конца. Вопросов в докладе возникает больше, чем ответов. Отчасти эта противоречивость может являться результатом фрагментарности проведенного исследования и его пилотажного характера, позволяющего делать на основе имеющейся информации лишь весьма осторожные предположения.

Но в значительной мере полученные неоднозначные результаты отражают внутреннюю противоречивость массового сознания, в котором, как показывает опыт наших предыдущих исследований, легко могут уживаться логически несовместимые представления. Эти внутренние противоречия массового сознания могут еще более усугубляться тем, что политические конфликты двух последних лет вывели российское общество из равновесия и сопровождались целым каскадом социально-политических изменений.

Доклад состоит из пяти глав и трех приложений, освещающих методологические вопросы и дополняющих социологическую информацию. В первой главе дается описание методологии сбора первичной информации. Во второй главе анализируется возможный переход к новому электоральному равновесию и рассматриваются его вероятные причины. В третьей главе представлены результаты анализа агрессивности и тревожности российского населения. В четвертой главе рассматриваются данные, свидетельствующие о стабилизации восприятия «Единой России» населением. В пятой главе анализируются изменения политических и социально-экономических установок населения в территориальном разрезе.

Скачать доклад ]]>
Такой подход мог бы показаться излишне поверхностным, а может быть, даже скучноватым, если бы не одно «но»: впервые за все время нашей работы над политическими докладами мы столкнулись с таким количеством фактов, которые не соответствовали нашим прежним представлениям. Это сделало работу над докладом сложной и интересной для нас самих.

Среди наиболее существенных общественно-политических изменений, которые не совпали с нашими прежними результатами и которые мы не смогли обоснованно предсказать, опираясь на предыдущие раунды исследований, стоит упомянуть следующее:

Стабилизация электоральных рейтингов президента и «Единой России» могла произойти под действием социально-психологических факторов, сила которых не была очевидна по итогам предшествующих исследований.
Наблюдается стабилизация и, возможно, некоторое восстановление авторитета «Единой России» у населения. При этом «Единая Россия» теряла потенциал харизматического лидерства, в то время как Объединенный народный фронт, с его опорой на политическую харизму, пока демонстрирует лишь весьма ограниченные успехи.
Москва, по крайней мере на некоторое время, утратила роль протестного лидера, а «центр тяжести» политической, экономической и этнически мотивированной протестности перемещается за пределы Москвы и Санкт-Петербурга.
Данные нашего опроса указывают на то, что «спрос на демократию» в российской глубинке может превышать «спрос на демократию» в Москве.
Снижение «спроса на демократию» в Москве, по-видимому, происходит за счет московского среднего класса, а основной рост«спроса на демократию» за пределами Москвы, скорее всего, дают менее обеспеченные слои населения, включая жителей села.
Политическая и социальная модернизация действуют в противофазе. Москва остается лидером социальной модернизации, а за пределами Москвы социальная модернизация, наоборот, замедлилась, а по некоторым параметрам, возможно, даже поворачивает вспять.

В итоговой версии доклада многие противоречия исходного материала так и не удалось примирить до конца. Вопросов в докладе возникает больше, чем ответов. Отчасти эта противоречивость может являться результатом фрагментарности проведенного исследования и его пилотажного характера, позволяющего делать на основе имеющейся информации лишь весьма осторожные предположения.

Но в значительной мере полученные неоднозначные результаты отражают внутреннюю противоречивость массового сознания, в котором, как показывает опыт наших предыдущих исследований, легко могут уживаться логически несовместимые представления. Эти внутренние противоречия массового сознания могут еще более усугубляться тем, что политические конфликты двух последних лет вывели российское общество из равновесия и сопровождались целым каскадом социально-политических изменений.

Доклад состоит из пяти глав и трех приложений, освещающих методологические вопросы и дополняющих социологическую информацию. В первой главе дается описание методологии сбора первичной информации. Во второй главе анализируется возможный переход к новому электоральному равновесию и рассматриваются его вероятные причины. В третьей главе представлены результаты анализа агрессивности и тревожности российского населения. В четвертой главе рассматриваются данные, свидетельствующие о стабилизации восприятия «Единой России» населением. В пятой главе анализируются изменения политических и социально-экономических установок населения в территориальном разрезе.

Скачать доклад ]]> https://vybor-naroda.org/arhiv/arhiv-2013/arh2013-vyboryvrf/arh2013-vybory2013/-3033670-arh2013-liberalizaciya-usloviy-registracii-politicheskih-partiy-itogi-proshedshego-goda.html 2 апреля 2013 года исполнился год со дня подписания Президентом РФ Дмитрием Медведевым Федерального закона № 28-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О политических партиях», который снизил до 500 человек требования к численности политической партии. 4 апреля исполняется год, как этот закон вступил в силу. В данной статье мы подводим итог прошедшего года партстроительства. Выборы 2013 Thu, 04 Apr 2013 11:39:16 +0400 2 апреля 2013 года исполнился год со дня подписания Президентом РФ Дмитрием Медведевым Федерального закона № 28-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О политических партиях», который снизил до 500 человек требования к численности политической партии. 4 апреля исполняется год, как этот закон вступил в силу. В данной статье мы подводим итог прошедшего года партстроительства. Этапы партстроительства В соответствии с законом политическая партия может быть создана одним из двух способов – на учредительном съезде или путем преобразования общероссийского общественного объединения. Политическая партия, создаваемая на учредительном съезде, в процессе формирования проходит четыре этапа: 1) создание оргкомитета и подготовка учредительного съезда; 2) проведение учредительного съезда и подготовка документов для государственной регистрации; 3) прохождение государственной регистрации в Минюсте России; 4) подготовка к государственной регистрации и прохождение государственной регистрации региональных отделений партии в территориальных органах Минюста. Только после государственной регистрации 42 региональных отделений политическая партия получает право участвовать в выборах и может считаться успешно прошедшей все этапы регистрации. Политическая партия, создаваемая путем преобразования общероссийского общественного объединения, проходит те же этапы, кроме первого. Сайт Минюста России содержит информацию о «действующих» оргкомитетах политических партий, о зарегистрированных политических партиях, о политических партиях, имеющих право участвовать в выборах, а также о политических партиях, которым отказано в регистрации, и о политических партиях, регистрация которых приостановлена. К сожалению, информация эта недостаточно полная и не абсолютно точная – несмотря на наши обращения Минюст не стал существенно совершенствовать способ подачи информации о политических партиях. В связи с этим невозможно точно определить, сколько партий находятся на первых трех этапах своего строительства. Оргкомитеты Всего за период с 22 декабря 2011 года, когда Президентом РФ Дмитрием Медведевым была объявлена реформа партийного законодательства, было создано более 300 оргкомитетов. Наиболее интенсивно этот процесс шел в феврале – апреле 2012 года, когда было создано не менее 156 оргкомитетов. В соответствии с законом оргкомитеты прекращают свою деятельность либо после проведения учредительного съезда партии, либо, если съезд не был проведен, по истечении срока полномочий (обычно один год). На 2 апреля 2013 года на сайте Минюста значилось 159 действующих оргкомитетов. Однако, по нашим данным, это число завышено, так как в указанном списке есть оргкомитеты, уже проведшие съезды и тем самым прекратившие существование. Таким образом, около половины оргкомитетов, созданных после 22 декабря 2011 года, прекратили деятельность. Количество проведенных учредительных съездов не удается оценить с приемлемой степенью точности. Тем не менее, можно констатировать, что большая часть оргкомитетов прекращает деятельность в связи с истечением срока полномочий. Иными словами, большинство оргкомитетов, как и предсказывалось экспертами, так и остаются заявлениями о намерениях и даже не пытаются провести учредительный съезд. Регистрация политических партий Количество политических партий, подавших документы на регистрацию, точно неизвестно; можно только сказать, что их не менее 79. По данным с сайта Минюста на 3 апреля 2013 года, за период с апреля 2012 года Минюст зарегистрировал 56 новых политических партий, из них две уже удалены из списка зарегистрированных партий в связи с тем, что они не успели за полгода зарегистрировать 42 региональных отделения. Но только 30 новых партий прошли полный цикл регистрации (то есть зарегистрировали не менее 42 региональных отделений) и получили право участвовать в выборах. Из 56 вновь зарегистрированных партий только 6 (Российская экологическая партия «Зеленые», «Коммунисты России», Российская партия пенсионеров за справедливость, «Гражданская сила», «Российский общенародный союз», «Демократическая правовая Россия») были созданы путем преобразования неполитических общественных объединений, остальные – на учредительных съездах. Перечень зарегистрированных партий приведен в таблице 1. Таблица 1 Отказы в регистрации получили не менее 16 партий: 1. Политическая партия «Экологическая партия России» (заявитель Головин М.); 2. Всероссийская политическая партия «Новая Великая Россия» (заявитель Куринов А.Ю.); 3. Всероссийская политическая партия «Родина» (заявитель Сучков Д.А.); 4. Политическая партия «ПРОТИВ ВСЕХ» (заявитель Чубаров Д.А.); 5. Политическая партия «Аграрная партия России» (заявитель Хабаров Л.А.); 6. Всероссийская Политическая Партия «Курсом Правды и Единения» (заявитель Москалев Ю.А.); 7. Политическая партия «Свобода и Народовластие» (заявитель Черепков В.И.); 8. Политическая партия «Нетократическая партия России» (заявитель Кривохижин П.А.); 9. Политическая партия «Пиратская партия России» (заявитель Рассудов П.Ю.); 10. Политическая партия «Самодержавная Россия» (заявитель Меркулов Д.Н.); 11. Партия Защиты Конституции Российской Федерации (заявитель Утяшев Р.Ш.); 12. Всероссийская политическая партия «Курсом Правды и Единения» (заявитель Москалев Ю.А.); 13. Политическая партия «МММ» (заявитель Муратов А.В.); 14. Политическая партия «Советская партия Российской Федерации» (заявитель Шарипов Н.С.); 15. Политическая партия «Возрождение аграрной России» (заявитель Хабаров Л.А.); 16. Политическая партия «КОЛОКОЛ» (заявитель Дижур Н.И.). На 3 апреля 2013 года на сайте Минюста также есть информация о приостановлении регистрации 7 политических партий: 1. Политическая партия «ЗА ПРАВО СЛАВНЫХ» (заявитель Чубаров Д.А.); 2. Политическая партия «Национальный Курс» (заявитель Савин М.А.); 3. Политическая партия «ЕВРАЗИЯ» (заявитель Коровин В.М.); 4. Политическая партия «Самодержавная Россия» (заявитель Меркулов Д.Н.); 5. Политическая партия «Нетократическая партия России» (заявитель Кривохижин П.А.); 6. Политическая партия «Новая Сила» (заявитель Соловей В.Д.); 7. Политическая партия «Партия Возрождения России» (заявитель Архипов В.А.). Классификация новых политических партий Здесь мы попробуем предложить классификацию 56 партий, зарегистрированных после 4 апреля 2012 года. В основу классификации положены два критерия – практический и идеологический. I. Практический критерий Практический критерий связан с целью создания партии. В связи с этим партии предлагается разделить в первую очередь на политические и политтехнологические. 1. Политические К этой группе мы относим в первую очередь партии, имеющие ярко выраженную политическую программу и лидера (лидеров), проявивших себя в политике. Это (в порядке регистрации): «Альянс Зеленых – Народная партия», Российская экологическая партия «Зеленые», «КОММУНИСТЫ РОССИИ», «Российский общенародный союз», «Гражданская Сила», Российская партия пенсионеров за справедливость, Партия Мира и Единства, «Гражданская Платформа», «Демократический выбор», Партия Духовного Преображения России, «Российский Объединённый Трудовой Фронт», «РОДИНА», Партия Возрождения Села, Объединенная аграрно-промышленная партия России. Особняком стоят партия «Достоинство», имеющая яркую политическую программу, но созданная неизвестными молодыми людьми, и две партии, созданные выходцами из «Справедливой России» – Партия За Справедливость! и «Рожденные в Союзе Советских Социалистических Республик». Итого в эту группу мы объединяем 17 партий. 2. Политтехнологические Основные критерии отнесения партий к этой категории три: малосодержательная программа, неизвестный лидер, отсутствие сайта. Среди партий этой категории в первую очередь выделяются партии, связанные с «Центром Андрея Богданова» и зарегистрированные в мае 2012 года (6 из 8 партий, зарегистрированных в этом месяце). Это: Демократическая партия России (ДПР), «Союз Горожан» (СГ), Народная партия России (НПР), Партия Социальных Сетей (ПСС), Социал-демократическая партия России (СДПР), Коммунистическая партия социальной справедливости (КПСС). Все эти партии отличает краткость и невнятность программы. Помимо ДПР, возглавляемой самим А.В. Богдановым, лидеры этих партий либо совсем неизвестны (ПСС), либо известны лишь как соратники Богданова (СГ, НПР, СДПР, КПСС). Исключением можно считать националистического публициста В.Ю. Милитарева, председателя политкомитета СДПР (но, по данным Минюста, он не имеет права представлять партию без доверенности). Из 6 партий лишь «Союз горожан» имеет свой сайт, но и на нем последняя новость датирована 07.09.2012. Дополнительная информация об общности этих партий: 27.07.2012 пять из них (кроме ПСС) объявили о создании коалиции. На выборах 14.10.2012 все 6 партий придерживались одинаковой тактики (выдвижение одних и тех же кандидатов в разных регионах), в Барнауле как минимум 5 из них (нет информации про КПСС) имели одного и того же уполномоченного, который сдавал их документы в горизбирком. Примечательно также наличие единых элементов стиля: у всех 6 партий (в отличие от большинства других) краткое название является аббревиатурой; у всех 6 партий (в отличие от большинства других) файлы, содержащие программу, имеют расширение docx. Помимо этих партий, всем трем указанным выше критериям удовлетворяют: Партия свободных граждан, «Родная страна», «Против всех», Партия Социальных Реформ и Партия СОЦИАЛЬНОЙ СОЛИДАРНОСТИ. Близки к этому Российская сетевая партия (по-видимому, запасная партия Александра Рявкина, от которой он отказался после регистрации «Гражданской Силы»), «Молодая Россия», Политическая партия Социальной защиты, «ЧЕСТНО», Российская социалистическая партия. Отметим, что у партий «Родная страна», «Против всех» и Российской социалистической партии файлы, содержащие программу, также имеют расширение docx, а краткое название партии «Родная страна» – аббревиатура. Итого в эту группу мы объединяем 16 партий. 3. Промежуточные К этой категории мы относим три подкатегории: 3.1. Партии, созданные для удовлетворения лидерских амбиций: Народная партия «За женщин России» (Хавраева Г.Ф.), Российская консервативная партия «За нашу Родину» (Лермонтов М.Ю.), Монархическая партия (Баков А.А.), «ВОЛЯ» (Пеунова С.М.), Партия Дела (Бабкин К.А.), «НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИИ» (Федулов А.М.), Российская партия народного управления (Мухамедьяров А.Р.), «Демократическая правовая Россия» (Трунов И.Л.) – всего 8 партий. Большинство из них имеют ярко выраженную идеологию (кроме Партии Дела). В эту же подгруппу из группы 1 может быть перенесена Партия Мира и Единства (Умалатова С.З.), занимающая промежуточное положение. 3.2. Партии, созданные на базе неполитических общественных организаций: Партия пенсионеров России (Союз пенсионеров России), «Города России» (Федеральный совет городов, Всероссийское общество охраны природы), «Новая Россия» (Союз «Чернобыль»), «Союз труда» (ФНПР), РОСПА (Межрегиональная общественная организация автомобилистов «Свобода выбора»), Аграрная партия России (АККОР), Трудовая партия России (СОЦПРОФ), «Женский диалог» (одноименная), Партия ветеранов России (ветеранские организации), «Защитники Отечества» («Офицеры России»), «Развитие России» (Саморегулируемая организация оценщиков «Экспертный совет»). Первые 6 из них созданы на базе организаций, входящих в Общероссийский народный фронт, лидеры трех следующих также некоторым образом связаны с «Единой Россией», и лишь три последние относительно самостоятельны. К этой же группе примыкают созданные на базе околовластных структур «Умная Россия» («Наши») и Казачья партия Российской Федерации. Всего в эту подгруппу входит 13 партий. В эту же подгруппу из группы 2 может быть перенесена «Молодая Россия», занимающая промежуточное положение (связана с Ассоциацией юристов России). 3.3. Слабо политизированные «партии одного вопроса»: Партия налогоплательщиков России, Интернет Партия Российской Федерации – всего 2 партии. Таким образом, к группе 3 отнесены 23 партии. II. Идеологический критерий Для классификации по идеологическому критерию используются как программы партий, так и их названия. Основные три идеологические группы: либеральная, левая и консервативно-патриотическая. 1. Либеральные Развернутую либеральную программу имеют 5 партий: «Гражданская Сила», «Гражданская Платформа», «Демократический выбор», «Демократическая правовая Россия» и «Достоинство». Еще 2 партии имеют либеральные названия и невнятную программу: Демократическая партия России и Партия свободных граждан. К этой же группе примыкает Российская партия народного управления, имеющая программу с некоторым «анархическим» уклоном. Итого – 8 партий. 2. Левые Левые партии следует разделить на несколько подгрупп. 2.1. Антикапиталистические: Коммунистическая партия социальной справедливости, «КОММУНИСТЫ РОССИИ». К ним примыкают «ВОЛЯ», одно из главных программных требований которой – национализация, и «Российский Объединённый Трудовой Фронт» (занимающий промежуточное положение между подгруппами 2.1 и 2.2), провозглашающий своей целью социализм, но содержащий в основном программу защиты прав трудящихся и общедемократические требования (итого 4 партии). 2.2. Партии, ориентированные на защиту трудовых прав: Трудовая партия России, «Союз труда» (2 партии). 2.3. Партии, ориентированные на поддержку сельского хозяйства: Аграрная партия России, Партия Возрождения Села, Объединенная аграрно-промышленная партия России (3 партии). 2.4. Партии, основывающиеся на идеях справедливости: Социал-демократическая партия России, Партия За Справедливость!, Партия Социальной защиты, Партия Мира и Единства, ЧЕСТНО, Российская социалистическая партия, «Рожденные в Союзе Советских Социалистических Республик», Партия Социальных Реформ, Партия СОЦИАЛЬНОЙ СОЛИДАРНОСТИ (9 партий). 2.5. Партии, ориентированные на защиту пенсионеров и ветеранов: Российская партия пенсионеров за справедливость (занимает промежуточное положение между подгруппами 2.4 и 2.5), Партия пенсионеров России, Партия Ветеранов России (3 партии). Всего к группе 2 отнесена 21 партия. 3. Консервативно-патриотические Эта группа также делится на несколько подгрупп. 3.1. Монархическая партия (1 партия). 3.2. Основанные на приоритете православия и дореволюционных традиций: Российский общенародный союз, Российская консервативная партия «За нашу Родину». К ним примыкают партия «НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИИ» (имперские идеи и требование поддержки «традиционного российского вероисповедования») и Партия Духовного Преображения России (признающая равенство конфессий, но выступающая за повышение роли религии). Итого – 4 партии. 3.3. Основывающиеся на идеях патриотизма и защиты традиционных ценностей: Народная партия «За женщин России», «РОДИНА», «ЗАЩИТНИКИ ОТЕЧЕСТВА», Казачья партия Российской Федерации (4 партии). Всего к группе 3 отнесены 9 партий. 4. Не входящие в основные идеологические группы Эта группа также делится на несколько подгрупп. 4.1. Партии одного вопроса: «Альянс Зеленых – Народная партия», «Российская экологическая партия «Зеленые», Партия налогоплательщиков России, Российская партия автомобилистов России «РОСПА», Интернет Партия Российской Федерации (5 партий). 4.2. Партии с всеядными названиями без четкой идеологической программы: «Союз Горожан», Народная партия России, «Города России», «Молодая Россия», «Новая Россия», «УМНАЯ РОССИЯ», «Родная Страна», ПАРТИЯ ДЕЛА, «РАЗВИТИЕ РОССИИ» (9 партий). 4.3. Партии с невнятными (или ориентированными на суженный круг избирателей) названиями без четкой идеологической программы: Партия Социальных Сетей, Российская сетевая партия, «Против всех», «Женский Диалог» (4 партии). Всего к группе 4 отнесены 18 партий. Участие новых партий в выборах В региональных выборах, прошедших 14.10.2012, имели право участвовать от 11 до 19 новых партий. В большинстве муниципальных выборов, прошедших 14.10.2012, имели право участвовать 19 новых партий. Однако АПР вообще не стала на этих выборах никого выдвигать, еще 5 партий («Молодая Россия», «Новая Россия», Партия свободных граждан, Политическая партия Социальной защиты, «Умная Россия») приняли в тех выборах минимальное участие. Остальные 13 партий принимали заметное участие в выборах 14.10.2012, но ни одна из них не приблизилась к уровню участия парламентских партий, и только «Коммунисты России» и РЭП «Зеленые» по своей активности оказались близки к старым непарламентским партиям «Патриоты России» и «Яблоко». Участие состояло в основном в выборах по партийным спискам. И лишь четыре из новых партий имели на этих выборах относительный успех: «Коммунисты России» прошли в Думу Карачаевского городского округа с 16,9%; РЭП «Зеленые» – в Думу Березовского городского округа (Свердловская область) с 14,9%; Народная партия «За женщин России» – в Думу г. Каменска-Уральского (Свердловская область) с 6,0%; Партия пенсионеров России – в Думу г. Каменска-Уральского (9,4%) и Совет депутатов Ельнинского района Смоленской области (8,6%). В ноябре 2012 – феврале 2013 года прошли более 100 выборов, но новые партии участвовали только в 13, и всего в этих выборах участвовало 9 новых партий. В четырех городах выборы депутатов проходили по пропорциональной или смешанной системе, но в трех из них новые партии вообще не участвовали, и только в ЗАТО г. Фокино (Приморский край) приняла участие Народная партия «За женщин России», довольствовавшаяся 3,1% голосов. В остальных 12 кампаниях новые партии выдвигали кандидатов в депутаты или мэры, и результаты были более чем скромные. Лишь в г. Алексин Тульской области кандидат в депутаты от Российской партии пенсионеров за справедливость Лариса Малыженкова получила 23,3% голосов, в остальных случаях результат не превышал 5%. В марте 2013 года прошли 373 выборные кампании, но новые партии участвовали лишь в 30. Правда, в этот раз отметились уже 20 партий из 26, имевших право участвовать (совсем не принимали участие Партия Социальных Сетей, СДПР, «Новая Россия», Партия свободных граждан, Монархическая партия и «ЧЕСТНО»). Однако у подавляющего большинства партий вновь были ничтожные результаты. Наиболее интересны были выборы в Собрание депутатов г. Узловая (Тульская область), прошедшие 10 марта по смешанной системе. В них приняли участие сразу четыре новые партии («Города России», Народная партия «За женщин России», Партия пенсионеров России и Российская партия пенсионеров за справедливость), а всего участвовало 8 списков. Это пока рекорд для муниципальных образований, не являющихся региональными центрами. Особую остроту ситуации придавало то, что на эти выборы не была допущена (придрались к оформлению документов) «Справедливая Россия» – один из фаворитов. Разумеется, это благоприятствовало обеим пенсионерским партиям, особенно Российской партии пенсионеров за справедливость, хотя она фигурировала на этих выборах под сокращенным названием «ПАРТИЯ ПЕНСИОНЕРОВ», то есть была почти неотличима от другой. Но все же избиратели отличили. «ПАРТИЯ ПЕНСИОНЕРОВ» (то есть Российская партия пенсионеров за справедливость) получила 8,4% (опередив ЛДПР) и прошла в Собрание, а Партия пенсионеров России довольствовалась 2,3% голосов (что, впрочем, больше, чем у партии «Яблоко»). Немногим лучше и результат «женщин» – 2,4%. А у «Городов России» последнее место с 0,9% голосов. На выборах по мажоритарной системе (депутатов и мэров) также относительно удачно выступила Российская партия пенсионеров за справедливость: Роман Петухов на дополнительных выборах в Пермскую городскую Думу получил 33,0% (лишь на 3,9% меньше, чем у победителя, единоросса Сергея Климова), Андрей Дубровский в Узловой – 29,6%, еще три кандидата от этой партии получили 31 марта на разных выборах в Свердловской области 8–13%. Есть некоторые успехи и у «Гражданской платформы»: 27,7% у Игоря Новикова на выборах мэра г. Жуковский (Московская обл.), 15,0% у Александра Захарова на дополнительных выборах в Ивановскую городскую Думу. Относительно успешным оказалось и единственное участие в выборах Российского общенародного союза: его кандидат, Виталий Ананьев, получил 29,8% на дополнительных выборах в Ульяновскую городскую Думу. А вот «Умная Россия» отличилась на выборах главы Шелеговского сельского поселения Кировской области: ее кандидат, 22-летний студент из Кирова Артем Светлаков, получил 26,8% (впрочем, в абсолютных числах это всего 76 голосов). Неплох дебют Аграрной партии России: оба ее кандидата получили на выборах муниципальных депутатов более 10% – Юрий Мамонтов в Новосибирском районе Новосибирской области 14,9%, Игорь Дедюхин в Шигонском районе Самарской области 11,5%. Другие партии выступили в процентном отношении гораздо хуже. У Партии пенсионеров России наилучший результат – 8,7%, у «Коммунистов России» – 6,9%, у Народной партии «За женщин России» – 6,0%, у «Молодой России» – 4,9%, у «Союза горожан» – 4,1%, у «Альянса Зеленых – Народной партии» – 3,5%, у «Городов России» – 3,4%, у Партии социальной защиты – 2,7%, у Народной партии России – 2,6%, у Партии Мира и Единства – 1,8%, у «Гражданской силы» – 0,9%, у РЭП «Зеленые» – 0,7%, у Партии за справедливость! – 0,4%, у КПСС – 0,4%, у ДПР – 0,3%. Заключение Каков же результат партийной реформы Дмитрия Медведева? Прежде чем обсуждать этот вопрос, следует ответить на другой: а что можно было ожидать от подобной реформы? Я полагаю, что было два аспекта ожиданий. Один – в большей степени политический – связан с выборами по партийным спискам. Другой – в большей степени политтехнологический – связан с выборами по мажоритарной системе. Эксперты в период 2008–2011 годов неоднократно отмечали, что созданная под руководством кремлевских политтехнологов система из семи партий – искусственная и не отражает всего спектра политических предпочтений российских избирателей. Это подтверждалось и социологами. Так, согласно опросу Левада-центра, проведенному в сентябре 2011 года, 28% респондентов не считали ни одну из семи существовавших тогда партий выразителями их интересов. В связи с этим можно было предполагать, что у значительной части избирателей (около четверти) есть потребность в новых партиях. И соответственно можно было ожидать, что новые партии получат на выборах по партспискам значительную поддержку. Однако 14.10.2012 этого не произошло. Если не считать тех особых случаев, когда одна–две новые партии выступили особенно успешно благодаря соответствующему составу кандидатов (Карачаевск, Березовский, Каменск-Уральский), суммарный результат новых партий оказался совсем небольшим: 12,7% во Владивостоке (7 партий), 9,0% в Краснодарском крае (10 партий), 8,6% в Твери (6 партий), 7,5% в Северной Осетии (12 партий), 7,1% в Петропавловске-Камчатском (6 партий); в других регионах и городах еще ниже. 10.03.2013 в Узловой четыре новые партии получили в сумме всего 14% даже при отсутствии в избирательном бюллетене «Справедливой России». Иными словами, потребность избирателя в новых партиях оказалась заметно ниже, чем можно было ожидать. Также можно было ожидать, что появление новых партий повысит активность избирателей, у которых появляется больше возможности для выбора. Однако и этого в основном не произошло. Там, где сравнение с предыдущими выборами наиболее корректно (Сахалинская область) показатель явки даже снизился (с 30,6% 12.10.2008 до 27,5% 14.10.2012). Все это можно объяснить двумя факторами. Во-первых, избиратели, которых не удовлетворяют старые партии, по-видимому, в значительной степени разочарованы в самом институте выборов. И потому партийная реформа без коренной реформы избирательного законодательства и правоприменительной практики и не могла серьезно подействовать на эту часть электората. Кроме того, можно предположить, что эти не удовлетворенные старыми партиями избиратели в значительной степени относятся к той части электората (составляющей 20–30%), которая участвует только в федеральных выборах, но игнорирует выборы региональные и особенно муниципальные. В этом случае потребность в новых партиях должна будет проявиться лишь на выборах в Государственную Думу. Во-вторых, следует обратить внимание на спектр новых партий, участвовавших в выборах 14.10.2012. Как показано выше, из 56 зарегистрированных новых партий, к политическим (группа 1) мы отнесли только 17, плюс еще 8 – к лидерским (подгруппа 3.1). Полагаем, что у неудовлетворенного избирателя есть потребность именно в таких партиях. Однако в выборах 14.10.2012 имели право участвовать только четыре партии из группы 1 («Альянс Зеленых – Народная партия», Российская экологическая партия «Зеленые», «КОММУНИСТЫ РОССИИ», Партия За Справедливость!) и одна партия из подгруппы 3.1 (Народная партия «За женщин России»). Не удивительно, что именно эти партии и показали наилучшие результаты. Сейчас ситуация немного лучше. Из 30 новых партий, получивших право участвовать в выборах, 10 относятся к группе 1 и 3 – к подгруппе 3.1. И можно надеяться, что к июню, когда начнется кампания по выборам 08.09.2013, их число еще вырастет. Что касается выборов по мажоритарной системе, то основное ожидание проистекало не только из партийной реформы, но и сопутствовавшего ей изменения избирательного законодательства, благодаря которому кандидаты от всех партий (в том числе и новых) были освобождены от сбора подписей. При этом правила регистрации по подписям остаются предельно жестокими, позволяющими при желании отказывать в регистрации любому неугодному кандидату, что и продемонстрировали выборы 14.10.2012: отсев среди самовыдвиженцев на выборах депутатов представительных органов региональных центров составил 73,4%. В связи с этим можно было ожидать, что сильные оппозиционные кандидаты предпочтут выдвижение от новых партий, не вызывающих аллергию у избирателя, самовыдвижению, которое связано со значительно большим риском отказа в регистрации. Соответственно и новые партии должны были искать таких кандидатов и делать ставку на них. Однако на выборах 14.10.2012 этого еще не было заметно. Сейчас данное явление начинает проявляться в отношении двух партий – Российской партии пенсионеров за справедливость и «Гражданской платформы» (обе в выборах 14.10.2012 еще не имели права участвовать). Можно полагать, что на выборах 08.09.2013 все это проявится в большей степени. При этом, в отличие от выборов по партийным спискам, более востребованными могут оказаться политтехнологические партии со всеядными названиями. В целом можно сделать вывод, что от партийной реформы не следовало ждать быстрых результатов. Впрочем, в условиях, когда на выборах по-прежнему доминирует административный ресурс, долговременные последствия партийной реформы также могут оказаться малозначительными. АРКАДИЙ ЛЮБАРЕВ СПИСОК ПУБЛИКАЦИЙ АВТОРА СМ ПО ССЫЛКЕ
Этапы партстроительства

В соответствии с законом политическая партия может быть создана одним из двух способов – на учредительном съезде или путем преобразования общероссийского общественного объединения.

Политическая партия, создаваемая на учредительном съезде, в процессе формирования проходит четыре этапа:

1) создание оргкомитета и подготовка учредительного съезда;

2) проведение учредительного съезда и подготовка документов для государственной регистрации;

3) прохождение государственной регистрации в Минюсте России;

4) подготовка к государственной регистрации и прохождение государственной регистрации региональных отделений партии в территориальных органах Минюста.

Только после государственной регистрации 42 региональных отделений политическая партия получает право участвовать в выборах и может считаться успешно прошедшей все этапы регистрации.

Политическая партия, создаваемая путем преобразования общероссийского общественного объединения, проходит те же этапы, кроме первого.

Сайт Минюста России содержит информацию о «действующих» оргкомитетах политических партий, о зарегистрированных политических партиях, о политических партиях, имеющих право участвовать в выборах, а также о политических партиях, которым отказано в регистрации, и о политических партиях, регистрация которых приостановлена. К сожалению, информация эта недостаточно полная и не абсолютно точная – несмотря на наши обращения Минюст не стал существенно совершенствовать способ подачи информации о политических партиях. В связи с этим невозможно точно определить, сколько партий находятся на первых трех этапах своего строительства.

Оргкомитеты

Всего за период с 22 декабря 2011 года, когда Президентом РФ Дмитрием Медведевым была объявлена реформа партийного законодательства, было создано более 300 оргкомитетов. Наиболее интенсивно этот процесс шел в феврале – апреле 2012 года, когда было создано не менее 156 оргкомитетов.

В соответствии с законом оргкомитеты прекращают свою деятельность либо после проведения учредительного съезда партии, либо, если съезд не был проведен, по истечении срока полномочий (обычно один год).

На 2 апреля 2013 года на сайте Минюста значилось 159 действующих оргкомитетов. Однако, по нашим данным, это число завышено, так как в указанном списке есть оргкомитеты, уже проведшие съезды и тем самым прекратившие существование. Таким образом, около половины оргкомитетов, созданных после 22 декабря 2011 года, прекратили деятельность.

Количество проведенных учредительных съездов не удается оценить с приемлемой степенью точности. Тем не менее, можно констатировать, что большая часть оргкомитетов прекращает деятельность в связи с истечением срока полномочий. Иными словами, большинство оргкомитетов, как и предсказывалось экспертами, так и остаются заявлениями о намерениях и даже не пытаются провести учредительный съезд.

Регистрация политических партий

Количество политических партий, подавших документы на регистрацию, точно неизвестно; можно только сказать, что их не менее 79.

По данным с сайта Минюста на 3 апреля 2013 года, за период с апреля 2012 года Минюст зарегистрировал 56 новых политических партий, из них две уже удалены из списка зарегистрированных партий в связи с тем, что они не успели за полгода зарегистрировать 42 региональных отделения. Но только 30 новых партий прошли полный цикл регистрации (то есть зарегистрировали не менее 42 региональных отделений) и получили право участвовать в выборах.

Из 56 вновь зарегистрированных партий только 6 (Российская экологическая партия «Зеленые», «Коммунисты России», Российская партия пенсионеров за справедливость, «Гражданская сила», «Российский общенародный союз», «Демократическая правовая Россия») были созданы путем преобразования неполитических общественных объединений, остальные – на учредительных съездах. Перечень зарегистрированных партий приведен в таблице 1.

Таблица 1

Отказы в регистрации получили не менее 16 партий:

1. Политическая партия «Экологическая партия России» (заявитель Головин М.);

2. Всероссийская политическая партия «Новая Великая Россия» (заявитель Куринов А.Ю.);

3. Всероссийская политическая партия «Родина» (заявитель Сучков Д.А.);

4. Политическая партия «ПРОТИВ ВСЕХ» (заявитель Чубаров Д.А.);

5. Политическая партия «Аграрная партия России» (заявитель Хабаров Л.А.);

6. Всероссийская Политическая Партия «Курсом Правды и Единения» (заявитель Москалев Ю.А.);

7. Политическая партия «Свобода и Народовластие» (заявитель Черепков В.И.);

8. Политическая партия «Нетократическая партия России» (заявитель Кривохижин П.А.);

9. Политическая партия «Пиратская партия России» (заявитель Рассудов П.Ю.);

10. Политическая партия «Самодержавная Россия» (заявитель Меркулов Д.Н.);

11. Партия Защиты Конституции Российской Федерации (заявитель Утяшев Р.Ш.);

12. Всероссийская политическая партия «Курсом Правды и Единения» (заявитель Москалев Ю.А.);

13. Политическая партия «МММ» (заявитель Муратов А.В.);

14. Политическая партия «Советская партия Российской Федерации» (заявитель Шарипов Н.С.);

15. Политическая партия «Возрождение аграрной России» (заявитель Хабаров Л.А.);

16. Политическая партия «КОЛОКОЛ» (заявитель Дижур Н.И.).

На 3 апреля 2013 года на сайте Минюста также есть информация о приостановлении регистрации 7 политических партий:

1. Политическая партия «ЗА ПРАВО СЛАВНЫХ» (заявитель Чубаров Д.А.);

2. Политическая партия «Национальный Курс» (заявитель Савин М.А.);

3. Политическая партия «ЕВРАЗИЯ» (заявитель Коровин В.М.);

4. Политическая партия «Самодержавная Россия» (заявитель Меркулов Д.Н.);

5. Политическая партия «Нетократическая партия России» (заявитель Кривохижин П.А.);

6. Политическая партия «Новая Сила» (заявитель Соловей В.Д.);

7. Политическая партия «Партия Возрождения России» (заявитель Архипов В.А.).

Классификация новых политических партий

Здесь мы попробуем предложить классификацию 56 партий, зарегистрированных после 4 апреля 2012 года. В основу классификации положены два критерия – практический и идеологический.

I. Практический критерий

Практический критерий связан с целью создания партии. В связи с этим партии предлагается разделить в первую очередь на политические и политтехнологические.

1. Политические

К этой группе мы относим в первую очередь партии, имеющие ярко выраженную политическую программу и лидера (лидеров), проявивших себя в политике. Это (в порядке регистрации): «Альянс Зеленых – Народная партия», Российская экологическая партия «Зеленые», «КОММУНИСТЫ РОССИИ», «Российский общенародный союз», «Гражданская Сила», Российская партия пенсионеров за справедливость, Партия Мира и Единства, «Гражданская Платформа», «Демократический выбор», Партия Духовного Преображения России, «Российский Объединённый Трудовой Фронт», «РОДИНА», Партия Возрождения Села, Объединенная аграрно-промышленная партия России.

Особняком стоят партия «Достоинство», имеющая яркую политическую программу, но созданная неизвестными молодыми людьми, и две партии, созданные выходцами из «Справедливой России» – Партия За Справедливость! и «Рожденные в Союзе Советских Социалистических Республик».

Итого в эту группу мы объединяем 17 партий.

2. Политтехнологические

Основные критерии отнесения партий к этой категории три: малосодержательная программа, неизвестный лидер, отсутствие сайта.

Среди партий этой категории в первую очередь выделяются партии, связанные с «Центром Андрея Богданова» и зарегистрированные в мае 2012 года (6 из 8 партий, зарегистрированных в этом месяце). Это: Демократическая партия России (ДПР), «Союз Горожан» (СГ), Народная партия России (НПР), Партия Социальных Сетей (ПСС), Социал-демократическая партия России (СДПР), Коммунистическая партия социальной справедливости (КПСС).

Все эти партии отличает краткость и невнятность программы. Помимо ДПР, возглавляемой самим А.В. Богдановым, лидеры этих партий либо совсем неизвестны (ПСС), либо известны лишь как соратники Богданова (СГ, НПР, СДПР, КПСС). Исключением можно считать националистического публициста В.Ю. Милитарева, председателя политкомитета СДПР (но, по данным Минюста, он не имеет права представлять партию без доверенности). Из 6 партий лишь «Союз горожан» имеет свой сайт, но и на нем последняя новость датирована 07.09.2012.

Дополнительная информация об общности этих партий: 27.07.2012 пять из них (кроме ПСС) объявили о создании коалиции. На выборах 14.10.2012 все 6 партий придерживались одинаковой тактики (выдвижение одних и тех же кандидатов в разных регионах), в Барнауле как минимум 5 из них (нет информации про КПСС) имели одного и того же уполномоченного, который сдавал их документы в горизбирком. Примечательно также наличие единых элементов стиля: у всех 6 партий (в отличие от большинства других) краткое название является аббревиатурой; у всех 6 партий (в отличие от большинства других) файлы, содержащие программу, имеют расширение docx.

Помимо этих партий, всем трем указанным выше критериям удовлетворяют: Партия свободных граждан, «Родная страна», «Против всех», Партия Социальных Реформ и Партия СОЦИАЛЬНОЙ СОЛИДАРНОСТИ.

Близки к этому Российская сетевая партия (по-видимому, запасная партия Александра Рявкина, от которой он отказался после регистрации «Гражданской Силы»), «Молодая Россия», Политическая партия Социальной защиты, «ЧЕСТНО», Российская социалистическая партия.

Отметим, что у партий «Родная страна», «Против всех» и Российской социалистической партии файлы, содержащие программу, также имеют расширение docx, а краткое название партии «Родная страна» – аббревиатура.

Итого в эту группу мы объединяем 16 партий.

3. Промежуточные

К этой категории мы относим три подкатегории:

3.1. Партии, созданные для удовлетворения лидерских амбиций: Народная партия «За женщин России» (Хавраева Г.Ф.), Российская консервативная партия «За нашу Родину» (Лермонтов М.Ю.), Монархическая партия (Баков А.А.), «ВОЛЯ» (Пеунова С.М.), Партия Дела (Бабкин К.А.), «НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИИ» (Федулов А.М.), Российская партия народного управления (Мухамедьяров А.Р.), «Демократическая правовая Россия» (Трунов И.Л.) – всего 8 партий. Большинство из них имеют ярко выраженную идеологию (кроме Партии Дела).

В эту же подгруппу из группы 1 может быть перенесена Партия Мира и Единства (Умалатова С.З.), занимающая промежуточное положение.

3.2. Партии, созданные на базе неполитических общественных организаций: Партия пенсионеров России (Союз пенсионеров России), «Города России» (Федеральный совет городов, Всероссийское общество охраны природы), «Новая Россия» (Союз «Чернобыль»), «Союз труда» (ФНПР), РОСПА (Межрегиональная общественная организация автомобилистов «Свобода выбора»), Аграрная партия России (АККОР), Трудовая партия России (СОЦПРОФ), «Женский диалог» (одноименная), Партия ветеранов России (ветеранские организации), «Защитники Отечества» («Офицеры России»), «Развитие России» (Саморегулируемая организация оценщиков «Экспертный совет»). Первые 6 из них созданы на базе организаций, входящих в Общероссийский народный фронт, лидеры трех следующих также некоторым образом связаны с «Единой Россией», и лишь три последние относительно самостоятельны.

К этой же группе примыкают созданные на базе околовластных структур «Умная Россия» («Наши») и Казачья партия Российской Федерации.

Всего в эту подгруппу входит 13 партий.

В эту же подгруппу из группы 2 может быть перенесена «Молодая Россия», занимающая промежуточное положение (связана с Ассоциацией юристов России).

3.3. Слабо политизированные «партии одного вопроса»: Партия налогоплательщиков России, Интернет Партия Российской Федерации – всего 2 партии.

Таким образом, к группе 3 отнесены 23 партии.

II. Идеологический критерий

Для классификации по идеологическому критерию используются как программы партий, так и их названия. Основные три идеологические группы: либеральная, левая и консервативно-патриотическая.

1. Либеральные

Развернутую либеральную программу имеют 5 партий: «Гражданская Сила», «Гражданская Платформа», «Демократический выбор», «Демократическая правовая Россия» и «Достоинство».

Еще 2 партии имеют либеральные названия и невнятную программу: Демократическая партия России и Партия свободных граждан.

К этой же группе примыкает Российская партия народного управления, имеющая программу с некоторым «анархическим» уклоном.

Итого – 8 партий.

2. Левые

Левые партии следует разделить на несколько подгрупп.

2.1. Антикапиталистические: Коммунистическая партия социальной справедливости, «КОММУНИСТЫ РОССИИ». К ним примыкают «ВОЛЯ», одно из главных программных требований которой – национализация, и «Российский Объединённый Трудовой Фронт» (занимающий промежуточное положение между подгруппами 2.1 и 2.2), провозглашающий своей целью социализм, но содержащий в основном программу защиты прав трудящихся и общедемократические требования (итого 4 партии).

2.2. Партии, ориентированные на защиту трудовых прав: Трудовая партия России, «Союз труда» (2 партии).

2.3. Партии, ориентированные на поддержку сельского хозяйства: Аграрная партия России, Партия Возрождения Села, Объединенная аграрно-промышленная партия России (3 партии).

2.4. Партии, основывающиеся на идеях справедливости: Социал-демократическая партия России, Партия За Справедливость!, Партия Социальной защиты, Партия Мира и Единства, ЧЕСТНО, Российская социалистическая партия, «Рожденные в Союзе Советских Социалистических Республик», Партия Социальных Реформ, Партия СОЦИАЛЬНОЙ СОЛИДАРНОСТИ (9 партий).

2.5. Партии, ориентированные на защиту пенсионеров и ветеранов: Российская партия пенсионеров за справедливость (занимает промежуточное положение между подгруппами 2.4 и 2.5), Партия пенсионеров России, Партия Ветеранов России (3 партии).

Всего к группе 2 отнесена 21 партия.

3. Консервативно-патриотические

Эта группа также делится на несколько подгрупп.

3.1. Монархическая партия (1 партия).

3.2. Основанные на приоритете православия и дореволюционных традиций: Российский общенародный союз, Российская консервативная партия «За нашу Родину».

К ним примыкают партия «НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИИ» (имперские идеи и требование поддержки «традиционного российского вероисповедования») и Партия Духовного Преображения России (признающая равенство конфессий, но выступающая за повышение роли религии).

Итого – 4 партии.

3.3. Основывающиеся на идеях патриотизма и защиты традиционных ценностей: Народная партия «За женщин России», «РОДИНА», «ЗАЩИТНИКИ ОТЕЧЕСТВА», Казачья партия Российской Федерации (4 партии).

Всего к группе 3 отнесены 9 партий.

4. Не входящие в основные идеологические группы

Эта группа также делится на несколько подгрупп.

4.1. Партии одного вопроса: «Альянс Зеленых – Народная партия», «Российская экологическая партия «Зеленые», Партия налогоплательщиков России, Российская партия автомобилистов России «РОСПА», Интернет Партия Российской Федерации (5 партий).

4.2. Партии с всеядными названиями без четкой идеологической программы: «Союз Горожан», Народная партия России, «Города России», «Молодая Россия», «Новая Россия», «УМНАЯ РОССИЯ», «Родная Страна», ПАРТИЯ ДЕЛА, «РАЗВИТИЕ РОССИИ» (9 партий).

4.3. Партии с невнятными (или ориентированными на суженный круг избирателей) названиями без четкой идеологической программы: Партия Социальных Сетей, Российская сетевая партия, «Против всех», «Женский Диалог» (4 партии).

Всего к группе 4 отнесены 18 партий.

Участие новых партий в выборах

В региональных выборах, прошедших 14.10.2012, имели право участвовать от 11 до 19 новых партий. В большинстве муниципальных выборов, прошедших 14.10.2012, имели право участвовать 19 новых партий.

Однако АПР вообще не стала на этих выборах никого выдвигать, еще 5 партий («Молодая Россия», «Новая Россия», Партия свободных граждан, Политическая партия Социальной защиты, «Умная Россия») приняли в тех выборах минимальное участие.

Остальные 13 партий принимали заметное участие в выборах 14.10.2012, но ни одна из них не приблизилась к уровню участия парламентских партий, и только «Коммунисты России» и РЭП «Зеленые» по своей активности оказались близки к старым непарламентским партиям «Патриоты России» и «Яблоко».

Участие состояло в основном в выборах по партийным спискам. И лишь четыре из новых партий имели на этих выборах относительный успех: «Коммунисты России» прошли в Думу Карачаевского городского округа с 16,9%; РЭП «Зеленые» – в Думу Березовского городского округа (Свердловская область) с 14,9%; Народная партия «За женщин России» – в Думу г. Каменска-Уральского (Свердловская область) с 6,0%; Партия пенсионеров России – в Думу г. Каменска-Уральского (9,4%) и Совет депутатов Ельнинского района Смоленской области (8,6%).

В ноябре 2012 – феврале 2013 года прошли более 100 выборов, но новые партии участвовали только в 13, и всего в этих выборах участвовало 9 новых партий. В четырех городах выборы депутатов проходили по пропорциональной или смешанной системе, но в трех из них новые партии вообще не участвовали, и только в ЗАТО г. Фокино (Приморский край) приняла участие Народная партия «За женщин России», довольствовавшаяся 3,1% голосов.

В остальных 12 кампаниях новые партии выдвигали кандидатов в депутаты или мэры, и результаты были более чем скромные. Лишь в г. Алексин Тульской области кандидат в депутаты от Российской партии пенсионеров за справедливость Лариса Малыженкова получила 23,3% голосов, в остальных случаях результат не превышал 5%.

В марте 2013 года прошли 373 выборные кампании, но новые партии участвовали лишь в 30. Правда, в этот раз отметились уже 20 партий из 26, имевших право участвовать (совсем не принимали участие Партия Социальных Сетей, СДПР, «Новая Россия», Партия свободных граждан, Монархическая партия и «ЧЕСТНО»). Однако у подавляющего большинства партий вновь были ничтожные результаты.

Наиболее интересны были выборы в Собрание депутатов г. Узловая (Тульская область), прошедшие 10 марта по смешанной системе. В них приняли участие сразу четыре новые партии («Города России», Народная партия «За женщин России», Партия пенсионеров России и Российская партия пенсионеров за справедливость), а всего участвовало 8 списков. Это пока рекорд для муниципальных образований, не являющихся региональными центрами.

Особую остроту ситуации придавало то, что на эти выборы не была допущена (придрались к оформлению документов) «Справедливая Россия» – один из фаворитов. Разумеется, это благоприятствовало обеим пенсионерским партиям, особенно Российской партии пенсионеров за справедливость, хотя она фигурировала на этих выборах под сокращенным названием «ПАРТИЯ ПЕНСИОНЕРОВ», то есть была почти неотличима от другой.

Но все же избиратели отличили. «ПАРТИЯ ПЕНСИОНЕРОВ» (то есть Российская партия пенсионеров за справедливость) получила 8,4% (опередив ЛДПР) и прошла в Собрание, а Партия пенсионеров России довольствовалась 2,3% голосов (что, впрочем, больше, чем у партии «Яблоко»). Немногим лучше и результат «женщин» – 2,4%. А у «Городов России» последнее место с 0,9% голосов.

На выборах по мажоритарной системе (депутатов и мэров) также относительно удачно выступила Российская партия пенсионеров за справедливость: Роман Петухов на дополнительных выборах в Пермскую городскую Думу получил 33,0% (лишь на 3,9% меньше, чем у победителя, единоросса Сергея Климова), Андрей Дубровский в Узловой – 29,6%, еще три кандидата от этой партии получили 31 марта на разных выборах в Свердловской области 8–13%.

Есть некоторые успехи и у «Гражданской платформы»: 27,7% у Игоря Новикова на выборах мэра г. Жуковский (Московская обл.), 15,0% у Александра Захарова на дополнительных выборах в Ивановскую городскую Думу.

Относительно успешным оказалось и единственное участие в выборах Российского общенародного союза: его кандидат, Виталий Ананьев, получил 29,8% на дополнительных выборах в Ульяновскую городскую Думу. А вот «Умная Россия» отличилась на выборах главы Шелеговского сельского поселения Кировской области: ее кандидат, 22-летний студент из Кирова Артем Светлаков, получил 26,8% (впрочем, в абсолютных числах это всего 76 голосов).

Неплох дебют Аграрной партии России: оба ее кандидата получили на выборах муниципальных депутатов более 10% – Юрий Мамонтов в Новосибирском районе Новосибирской области 14,9%, Игорь Дедюхин в Шигонском районе Самарской области 11,5%.

Другие партии выступили в процентном отношении гораздо хуже. У Партии пенсионеров России наилучший результат – 8,7%, у «Коммунистов России» – 6,9%, у Народной партии «За женщин России» – 6,0%, у «Молодой России» – 4,9%, у «Союза горожан» – 4,1%, у «Альянса Зеленых – Народной партии» – 3,5%, у «Городов России» – 3,4%, у Партии социальной защиты – 2,7%, у Народной партии России – 2,6%, у Партии Мира и Единства – 1,8%, у «Гражданской силы» – 0,9%, у РЭП «Зеленые» – 0,7%, у Партии за справедливость! – 0,4%, у КПСС – 0,4%, у ДПР – 0,3%.

Заключение

Каков же результат партийной реформы Дмитрия Медведева? Прежде чем обсуждать этот вопрос, следует ответить на другой: а что можно было ожидать от подобной реформы?

Я полагаю, что было два аспекта ожиданий. Один – в большей степени политический – связан с выборами по партийным спискам. Другой – в большей степени политтехнологический – связан с выборами по мажоритарной системе.

Эксперты в период 2008–2011 годов неоднократно отмечали, что созданная под руководством кремлевских политтехнологов система из семи партий – искусственная и не отражает всего спектра политических предпочтений российских избирателей. Это подтверждалось и социологами. Так, согласно опросу Левада-центра, проведенному в сентябре 2011 года, 28% респондентов не считали ни одну из семи существовавших тогда партий выразителями их интересов.

В связи с этим можно было предполагать, что у значительной части избирателей (около четверти) есть потребность в новых партиях. И соответственно можно было ожидать, что новые партии получат на выборах по партспискам значительную поддержку.

Однако 14.10.2012 этого не произошло. Если не считать тех особых случаев, когда одна–две новые партии выступили особенно успешно благодаря соответствующему составу кандидатов (Карачаевск, Березовский, Каменск-Уральский), суммарный результат новых партий оказался совсем небольшим: 12,7% во Владивостоке (7 партий), 9,0% в Краснодарском крае (10 партий), 8,6% в Твери (6 партий), 7,5% в Северной Осетии (12 партий), 7,1% в Петропавловске-Камчатском (6 партий); в других регионах и городах еще ниже.

10.03.2013 в Узловой четыре новые партии получили в сумме всего 14% даже при отсутствии в избирательном бюллетене «Справедливой России».

Иными словами, потребность избирателя в новых партиях оказалась заметно ниже, чем можно было ожидать.

Также можно было ожидать, что появление новых партий повысит активность избирателей, у которых появляется больше возможности для выбора. Однако и этого в основном не произошло. Там, где сравнение с предыдущими выборами наиболее корректно (Сахалинская область) показатель явки даже снизился (с 30,6% 12.10.2008 до 27,5% 14.10.2012).

Все это можно объяснить двумя факторами. Во-первых, избиратели, которых не удовлетворяют старые партии, по-видимому, в значительной степени разочарованы в самом институте выборов. И потому партийная реформа без коренной реформы избирательного законодательства и правоприменительной практики и не могла серьезно подействовать на эту часть электората.

Кроме того, можно предположить, что эти не удовлетворенные старыми партиями избиратели в значительной степени относятся к той части электората (составляющей 20–30%), которая участвует только в федеральных выборах, но игнорирует выборы региональные и особенно муниципальные. В этом случае потребность в новых партиях должна будет проявиться лишь на выборах в Государственную Думу.

Во-вторых, следует обратить внимание на спектр новых партий, участвовавших в выборах 14.10.2012. Как показано выше, из 56 зарегистрированных новых партий, к политическим (группа 1) мы отнесли только 17, плюс еще 8 – к лидерским (подгруппа 3.1). Полагаем, что у неудовлетворенного избирателя есть потребность именно в таких партиях. Однако в выборах 14.10.2012 имели право участвовать только четыре партии из группы 1 («Альянс Зеленых – Народная партия», Российская экологическая партия «Зеленые», «КОММУНИСТЫ РОССИИ», Партия За Справедливость!) и одна партия из подгруппы 3.1 (Народная партия «За женщин России»). Не удивительно, что именно эти партии и показали наилучшие результаты.

Сейчас ситуация немного лучше. Из 30 новых партий, получивших право участвовать в выборах, 10 относятся к группе 1 и 3 – к подгруппе 3.1. И можно надеяться, что к июню, когда начнется кампания по выборам 08.09.2013, их число еще вырастет.

Что касается выборов по мажоритарной системе, то основное ожидание проистекало не только из партийной реформы, но и сопутствовавшего ей изменения избирательного законодательства, благодаря которому кандидаты от всех партий (в том числе и новых) были освобождены от сбора подписей. При этом правила регистрации по подписям остаются предельно жестокими, позволяющими при желании отказывать в регистрации любому неугодному кандидату, что и продемонстрировали выборы 14.10.2012: отсев среди самовыдвиженцев на выборах депутатов представительных органов региональных центров составил 73,4%.

В связи с этим можно было ожидать, что сильные оппозиционные кандидаты предпочтут выдвижение от новых партий, не вызывающих аллергию у избирателя, самовыдвижению, которое связано со значительно большим риском отказа в регистрации. Соответственно и новые партии должны были искать таких кандидатов и делать ставку на них. Однако на выборах 14.10.2012 этого еще не было заметно. Сейчас данное явление начинает проявляться в отношении двух партий – Российской партии пенсионеров за справедливость и «Гражданской платформы» (обе в выборах 14.10.2012 еще не имели права участвовать). Можно полагать, что на выборах 08.09.2013 все это проявится в большей степени. При этом, в отличие от выборов по партийным спискам, более востребованными могут оказаться политтехнологические партии со всеядными названиями.

В целом можно сделать вывод, что от партийной реформы не следовало ждать быстрых результатов. Впрочем, в условиях, когда на выборах по-прежнему доминирует административный ресурс, долговременные последствия партийной реформы также могут оказаться малозначительными.

АРКАДИЙ ЛЮБАРЕВ

СПИСОК ПУБЛИКАЦИЙ АВТОРА СМ ПО ССЫЛКЕ ]]>
Этапы партстроительства

В соответствии с законом политическая партия может быть создана одним из двух способов – на учредительном съезде или путем преобразования общероссийского общественного объединения.

Политическая партия, создаваемая на учредительном съезде, в процессе формирования проходит четыре этапа:

1) создание оргкомитета и подготовка учредительного съезда;

2) проведение учредительного съезда и подготовка документов для государственной регистрации;

3) прохождение государственной регистрации в Минюсте России;

4) подготовка к государственной регистрации и прохождение государственной регистрации региональных отделений партии в территориальных органах Минюста.

Только после государственной регистрации 42 региональных отделений политическая партия получает право участвовать в выборах и может считаться успешно прошедшей все этапы регистрации.

Политическая партия, создаваемая путем преобразования общероссийского общественного объединения, проходит те же этапы, кроме первого.

Сайт Минюста России содержит информацию о «действующих» оргкомитетах политических партий, о зарегистрированных политических партиях, о политических партиях, имеющих право участвовать в выборах, а также о политических партиях, которым отказано в регистрации, и о политических партиях, регистрация которых приостановлена. К сожалению, информация эта недостаточно полная и не абсолютно точная – несмотря на наши обращения Минюст не стал существенно совершенствовать способ подачи информации о политических партиях. В связи с этим невозможно точно определить, сколько партий находятся на первых трех этапах своего строительства.

Оргкомитеты

Всего за период с 22 декабря 2011 года, когда Президентом РФ Дмитрием Медведевым была объявлена реформа партийного законодательства, было создано более 300 оргкомитетов. Наиболее интенсивно этот процесс шел в феврале – апреле 2012 года, когда было создано не менее 156 оргкомитетов.

В соответствии с законом оргкомитеты прекращают свою деятельность либо после проведения учредительного съезда партии, либо, если съезд не был проведен, по истечении срока полномочий (обычно один год).

На 2 апреля 2013 года на сайте Минюста значилось 159 действующих оргкомитетов. Однако, по нашим данным, это число завышено, так как в указанном списке есть оргкомитеты, уже проведшие съезды и тем самым прекратившие существование. Таким образом, около половины оргкомитетов, созданных после 22 декабря 2011 года, прекратили деятельность.

Количество проведенных учредительных съездов не удается оценить с приемлемой степенью точности. Тем не менее, можно констатировать, что большая часть оргкомитетов прекращает деятельность в связи с истечением срока полномочий. Иными словами, большинство оргкомитетов, как и предсказывалось экспертами, так и остаются заявлениями о намерениях и даже не пытаются провести учредительный съезд.

Регистрация политических партий

Количество политических партий, подавших документы на регистрацию, точно неизвестно; можно только сказать, что их не менее 79.

По данным с сайта Минюста на 3 апреля 2013 года, за период с апреля 2012 года Минюст зарегистрировал 56 новых политических партий, из них две уже удалены из списка зарегистрированных партий в связи с тем, что они не успели за полгода зарегистрировать 42 региональных отделения. Но только 30 новых партий прошли полный цикл регистрации (то есть зарегистрировали не менее 42 региональных отделений) и получили право участвовать в выборах.

Из 56 вновь зарегистрированных партий только 6 (Российская экологическая партия «Зеленые», «Коммунисты России», Российская партия пенсионеров за справедливость, «Гражданская сила», «Российский общенародный союз», «Демократическая правовая Россия») были созданы путем преобразования неполитических общественных объединений, остальные – на учредительных съездах. Перечень зарегистрированных партий приведен в таблице 1.

Таблица 1

Отказы в регистрации получили не менее 16 партий:

1. Политическая партия «Экологическая партия России» (заявитель Головин М.);

2. Всероссийская политическая партия «Новая Великая Россия» (заявитель Куринов А.Ю.);

3. Всероссийская политическая партия «Родина» (заявитель Сучков Д.А.);

4. Политическая партия «ПРОТИВ ВСЕХ» (заявитель Чубаров Д.А.);

5. Политическая партия «Аграрная партия России» (заявитель Хабаров Л.А.);

6. Всероссийская Политическая Партия «Курсом Правды и Единения» (заявитель Москалев Ю.А.);

7. Политическая партия «Свобода и Народовластие» (заявитель Черепков В.И.);

8. Политическая партия «Нетократическая партия России» (заявитель Кривохижин П.А.);

9. Политическая партия «Пиратская партия России» (заявитель Рассудов П.Ю.);

10. Политическая партия «Самодержавная Россия» (заявитель Меркулов Д.Н.);

11. Партия Защиты Конституции Российской Федерации (заявитель Утяшев Р.Ш.);

12. Всероссийская политическая партия «Курсом Правды и Единения» (заявитель Москалев Ю.А.);

13. Политическая партия «МММ» (заявитель Муратов А.В.);

14. Политическая партия «Советская партия Российской Федерации» (заявитель Шарипов Н.С.);

15. Политическая партия «Возрождение аграрной России» (заявитель Хабаров Л.А.);

16. Политическая партия «КОЛОКОЛ» (заявитель Дижур Н.И.).

На 3 апреля 2013 года на сайте Минюста также есть информация о приостановлении регистрации 7 политических партий:

1. Политическая партия «ЗА ПРАВО СЛАВНЫХ» (заявитель Чубаров Д.А.);

2. Политическая партия «Национальный Курс» (заявитель Савин М.А.);

3. Политическая партия «ЕВРАЗИЯ» (заявитель Коровин В.М.);

4. Политическая партия «Самодержавная Россия» (заявитель Меркулов Д.Н.);

5. Политическая партия «Нетократическая партия России» (заявитель Кривохижин П.А.);

6. Политическая партия «Новая Сила» (заявитель Соловей В.Д.);

7. Политическая партия «Партия Возрождения России» (заявитель Архипов В.А.).

Классификация новых политических партий

Здесь мы попробуем предложить классификацию 56 партий, зарегистрированных после 4 апреля 2012 года. В основу классификации положены два критерия – практический и идеологический.

I. Практический критерий

Практический критерий связан с целью создания партии. В связи с этим партии предлагается разделить в первую очередь на политические и политтехнологические.

1. Политические

К этой группе мы относим в первую очередь партии, имеющие ярко выраженную политическую программу и лидера (лидеров), проявивших себя в политике. Это (в порядке регистрации): «Альянс Зеленых – Народная партия», Российская экологическая партия «Зеленые», «КОММУНИСТЫ РОССИИ», «Российский общенародный союз», «Гражданская Сила», Российская партия пенсионеров за справедливость, Партия Мира и Единства, «Гражданская Платформа», «Демократический выбор», Партия Духовного Преображения России, «Российский Объединённый Трудовой Фронт», «РОДИНА», Партия Возрождения Села, Объединенная аграрно-промышленная партия России.

Особняком стоят партия «Достоинство», имеющая яркую политическую программу, но созданная неизвестными молодыми людьми, и две партии, созданные выходцами из «Справедливой России» – Партия За Справедливость! и «Рожденные в Союзе Советских Социалистических Республик».

Итого в эту группу мы объединяем 17 партий.

2. Политтехнологические

Основные критерии отнесения партий к этой категории три: малосодержательная программа, неизвестный лидер, отсутствие сайта.

Среди партий этой категории в первую очередь выделяются партии, связанные с «Центром Андрея Богданова» и зарегистрированные в мае 2012 года (6 из 8 партий, зарегистрированных в этом месяце). Это: Демократическая партия России (ДПР), «Союз Горожан» (СГ), Народная партия России (НПР), Партия Социальных Сетей (ПСС), Социал-демократическая партия России (СДПР), Коммунистическая партия социальной справедливости (КПСС).

Все эти партии отличает краткость и невнятность программы. Помимо ДПР, возглавляемой самим А.В. Богдановым, лидеры этих партий либо совсем неизвестны (ПСС), либо известны лишь как соратники Богданова (СГ, НПР, СДПР, КПСС). Исключением можно считать националистического публициста В.Ю. Милитарева, председателя политкомитета СДПР (но, по данным Минюста, он не имеет права представлять партию без доверенности). Из 6 партий лишь «Союз горожан» имеет свой сайт, но и на нем последняя новость датирована 07.09.2012.

Дополнительная информация об общности этих партий: 27.07.2012 пять из них (кроме ПСС) объявили о создании коалиции. На выборах 14.10.2012 все 6 партий придерживались одинаковой тактики (выдвижение одних и тех же кандидатов в разных регионах), в Барнауле как минимум 5 из них (нет информации про КПСС) имели одного и того же уполномоченного, который сдавал их документы в горизбирком. Примечательно также наличие единых элементов стиля: у всех 6 партий (в отличие от большинства других) краткое название является аббревиатурой; у всех 6 партий (в отличие от большинства других) файлы, содержащие программу, имеют расширение docx.

Помимо этих партий, всем трем указанным выше критериям удовлетворяют: Партия свободных граждан, «Родная страна», «Против всех», Партия Социальных Реформ и Партия СОЦИАЛЬНОЙ СОЛИДАРНОСТИ.

Близки к этому Российская сетевая партия (по-видимому, запасная партия Александра Рявкина, от которой он отказался после регистрации «Гражданской Силы»), «Молодая Россия», Политическая партия Социальной защиты, «ЧЕСТНО», Российская социалистическая партия.

Отметим, что у партий «Родная страна», «Против всех» и Российской социалистической партии файлы, содержащие программу, также имеют расширение docx, а краткое название партии «Родная страна» – аббревиатура.

Итого в эту группу мы объединяем 16 партий.

3. Промежуточные

К этой категории мы относим три подкатегории:

3.1. Партии, созданные для удовлетворения лидерских амбиций: Народная партия «За женщин России» (Хавраева Г.Ф.), Российская консервативная партия «За нашу Родину» (Лермонтов М.Ю.), Монархическая партия (Баков А.А.), «ВОЛЯ» (Пеунова С.М.), Партия Дела (Бабкин К.А.), «НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИИ» (Федулов А.М.), Российская партия народного управления (Мухамедьяров А.Р.), «Демократическая правовая Россия» (Трунов И.Л.) – всего 8 партий. Большинство из них имеют ярко выраженную идеологию (кроме Партии Дела).

В эту же подгруппу из группы 1 может быть перенесена Партия Мира и Единства (Умалатова С.З.), занимающая промежуточное положение.

3.2. Партии, созданные на базе неполитических общественных организаций: Партия пенсионеров России (Союз пенсионеров России), «Города России» (Федеральный совет городов, Всероссийское общество охраны природы), «Новая Россия» (Союз «Чернобыль»), «Союз труда» (ФНПР), РОСПА (Межрегиональная общественная организация автомобилистов «Свобода выбора»), Аграрная партия России (АККОР), Трудовая партия России (СОЦПРОФ), «Женский диалог» (одноименная), Партия ветеранов России (ветеранские организации), «Защитники Отечества» («Офицеры России»), «Развитие России» (Саморегулируемая организация оценщиков «Экспертный совет»). Первые 6 из них созданы на базе организаций, входящих в Общероссийский народный фронт, лидеры трех следующих также некоторым образом связаны с «Единой Россией», и лишь три последние относительно самостоятельны.

К этой же группе примыкают созданные на базе околовластных структур «Умная Россия» («Наши») и Казачья партия Российской Федерации.

Всего в эту подгруппу входит 13 партий.

В эту же подгруппу из группы 2 может быть перенесена «Молодая Россия», занимающая промежуточное положение (связана с Ассоциацией юристов России).

3.3. Слабо политизированные «партии одного вопроса»: Партия налогоплательщиков России, Интернет Партия Российской Федерации – всего 2 партии.

Таким образом, к группе 3 отнесены 23 партии.

II. Идеологический критерий

Для классификации по идеологическому критерию используются как программы партий, так и их названия. Основные три идеологические группы: либеральная, левая и консервативно-патриотическая.

1. Либеральные

Развернутую либеральную программу имеют 5 партий: «Гражданская Сила», «Гражданская Платформа», «Демократический выбор», «Демократическая правовая Россия» и «Достоинство».

Еще 2 партии имеют либеральные названия и невнятную программу: Демократическая партия России и Партия свободных граждан.

К этой же группе примыкает Российская партия народного управления, имеющая программу с некоторым «анархическим» уклоном.

Итого – 8 партий.

2. Левые

Левые партии следует разделить на несколько подгрупп.

2.1. Антикапиталистические: Коммунистическая партия социальной справедливости, «КОММУНИСТЫ РОССИИ». К ним примыкают «ВОЛЯ», одно из главных программных требований которой – национализация, и «Российский Объединённый Трудовой Фронт» (занимающий промежуточное положение между подгруппами 2.1 и 2.2), провозглашающий своей целью социализм, но содержащий в основном программу защиты прав трудящихся и общедемократические требования (итого 4 партии).

2.2. Партии, ориентированные на защиту трудовых прав: Трудовая партия России, «Союз труда» (2 партии).

2.3. Партии, ориентированные на поддержку сельского хозяйства: Аграрная партия России, Партия Возрождения Села, Объединенная аграрно-промышленная партия России (3 партии).

2.4. Партии, основывающиеся на идеях справедливости: Социал-демократическая партия России, Партия За Справедливость!, Партия Социальной защиты, Партия Мира и Единства, ЧЕСТНО, Российская социалистическая партия, «Рожденные в Союзе Советских Социалистических Республик», Партия Социальных Реформ, Партия СОЦИАЛЬНОЙ СОЛИДАРНОСТИ (9 партий).

2.5. Партии, ориентированные на защиту пенсионеров и ветеранов: Российская партия пенсионеров за справедливость (занимает промежуточное положение между подгруппами 2.4 и 2.5), Партия пенсионеров России, Партия Ветеранов России (3 партии).

Всего к группе 2 отнесена 21 партия.

3. Консервативно-патриотические

Эта группа также делится на несколько подгрупп.

3.1. Монархическая партия (1 партия).

3.2. Основанные на приоритете православия и дореволюционных традиций: Российский общенародный союз, Российская консервативная партия «За нашу Родину».

К ним примыкают партия «НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИИ» (имперские идеи и требование поддержки «традиционного российского вероисповедования») и Партия Духовного Преображения России (признающая равенство конфессий, но выступающая за повышение роли религии).

Итого – 4 партии.

3.3. Основывающиеся на идеях патриотизма и защиты традиционных ценностей: Народная партия «За женщин России», «РОДИНА», «ЗАЩИТНИКИ ОТЕЧЕСТВА», Казачья партия Российской Федерации (4 партии).

Всего к группе 3 отнесены 9 партий.

4. Не входящие в основные идеологические группы

Эта группа также делится на несколько подгрупп.

4.1. Партии одного вопроса: «Альянс Зеленых – Народная партия», «Российская экологическая партия «Зеленые», Партия налогоплательщиков России, Российская партия автомобилистов России «РОСПА», Интернет Партия Российской Федерации (5 партий).

4.2. Партии с всеядными названиями без четкой идеологической программы: «Союз Горожан», Народная партия России, «Города России», «Молодая Россия», «Новая Россия», «УМНАЯ РОССИЯ», «Родная Страна», ПАРТИЯ ДЕЛА, «РАЗВИТИЕ РОССИИ» (9 партий).

4.3. Партии с невнятными (или ориентированными на суженный круг избирателей) названиями без четкой идеологической программы: Партия Социальных Сетей, Российская сетевая партия, «Против всех», «Женский Диалог» (4 партии).

Всего к группе 4 отнесены 18 партий.

Участие новых партий в выборах

В региональных выборах, прошедших 14.10.2012, имели право участвовать от 11 до 19 новых партий. В большинстве муниципальных выборов, прошедших 14.10.2012, имели право участвовать 19 новых партий.

Однако АПР вообще не стала на этих выборах никого выдвигать, еще 5 партий («Молодая Россия», «Новая Россия», Партия свободных граждан, Политическая партия Социальной защиты, «Умная Россия») приняли в тех выборах минимальное участие.

Остальные 13 партий принимали заметное участие в выборах 14.10.2012, но ни одна из них не приблизилась к уровню участия парламентских партий, и только «Коммунисты России» и РЭП «Зеленые» по своей активности оказались близки к старым непарламентским партиям «Патриоты России» и «Яблоко».

Участие состояло в основном в выборах по партийным спискам. И лишь четыре из новых партий имели на этих выборах относительный успех: «Коммунисты России» прошли в Думу Карачаевского городского округа с 16,9%; РЭП «Зеленые» – в Думу Березовского городского округа (Свердловская область) с 14,9%; Народная партия «За женщин России» – в Думу г. Каменска-Уральского (Свердловская область) с 6,0%; Партия пенсионеров России – в Думу г. Каменска-Уральского (9,4%) и Совет депутатов Ельнинского района Смоленской области (8,6%).

В ноябре 2012 – феврале 2013 года прошли более 100 выборов, но новые партии участвовали только в 13, и всего в этих выборах участвовало 9 новых партий. В четырех городах выборы депутатов проходили по пропорциональной или смешанной системе, но в трех из них новые партии вообще не участвовали, и только в ЗАТО г. Фокино (Приморский край) приняла участие Народная партия «За женщин России», довольствовавшаяся 3,1% голосов.

В остальных 12 кампаниях новые партии выдвигали кандидатов в депутаты или мэры, и результаты были более чем скромные. Лишь в г. Алексин Тульской области кандидат в депутаты от Российской партии пенсионеров за справедливость Лариса Малыженкова получила 23,3% голосов, в остальных случаях результат не превышал 5%.

В марте 2013 года прошли 373 выборные кампании, но новые партии участвовали лишь в 30. Правда, в этот раз отметились уже 20 партий из 26, имевших право участвовать (совсем не принимали участие Партия Социальных Сетей, СДПР, «Новая Россия», Партия свободных граждан, Монархическая партия и «ЧЕСТНО»). Однако у подавляющего большинства партий вновь были ничтожные результаты.

Наиболее интересны были выборы в Собрание депутатов г. Узловая (Тульская область), прошедшие 10 марта по смешанной системе. В них приняли участие сразу четыре новые партии («Города России», Народная партия «За женщин России», Партия пенсионеров России и Российская партия пенсионеров за справедливость), а всего участвовало 8 списков. Это пока рекорд для муниципальных образований, не являющихся региональными центрами.

Особую остроту ситуации придавало то, что на эти выборы не была допущена (придрались к оформлению документов) «Справедливая Россия» – один из фаворитов. Разумеется, это благоприятствовало обеим пенсионерским партиям, особенно Российской партии пенсионеров за справедливость, хотя она фигурировала на этих выборах под сокращенным названием «ПАРТИЯ ПЕНСИОНЕРОВ», то есть была почти неотличима от другой.

Но все же избиратели отличили. «ПАРТИЯ ПЕНСИОНЕРОВ» (то есть Российская партия пенсионеров за справедливость) получила 8,4% (опередив ЛДПР) и прошла в Собрание, а Партия пенсионеров России довольствовалась 2,3% голосов (что, впрочем, больше, чем у партии «Яблоко»). Немногим лучше и результат «женщин» – 2,4%. А у «Городов России» последнее место с 0,9% голосов.

На выборах по мажоритарной системе (депутатов и мэров) также относительно удачно выступила Российская партия пенсионеров за справедливость: Роман Петухов на дополнительных выборах в Пермскую городскую Думу получил 33,0% (лишь на 3,9% меньше, чем у победителя, единоросса Сергея Климова), Андрей Дубровский в Узловой – 29,6%, еще три кандидата от этой партии получили 31 марта на разных выборах в Свердловской области 8–13%.

Есть некоторые успехи и у «Гражданской платформы»: 27,7% у Игоря Новикова на выборах мэра г. Жуковский (Московская обл.), 15,0% у Александра Захарова на дополнительных выборах в Ивановскую городскую Думу.

Относительно успешным оказалось и единственное участие в выборах Российского общенародного союза: его кандидат, Виталий Ананьев, получил 29,8% на дополнительных выборах в Ульяновскую городскую Думу. А вот «Умная Россия» отличилась на выборах главы Шелеговского сельского поселения Кировской области: ее кандидат, 22-летний студент из Кирова Артем Светлаков, получил 26,8% (впрочем, в абсолютных числах это всего 76 голосов).

Неплох дебют Аграрной партии России: оба ее кандидата получили на выборах муниципальных депутатов более 10% – Юрий Мамонтов в Новосибирском районе Новосибирской области 14,9%, Игорь Дедюхин в Шигонском районе Самарской области 11,5%.

Другие партии выступили в процентном отношении гораздо хуже. У Партии пенсионеров России наилучший результат – 8,7%, у «Коммунистов России» – 6,9%, у Народной партии «За женщин России» – 6,0%, у «Молодой России» – 4,9%, у «Союза горожан» – 4,1%, у «Альянса Зеленых – Народной партии» – 3,5%, у «Городов России» – 3,4%, у Партии социальной защиты – 2,7%, у Народной партии России – 2,6%, у Партии Мира и Единства – 1,8%, у «Гражданской силы» – 0,9%, у РЭП «Зеленые» – 0,7%, у Партии за справедливость! – 0,4%, у КПСС – 0,4%, у ДПР – 0,3%.

Заключение

Каков же результат партийной реформы Дмитрия Медведева? Прежде чем обсуждать этот вопрос, следует ответить на другой: а что можно было ожидать от подобной реформы?

Я полагаю, что было два аспекта ожиданий. Один – в большей степени политический – связан с выборами по партийным спискам. Другой – в большей степени политтехнологический – связан с выборами по мажоритарной системе.

Эксперты в период 2008–2011 годов неоднократно отмечали, что созданная под руководством кремлевских политтехнологов система из семи партий – искусственная и не отражает всего спектра политических предпочтений российских избирателей. Это подтверждалось и социологами. Так, согласно опросу Левада-центра, проведенному в сентябре 2011 года, 28% респондентов не считали ни одну из семи существовавших тогда партий выразителями их интересов.

В связи с этим можно было предполагать, что у значительной части избирателей (около четверти) есть потребность в новых партиях. И соответственно можно было ожидать, что новые партии получат на выборах по партспискам значительную поддержку.

Однако 14.10.2012 этого не произошло. Если не считать тех особых случаев, когда одна–две новые партии выступили особенно успешно благодаря соответствующему составу кандидатов (Карачаевск, Березовский, Каменск-Уральский), суммарный результат новых партий оказался совсем небольшим: 12,7% во Владивостоке (7 партий), 9,0% в Краснодарском крае (10 партий), 8,6% в Твери (6 партий), 7,5% в Северной Осетии (12 партий), 7,1% в Петропавловске-Камчатском (6 партий); в других регионах и городах еще ниже.

10.03.2013 в Узловой четыре новые партии получили в сумме всего 14% даже при отсутствии в избирательном бюллетене «Справедливой России».

Иными словами, потребность избирателя в новых партиях оказалась заметно ниже, чем можно было ожидать.

Также можно было ожидать, что появление новых партий повысит активность избирателей, у которых появляется больше возможности для выбора. Однако и этого в основном не произошло. Там, где сравнение с предыдущими выборами наиболее корректно (Сахалинская область) показатель явки даже снизился (с 30,6% 12.10.2008 до 27,5% 14.10.2012).

Все это можно объяснить двумя факторами. Во-первых, избиратели, которых не удовлетворяют старые партии, по-видимому, в значительной степени разочарованы в самом институте выборов. И потому партийная реформа без коренной реформы избирательного законодательства и правоприменительной практики и не могла серьезно подействовать на эту часть электората.

Кроме того, можно предположить, что эти не удовлетворенные старыми партиями избиратели в значительной степени относятся к той части электората (составляющей 20–30%), которая участвует только в федеральных выборах, но игнорирует выборы региональные и особенно муниципальные. В этом случае потребность в новых партиях должна будет проявиться лишь на выборах в Государственную Думу.

Во-вторых, следует обратить внимание на спектр новых партий, участвовавших в выборах 14.10.2012. Как показано выше, из 56 зарегистрированных новых партий, к политическим (группа 1) мы отнесли только 17, плюс еще 8 – к лидерским (подгруппа 3.1). Полагаем, что у неудовлетворенного избирателя есть потребность именно в таких партиях. Однако в выборах 14.10.2012 имели право участвовать только четыре партии из группы 1 («Альянс Зеленых – Народная партия», Российская экологическая партия «Зеленые», «КОММУНИСТЫ РОССИИ», Партия За Справедливость!) и одна партия из подгруппы 3.1 (Народная партия «За женщин России»). Не удивительно, что именно эти партии и показали наилучшие результаты.

Сейчас ситуация немного лучше. Из 30 новых партий, получивших право участвовать в выборах, 10 относятся к группе 1 и 3 – к подгруппе 3.1. И можно надеяться, что к июню, когда начнется кампания по выборам 08.09.2013, их число еще вырастет.

Что касается выборов по мажоритарной системе, то основное ожидание проистекало не только из партийной реформы, но и сопутствовавшего ей изменения избирательного законодательства, благодаря которому кандидаты от всех партий (в том числе и новых) были освобождены от сбора подписей. При этом правила регистрации по подписям остаются предельно жестокими, позволяющими при желании отказывать в регистрации любому неугодному кандидату, что и продемонстрировали выборы 14.10.2012: отсев среди самовыдвиженцев на выборах депутатов представительных органов региональных центров составил 73,4%.

В связи с этим можно было ожидать, что сильные оппозиционные кандидаты предпочтут выдвижение от новых партий, не вызывающих аллергию у избирателя, самовыдвижению, которое связано со значительно большим риском отказа в регистрации. Соответственно и новые партии должны были искать таких кандидатов и делать ставку на них. Однако на выборах 14.10.2012 этого еще не было заметно. Сейчас данное явление начинает проявляться в отношении двух партий – Российской партии пенсионеров за справедливость и «Гражданской платформы» (обе в выборах 14.10.2012 еще не имели права участвовать). Можно полагать, что на выборах 08.09.2013 все это проявится в большей степени. При этом, в отличие от выборов по партийным спискам, более востребованными могут оказаться политтехнологические партии со всеядными названиями.

В целом можно сделать вывод, что от партийной реформы не следовало ждать быстрых результатов. Впрочем, в условиях, когда на выборах по-прежнему доминирует административный ресурс, долговременные последствия партийной реформы также могут оказаться малозначительными.

АРКАДИЙ ЛЮБАРЕВ

СПИСОК ПУБЛИКАЦИЙ АВТОРА СМ ПО ССЫЛКЕ ]]> https://vybor-naroda.org/arhiv/arhiv-2013/arh2013-vyboryvrf/arh2013-vybory2013/arh2013-regionalvyb2013/-3032473-arh2013-zachistki-na-dalnih-podstupah.html Александр Кынев о том, как регионы готовятся к сентябрьским выборам: Власть активно занята подготовкой к сентябрьским выборам, которые в отличие от выборов прошлой осени пройдут в сложных для нее регионах. Это заставляет уже сейчас проводить законодательные правки на местах и давить на тех, кто может помешать добиться плановых результатов, — оппонентов и независимых наблюдателей. Региональные выборы 2013 Tue, 19 Mar 2013 13:39:41 +0400 Александр Кынев о том, как регионы готовятся к сентябрьским выборам Власть активно занята подготовкой к сентябрьским выборам, которые в отличие от выборов прошлой осени пройдут в сложных для нее регионах. Это заставляет уже сейчас проводить законодательные правки на местах и давить на тех, кто может помешать добиться плановых результатов, — оппонентов и независимых наблюдателей. Менее полугода осталось до сентябрьских региональных выборов, и подготовка к предстоящим выборам, хотя федеральная пресса о ней почти не пишет, уже идет вовсю. И многие происходящие события объясняются именно этой кампанией, которая пока в основном в центре внимания СМИ, региональных и местных. Помимо переговоров и элитных разводок по поводу потенциальных кандидатов на различные посты на местах активно правят законодательство в удобном для себя ключе. Так, целый ряд городов вместо двухтуровой системы, когда в первом туре нужно набрать больше половины голосов, вводят систему «простого большинства», где для победы хватает перевеса даже в один голос, именно так уже произошло во Владивостоке и Абакане. Несмотря на все разговоры про возвращение к выборам мэров населением, на деле продолжается обратный процесс. Так, в Магадане назначены общественные слушания по отмене прямых выборов мэров, началась отмена прямых выборов мэров по городам и районам Самарской области. Не лишним будет напомнить, что именно сейчас Госдума завершает принятие закона, позволяющего отдельным регионам вместо даже крайне управляемых прямых выборов губернаторов проводить их «избрание» региональными парламентами из предложенных президентом трех кандидатур. Принятие закона сейчас позволит регионам поправить свои законы до формального старта избирательной кампании, ведь среди тех 8 регионов, где в сентябре должны пройти прямые пока выборы главы территории, в частности, Ингушетия. Еще одно из направлений этой предварительной подготовки к выборам — превентивная обработка оппонентов и тех, кто занимается независимым наблюдением за выборами. «Правильные выборы» — деморализованная оппозиция и ослабленный контроль На этот раз процесс, похоже, идет по принципу «готовь сани летом»: власти пытаются надавить на всех, кто может помешать им добиться «плановых» результатов выборов, заранее. Еще до официального старта кампании, когда на это вроде бы меньше обращают внимание, начинают запугивать общественников, способных заниматься независимым контролем на выборах. Недавно представители Минюста сообщили, что ведомство завалили анонимными просьбами проверить ассоциацию «Голос» и Левада-центр на предмет иностранного финансирования. Почти одновременно депутатский запрос о том, что «Голос» якобы нарушает закон об НКО, направил депутат от ЛДПР Владимир Овсянников. Спустя несколько дней налоговая инспекция удивительно синхронно и одновременно приступила к очередной внезапной проверке региональных организаций «Голос» («Голос-Сибирь», «Голос-Поволжье», «Голос-Урал»). Затем правозащитная ассоциация «Агора» сообщила, что Генпрокуратура поручила прокуратуре Москвы вместе со специалистами из Федеральной налоговой службы (ФНС) и Минюста проверить десятки некоммерческих организаций «на предмет исполнения действующего законодательства». Только что в Самарской области налоговая разослала повестки на налоговый допрос тем, кто работал на выборах представителем газеты «Гражданский голос» по договорам возмещения за «шикарные» 1265 рублей за время, потраченное на работу в избирательных комиссиях. Люди работали по официальным договорам, с доходов были уплачены налоги — для чего их теперь таскают по налоговым? Наверное, чтобы больше вообще никуда не ходили. Одновременно продолжается давление на системную оппозицию, которая вроде бы и так не блещет в последнее время смелостью и, занимаясь электоральным самоуничтожением, сдает наиболее раздражающие оппонентов фигуры. Однако, если внимательно посмотреть, мочат не только тех, кто ходит на оппозиционные митинги. Один из оказавшихся под ударом — депутат Государственной думы РФ Олег Михеев. Ему далеко по публичной известности Геннадия или Дмитрия Гудковых, однако именно Михеев одна из ключевых фигур в организации наиболее удачных избирательных кампаний партии «Справедливая Россия» последних лет. Видимо в этом и стоит искать смысл неприятностей публично, казалось бы, лояльного Михеева. СМИ Свердловской области активно пишут про уголовное дело в отношении заместителя главы Октябрьского района Екатеринбурга Виктора Буркова, старшего брата депутата Госдумы РФ от «Справедливой России» Александра Буркова. В чем тут дело? В сентябре выборы главы Екатеринбурга и городской думы, а в декабре 2011 года на выборах Госдумы на территории Екатеринбурга «Справедливая Россия» выступила сверхуспешно, обойдя «Единую Россию» и заняв первое место. Это был ее лучший результат по стране среди всех крупных городов. Фактически «мочат» всех, кто способен вести эффективную электоральную борьбу. «Зона максимального риска» Откуда такая нервозность? Ответ прост. По иронии судьбы, сам список регионов, в которых проходили ключевые региональные выборы в октябре 2012 года, был для власти очень удобен и фактически заранее предвещал ее уверенную победу. Саратовская, Пензенская области, Краснодарский край — это зоны устойчивого электорального контроля и часто «аномальных» результатов. Ожидать всерьез, что местным административным машинам оппозиция сможет что-то противопоставить, изначально было наивно. Нет сильной оппозиции несколько лет и в Сахалинской области, а фактический провал власти в Северной Осетии, регионе не самом крупном, был федеральной прессой замечен мало. Губернаторские выборы даже в сложных регионах были зачищены заранее. На муниципальных выборах СМИ, не обращая внимания на аналитиков, вместо тех кампаний, где у оппозиции были реальные шансы, тратили почти все время на заранее безнадежную кампанию на выборах в Химках, которые играли роль «дымовой завесы» для иных выборов. Усталость избирателей после федеральных выборов, отсутствие фактического внимания прессы в сочетании с технологиями минимизации явки основной массы избирателей при мобилизации привычными технологиями узкой группы избирателей административно зависимых сделали свое дело: низкая в большинстве регионов явка работала на «партию власти». Подобный результат, отчасти запрограммированный самим списком регионов, где проходили основные выборы, создал среди чиновников ощущение, что в 2012-м они все делали правильно, идут «верной дорогой», и они, закусив удила, продолжили работу в стиле «взбесившегося принтера». Однако в сентябре 2013 года список регионов будет совсем другим, намного более представительным, и доминировать на этот раз будут регионы, для власти очень сложные. И если октябрь-2012 заранее можно было прогнозировать как повод федеральным кураторам выборов заявить о своей правоте, то сентябрь-2013 может привести совсем к другим последствиям — поискам виноватых и ответственных, в ходе которого кого-то могут и уволить. Чтобы избежать этого, и затевался перенос выборов с октября на сентябрь (чтобы явка реальных избирателей была пониже). Превентивный прессинг оппозиции и общественников шел тоже ради этого. Даже если оставить в стороне зарегулированные до невозможности губернаторские выборы, то одних только выборов региональных парламентов в сентябре будет 16. Если обратиться к электоральной истории, то по итогам декабря 2011 года (да и не только по ним) к группе регионов с выраженными протестными настроениями, среди тех, кто будет в сентябре 2013 избирать региональные парламенты, относятся следующие. Архангельская область (31,9% за «Единую Россию» в декабре 2011-го, по официальным данным, по остальным регионам также указан процент за ЕР на последних выборах Госдумы РФ), Владимирская (38,27%), Иркутская (34,93%), Смоленская (36,23%), Ярославская (29,04%) области. В некоторых из этих регионов имеются устойчивые сильные оппозиционные организации или отдельные лидеры. Хотя, конечно, в ситуации всегда есть динамика. Так, скончался многолетний лидер коммунистов входящего в Архангельскую область Ненецкого АО Леонид Саблин, который на региональных выборах округа и области лично обеспечивал КПРФ в округе немало голосов, новый же глава Архангельской области Игорь Орлов оказался явно неудачным назначенцем. Вероятно, будет пытаться проводить по жесткому сценарию выборы в Иркутской области новый губернатор Сергей Ерощенко, так зачищено в минувшем году было прежнее руководство регионального отделения «Единой России». Однако, видимо, и без содействия «Гражданской платформы» здесь тоже не обойдется, учитывая давние связи Ерощенко и Прохорова. Так, в «Гражданскую платформу» в области уже пошли некоторые бывшие «эсеры», и, видимо, к ним добавятся некоторые бывшие единороссы. Несомненно, изменит расклад во Владимирской области предстоящее назначение нового губернатора. В Ивановской области у «Единой России» было всего 40,12%, однако в этом регионе все региональные и местные выборы последних лет при Михаиле Мене проходили с большими проблемами, и не будет удивительным появление электоральных странностей и на выборах предстоящих. Есть ресурсы для ужесточения прессинга власти в отношении оппонентов и в Хакасии (40,13% за ЕР) при всем сложном социально-экономическом положении региона. И, наоборот, наверное, тяжелее, чем раньше, будет власти в Забайкальском крае (было 43,28% за ЕР): в этом традиционно депрессивном периферийном регионе не только назначен губернатор-«эсер», но и прежняя региональная элита недовольна назначением «варяга». Жесткой борьбой различных элитных групп влияния, построенных по персоналистскому, географическому и отраслевому признаку, всегда отличались выборы в Якутии (49,16% за ЕР в декабре 2011-го). Похожая ситуация в Бурятии (49,02% за ЕР в декабре 2011-го), где мало того, что имеются сильные организации КПРФ и «Справедливой России», так еще и бывший до недавнего времени мэром Улан-Удэ Геннадий Айдаев присоединился к «Гражданской платформе». Зона административного контроля и «калмыцкий прецедент» Из 16 регионов заведомо нет опасений у власти лишь в трех. Это традиционные зоны электорального контроля Башкирия (70,5% за «Единую Россию»), Кемеровская область (64,24%) и, разумеется, Чечня (абсолютный рекорд — 99,48% за ЕР, по официальным данным). Особняком стоит Калмыкия (66,1% за «Единую Россию» в декабре 2011-го), которая раньше, несмотря на прежние скандалы и конфликты, традиционно относилась к зоне для власти в целом безопасной. За полтора года ситуация в этом регионе от постепенного привыкания к новому губернатору сменилась жесточайшим элитным кризисом, когда в оппозицию бывшим соратником Илюмжинова Алексеем Орловым оказались вытеснены иные сторонники прежнего главы региона. За минувший год помимо многочисленных скандалов регион пережил хаос в борьбе за контроль над Элистой с двумя параллельными администрациями и попытками захвата мэрии, а теперь еще и конфликт за формирование избиркомов, все это усугубляется сложным социально-экономическим положением. Перед предстоящими выборами народного хурала сначала новый глава Калмыкии добился формирования удобного для себя республиканского избиркома, теперь идет борьба за нижестоящие комиссии: после того как горизбирком Элисты принял решение о формировании участковых избиркомов, на 49 участках председателями комиссий стали представители оппозиционных партий («Справедливой России», «Гражданской платформы», «Правого дела»), республиканский избирком признал работу горизбиркома неудовлетворительной и отменил решения комиссии, а ее председателя отправил в отставку. Также председатель республиканского избиркома Александр Дикалов заявил журналистам, что теперь республиканская комиссия сама сформирует состав УИКов, «подобрав достойных людей». Даже если этими «достойными людьми» в Калмыкии будут в итоге заполнены участковые комиссии, сложно представить, как в таких условиях власти смогут без скандала выйти на «плановые» результаты. Теоретически федеральный центр может попытаться спасти электоральную ситуацию или внезапной кадровой рокировкой а-ля Дагестан, или, например, параллельным выдвижением Илюмжинова во главе списка «Единой России» в хурал с временным сохранением Орлова главой республики (нечто похожее было в 2011 году в Пермском крае, когда территориальную группу в списке партии власти в Госдуму возглавил бывший губернатор Юрий Трутнев, а Олег Чиркунов шел в ЗС). Впрочем, и «параллельный» сценарий чреват продолжением скандалов. Сомнительно, что в ближайшей перспективе рассыпавшийся на воюющие кусочки калмыцкий элитный политпейзаж центру удастся собрать назад. Середняки К «средней» зоне, где власть в целом сохраняет рычаги электорального контроля, несмотря на отдельные проблемы, можно отнести Ростовскую область (50,22% за «Единую Россию» в декабре 2011 года). После замены губернатора из зоны электоральной аномалии в условиях скептического отношения к нему ряда представителей местных элит область стала приближаться к регионам, где выборы больше похоже на выборы, а не на красивый ритуал. При существенных протестных настроениях нет сегодня сильной оппозиции в Ульяновской области (43,56% за «Единую Россию»). При определенном административном напряжении в средней зоне из вышеперечисленных могут оказаться Хакасия и Ивановская область. Муниципальный фронт Помимо названных выборов региональных парламентов в сентябре будет и ряд важных муниципальных выборов. Если в Воронеже, скорее всего, на выборах мэра значимой интриги не будет (есть заведомый фаворит), так же как во Владивостоке вероятнее всего победа действующего мэра Игоря Пушкарева, если против него не будет разыграна внутриэлитная интрига, то одной из самых интересных обещает стать кампания в Екатеринбурге. Здесь не только предстоит избрать главу города, но и городскую думу по смешанной системе. Есть целая когорта потенциальных кандидатов, и ключевая интрига зависит от того, поддержит ли областная администрация кандидата городской (вероятно, заместителя главы администрации Александра Высокинского) или же начнется межэлитный конфликт и конкуренция админресурсов, что может открыть дорогу победе «третьей силы». Пройдут также выборы мэров Петрозаводска, Вологды, Хабаровска (и пока не ясна судьба Магадана). В Великом Новгороде, Абакане, Майкопе одновременно будут избираться и мэр, и местный совет. В пяти региональных центрах — Белгороде, Рязани, Волгограде, Тюмени, Кызыле — будет избран новый совет, который изберет главу города из своего состава. Ужесточает интригу в Архангельске и Якутске одновременное избрание не только регионального парламента, но и городских депутатов. Учитывая интригу прошлогодних выборов мэра, интересными могут быть выборы горсовета Красноярска. Предварительно, не менее ста муниципальных кампаний пройдут вместе с выборами губернатора Московской области. Загадки ближайшего времени Несомненно, пока в предстоящей кампании остается много неясного. В частности, непонятным остается, насколько серьезно на этот раз будет готова бороться за успех системная оппозиция или же она продолжит игру в поддавки последнего времени. Мало иметь шанс на успех, нужно быть готовым им воспользоваться. Учитывая солидный перечень регионов, политические последствия с точки зрения восприятия серьезности шансов партий на региональных и федеральных выборах следующих лет будут серьезными. Неясным остается и то, как сама власть будет решать имеющиеся проблемы — «чужепартийных» (Иркутская, Смоленская области, Забайкальский край) и откровенно непопулярных и неудачных губернаторов (Калмыкия, Архангельская область). Более детальный анализ перспектив развития предвыборной ситуации нужно будет делать тогда, когда станет ясно, кто же возглавит по регионам списки конкретных партий. Александр Кынев, руководитель региональных программ Фонда развития информационной политики Газета.ру Александр Кынев о том, как регионы готовятся к сентябрьским выборам

Власть активно занята подготовкой к сентябрьским выборам, которые в отличие от выборов прошлой осени пройдут в сложных для нее регионах. Это заставляет уже сейчас проводить законодательные правки на местах и давить на тех, кто может помешать добиться плановых результатов, — оппонентов и независимых наблюдателей.

Менее полугода осталось до сентябрьских региональных выборов, и подготовка к предстоящим выборам, хотя федеральная пресса о ней почти не пишет, уже идет вовсю. И многие происходящие события объясняются именно этой кампанией, которая пока в основном в центре внимания СМИ, региональных и местных. Помимо переговоров и элитных разводок по поводу потенциальных кандидатов на различные посты на местах активно правят законодательство в удобном для себя ключе. Так, целый ряд городов вместо двухтуровой системы, когда в первом туре нужно набрать больше половины голосов, вводят систему «простого большинства», где для победы хватает перевеса даже в один голос, именно так уже произошло во Владивостоке и Абакане. Несмотря на все разговоры про возвращение к выборам мэров населением, на деле продолжается обратный процесс. Так, в Магадане назначены общественные слушания по отмене прямых выборов мэров, началась отмена прямых выборов мэров по городам и районам Самарской области. Не лишним будет напомнить, что именно сейчас Госдума завершает принятие закона, позволяющего отдельным регионам вместо даже крайне управляемых прямых выборов губернаторов проводить их «избрание» региональными парламентами из предложенных президентом трех кандидатур. Принятие закона сейчас позволит регионам поправить свои законы до формального старта избирательной кампании, ведь среди тех 8 регионов, где в сентябре должны пройти прямые пока выборы главы территории, в частности, Ингушетия.

Еще одно из направлений этой предварительной подготовки к выборам — превентивная обработка оппонентов и тех, кто занимается независимым наблюдением за выборами.

«Правильные выборы» — деморализованная оппозиция и ослабленный контроль

На этот раз процесс, похоже, идет по принципу «готовь сани летом»: власти пытаются надавить на всех, кто может помешать им добиться «плановых» результатов выборов, заранее. Еще до официального старта кампании, когда на это вроде бы меньше обращают внимание, начинают запугивать общественников, способных заниматься независимым контролем на выборах.

Недавно представители Минюста сообщили, что ведомство завалили анонимными просьбами проверить ассоциацию «Голос» и Левада-центр на предмет иностранного финансирования. Почти одновременно депутатский запрос о том, что «Голос» якобы нарушает закон об НКО, направил депутат от ЛДПР Владимир Овсянников. Спустя несколько дней налоговая инспекция удивительно синхронно и одновременно приступила к очередной внезапной проверке региональных организаций «Голос» («Голос-Сибирь», «Голос-Поволжье», «Голос-Урал»). Затем правозащитная ассоциация «Агора» сообщила, что Генпрокуратура поручила прокуратуре Москвы вместе со специалистами из Федеральной налоговой службы (ФНС) и Минюста проверить десятки некоммерческих организаций «на предмет исполнения действующего законодательства». Только что в Самарской области налоговая разослала повестки на налоговый допрос тем, кто работал на выборах представителем газеты «Гражданский голос» по договорам возмещения за «шикарные» 1265 рублей за время, потраченное на работу в избирательных комиссиях. Люди работали по официальным договорам, с доходов были уплачены налоги — для чего их теперь таскают по налоговым? Наверное, чтобы больше вообще никуда не ходили.

Одновременно продолжается давление на системную оппозицию, которая вроде бы и так не блещет в последнее время смелостью и, занимаясь электоральным самоуничтожением, сдает наиболее раздражающие оппонентов фигуры.

Однако, если внимательно посмотреть, мочат не только тех, кто ходит на оппозиционные митинги. Один из оказавшихся под ударом — депутат Государственной думы РФ Олег Михеев. Ему далеко по публичной известности Геннадия или Дмитрия Гудковых, однако именно Михеев одна из ключевых фигур в организации наиболее удачных избирательных кампаний партии «Справедливая Россия» последних лет.

Видимо в этом и стоит искать смысл неприятностей публично, казалось бы, лояльного Михеева. СМИ Свердловской области активно пишут про уголовное дело в отношении заместителя главы Октябрьского района Екатеринбурга Виктора Буркова, старшего брата депутата Госдумы РФ от «Справедливой России» Александра Буркова. В чем тут дело? В сентябре выборы главы Екатеринбурга и городской думы, а в декабре 2011 года на выборах Госдумы на территории Екатеринбурга «Справедливая Россия» выступила сверхуспешно, обойдя «Единую Россию» и заняв первое место. Это был ее лучший результат по стране среди всех крупных городов. Фактически «мочат» всех, кто способен вести эффективную электоральную борьбу.

«Зона максимального риска»

Откуда такая нервозность? Ответ прост. По иронии судьбы, сам список регионов, в которых проходили ключевые региональные выборы в октябре 2012 года, был для власти очень удобен и фактически заранее предвещал ее уверенную победу. Саратовская, Пензенская области, Краснодарский край — это зоны устойчивого электорального контроля и часто «аномальных» результатов. Ожидать всерьез, что местным административным машинам оппозиция сможет что-то противопоставить, изначально было наивно. Нет сильной оппозиции несколько лет и в Сахалинской области, а фактический провал власти в Северной Осетии, регионе не самом крупном, был федеральной прессой замечен мало. Губернаторские выборы даже в сложных регионах были зачищены заранее. На муниципальных выборах СМИ, не обращая внимания на аналитиков, вместо тех кампаний, где у оппозиции были реальные шансы, тратили почти все время на заранее безнадежную кампанию на выборах в Химках, которые играли роль «дымовой завесы» для иных выборов. Усталость избирателей после федеральных выборов, отсутствие фактического внимания прессы в сочетании с технологиями минимизации явки основной массы избирателей при мобилизации привычными технологиями узкой группы избирателей административно зависимых сделали свое дело: низкая в большинстве регионов явка работала на «партию власти». Подобный результат, отчасти запрограммированный самим списком регионов, где проходили основные выборы, создал среди чиновников ощущение, что в 2012-м они все делали правильно, идут «верной дорогой», и они, закусив удила, продолжили работу в стиле «взбесившегося принтера».

Однако в сентябре 2013 года список регионов будет совсем другим, намного более представительным, и доминировать на этот раз будут регионы, для власти очень сложные.

И если октябрь-2012 заранее можно было прогнозировать как повод федеральным кураторам выборов заявить о своей правоте, то сентябрь-2013 может привести совсем к другим последствиям — поискам виноватых и ответственных, в ходе которого кого-то могут и уволить. Чтобы избежать этого, и затевался перенос выборов с октября на сентябрь (чтобы явка реальных избирателей была пониже). Превентивный прессинг оппозиции и общественников шел тоже ради этого.

Даже если оставить в стороне зарегулированные до невозможности губернаторские выборы, то одних только выборов региональных парламентов в сентябре будет 16.

Если обратиться к электоральной истории, то по итогам декабря 2011 года (да и не только по ним) к группе регионов с выраженными протестными настроениями, среди тех, кто будет в сентябре 2013 избирать региональные парламенты, относятся следующие. Архангельская область (31,9% за «Единую Россию» в декабре 2011-го, по официальным данным, по остальным регионам также указан процент за ЕР на последних выборах Госдумы РФ), Владимирская (38,27%), Иркутская (34,93%), Смоленская (36,23%), Ярославская (29,04%) области. В некоторых из этих регионов имеются устойчивые сильные оппозиционные организации или отдельные лидеры. Хотя, конечно, в ситуации всегда есть динамика. Так, скончался многолетний лидер коммунистов входящего в Архангельскую область Ненецкого АО Леонид Саблин, который на региональных выборах округа и области лично обеспечивал КПРФ в округе немало голосов, новый же глава Архангельской области Игорь Орлов оказался явно неудачным назначенцем. Вероятно, будет пытаться проводить по жесткому сценарию выборы в Иркутской области новый губернатор Сергей Ерощенко, так зачищено в минувшем году было прежнее руководство регионального отделения «Единой России». Однако, видимо, и без содействия «Гражданской платформы» здесь тоже не обойдется, учитывая давние связи Ерощенко и Прохорова. Так, в «Гражданскую платформу» в области уже пошли некоторые бывшие «эсеры», и, видимо, к ним добавятся некоторые бывшие единороссы. Несомненно, изменит расклад во Владимирской области предстоящее назначение нового губернатора.

В Ивановской области у «Единой России» было всего 40,12%, однако в этом регионе все региональные и местные выборы последних лет при Михаиле Мене проходили с большими проблемами, и не будет удивительным появление электоральных странностей и на выборах предстоящих. Есть ресурсы для ужесточения прессинга власти в отношении оппонентов и в Хакасии (40,13% за ЕР) при всем сложном социально-экономическом положении региона. И, наоборот, наверное, тяжелее, чем раньше, будет власти в Забайкальском крае (было 43,28% за ЕР): в этом традиционно депрессивном периферийном регионе не только назначен губернатор-«эсер», но и прежняя региональная элита недовольна назначением «варяга».

Жесткой борьбой различных элитных групп влияния, построенных по персоналистскому, географическому и отраслевому признаку, всегда отличались выборы в Якутии (49,16% за ЕР в декабре 2011-го). Похожая ситуация в Бурятии (49,02% за ЕР в декабре 2011-го), где мало того, что имеются сильные организации КПРФ и «Справедливой России», так еще и бывший до недавнего времени мэром Улан-Удэ Геннадий Айдаев присоединился к «Гражданской платформе».

Зона административного контроля и «калмыцкий прецедент»

Из 16 регионов заведомо нет опасений у власти лишь в трех. Это традиционные зоны электорального контроля Башкирия (70,5% за «Единую Россию»), Кемеровская область (64,24%) и, разумеется, Чечня (абсолютный рекорд — 99,48% за ЕР, по официальным данным).

Особняком стоит Калмыкия (66,1% за «Единую Россию» в декабре 2011-го), которая раньше, несмотря на прежние скандалы и конфликты, традиционно относилась к зоне для власти в целом безопасной. За полтора года ситуация в этом регионе от постепенного привыкания к новому губернатору сменилась жесточайшим элитным кризисом, когда в оппозицию бывшим соратником Илюмжинова Алексеем Орловым оказались вытеснены иные сторонники прежнего главы региона. За минувший год помимо многочисленных скандалов регион пережил хаос в борьбе за контроль над Элистой с двумя параллельными администрациями и попытками захвата мэрии, а теперь еще и конфликт за формирование избиркомов, все это усугубляется сложным социально-экономическим положением. Перед предстоящими выборами народного хурала сначала новый глава Калмыкии добился формирования удобного для себя республиканского избиркома, теперь идет борьба за нижестоящие комиссии: после того как горизбирком Элисты принял решение о формировании участковых избиркомов, на 49 участках председателями комиссий стали представители оппозиционных партий («Справедливой России», «Гражданской платформы», «Правого дела»), республиканский избирком признал работу горизбиркома неудовлетворительной и отменил решения комиссии, а ее председателя отправил в отставку. Также председатель республиканского избиркома Александр Дикалов заявил журналистам, что теперь республиканская комиссия сама сформирует состав УИКов, «подобрав достойных людей».

Даже если этими «достойными людьми» в Калмыкии будут в итоге заполнены участковые комиссии, сложно представить, как в таких условиях власти смогут без скандала выйти на «плановые» результаты. Теоретически федеральный центр может попытаться спасти электоральную ситуацию или внезапной кадровой рокировкой а-ля Дагестан, или, например, параллельным выдвижением Илюмжинова во главе списка «Единой России» в хурал с временным сохранением Орлова главой республики (нечто похожее было в 2011 году в Пермском крае, когда территориальную группу в списке партии власти в Госдуму возглавил бывший губернатор Юрий Трутнев, а Олег Чиркунов шел в ЗС). Впрочем, и «параллельный» сценарий чреват продолжением скандалов. Сомнительно, что в ближайшей перспективе рассыпавшийся на воюющие кусочки калмыцкий элитный политпейзаж центру удастся собрать назад.

Середняки

К «средней» зоне, где власть в целом сохраняет рычаги электорального контроля, несмотря на отдельные проблемы, можно отнести Ростовскую область (50,22% за «Единую Россию» в декабре 2011 года). После замены губернатора из зоны электоральной аномалии в условиях скептического отношения к нему ряда представителей местных элит область стала приближаться к регионам, где выборы больше похоже на выборы, а не на красивый ритуал. При существенных протестных настроениях нет сегодня сильной оппозиции в Ульяновской области (43,56% за «Единую Россию»). При определенном административном напряжении в средней зоне из вышеперечисленных могут оказаться Хакасия и Ивановская область.

Муниципальный фронт

Помимо названных выборов региональных парламентов в сентябре будет и ряд важных муниципальных выборов. Если в Воронеже, скорее всего, на выборах мэра значимой интриги не будет (есть заведомый фаворит), так же как во Владивостоке вероятнее всего победа действующего мэра Игоря Пушкарева, если против него не будет разыграна внутриэлитная интрига, то

одной из самых интересных обещает стать кампания в Екатеринбурге. Здесь не только предстоит избрать главу города, но и городскую думу по смешанной системе.

Есть целая когорта потенциальных кандидатов, и ключевая интрига зависит от того, поддержит ли областная администрация кандидата городской (вероятно, заместителя главы администрации Александра Высокинского) или же начнется межэлитный конфликт и конкуренция админресурсов, что может открыть дорогу победе «третьей силы». Пройдут также выборы мэров Петрозаводска, Вологды, Хабаровска (и пока не ясна судьба Магадана). В Великом Новгороде, Абакане, Майкопе одновременно будут избираться и мэр, и местный совет. В пяти региональных центрах — Белгороде, Рязани, Волгограде, Тюмени, Кызыле — будет избран новый совет, который изберет главу города из своего состава. Ужесточает интригу в Архангельске и Якутске одновременное избрание не только регионального парламента, но и городских депутатов. Учитывая интригу прошлогодних выборов мэра, интересными могут быть выборы горсовета Красноярска.

Предварительно, не менее ста муниципальных кампаний пройдут вместе с выборами губернатора Московской области.

Загадки ближайшего времени

Несомненно, пока в предстоящей кампании остается много неясного. В частности, непонятным остается, насколько серьезно на этот раз будет готова бороться за успех системная оппозиция или же она продолжит игру в поддавки последнего времени. Мало иметь шанс на успех, нужно быть готовым им воспользоваться. Учитывая солидный перечень регионов, политические последствия с точки зрения восприятия серьезности шансов партий на региональных и федеральных выборах следующих лет будут серьезными.

Неясным остается и то, как сама власть будет решать имеющиеся проблемы — «чужепартийных» (Иркутская, Смоленская области, Забайкальский край) и откровенно непопулярных и неудачных губернаторов (Калмыкия, Архангельская область).

Более детальный анализ перспектив развития предвыборной ситуации нужно будет делать тогда, когда станет ясно, кто же возглавит по регионам списки конкретных партий.

Александр Кынев, руководитель региональных программ Фонда развития информационной политики
Газета.ру ]]> Александр Кынев о том, как регионы готовятся к сентябрьским выборам

Власть активно занята подготовкой к сентябрьским выборам, которые в отличие от выборов прошлой осени пройдут в сложных для нее регионах. Это заставляет уже сейчас проводить законодательные правки на местах и давить на тех, кто может помешать добиться плановых результатов, — оппонентов и независимых наблюдателей.

Менее полугода осталось до сентябрьских региональных выборов, и подготовка к предстоящим выборам, хотя федеральная пресса о ней почти не пишет, уже идет вовсю. И многие происходящие события объясняются именно этой кампанией, которая пока в основном в центре внимания СМИ, региональных и местных. Помимо переговоров и элитных разводок по поводу потенциальных кандидатов на различные посты на местах активно правят законодательство в удобном для себя ключе. Так, целый ряд городов вместо двухтуровой системы, когда в первом туре нужно набрать больше половины голосов, вводят систему «простого большинства», где для победы хватает перевеса даже в один голос, именно так уже произошло во Владивостоке и Абакане. Несмотря на все разговоры про возвращение к выборам мэров населением, на деле продолжается обратный процесс. Так, в Магадане назначены общественные слушания по отмене прямых выборов мэров, началась отмена прямых выборов мэров по городам и районам Самарской области. Не лишним будет напомнить, что именно сейчас Госдума завершает принятие закона, позволяющего отдельным регионам вместо даже крайне управляемых прямых выборов губернаторов проводить их «избрание» региональными парламентами из предложенных президентом трех кандидатур. Принятие закона сейчас позволит регионам поправить свои законы до формального старта избирательной кампании, ведь среди тех 8 регионов, где в сентябре должны пройти прямые пока выборы главы территории, в частности, Ингушетия.

Еще одно из направлений этой предварительной подготовки к выборам — превентивная обработка оппонентов и тех, кто занимается независимым наблюдением за выборами.

«Правильные выборы» — деморализованная оппозиция и ослабленный контроль

На этот раз процесс, похоже, идет по принципу «готовь сани летом»: власти пытаются надавить на всех, кто может помешать им добиться «плановых» результатов выборов, заранее. Еще до официального старта кампании, когда на это вроде бы меньше обращают внимание, начинают запугивать общественников, способных заниматься независимым контролем на выборах.

Недавно представители Минюста сообщили, что ведомство завалили анонимными просьбами проверить ассоциацию «Голос» и Левада-центр на предмет иностранного финансирования. Почти одновременно депутатский запрос о том, что «Голос» якобы нарушает закон об НКО, направил депутат от ЛДПР Владимир Овсянников. Спустя несколько дней налоговая инспекция удивительно синхронно и одновременно приступила к очередной внезапной проверке региональных организаций «Голос» («Голос-Сибирь», «Голос-Поволжье», «Голос-Урал»). Затем правозащитная ассоциация «Агора» сообщила, что Генпрокуратура поручила прокуратуре Москвы вместе со специалистами из Федеральной налоговой службы (ФНС) и Минюста проверить десятки некоммерческих организаций «на предмет исполнения действующего законодательства». Только что в Самарской области налоговая разослала повестки на налоговый допрос тем, кто работал на выборах представителем газеты «Гражданский голос» по договорам возмещения за «шикарные» 1265 рублей за время, потраченное на работу в избирательных комиссиях. Люди работали по официальным договорам, с доходов были уплачены налоги — для чего их теперь таскают по налоговым? Наверное, чтобы больше вообще никуда не ходили.

Одновременно продолжается давление на системную оппозицию, которая вроде бы и так не блещет в последнее время смелостью и, занимаясь электоральным самоуничтожением, сдает наиболее раздражающие оппонентов фигуры.

Однако, если внимательно посмотреть, мочат не только тех, кто ходит на оппозиционные митинги. Один из оказавшихся под ударом — депутат Государственной думы РФ Олег Михеев. Ему далеко по публичной известности Геннадия или Дмитрия Гудковых, однако именно Михеев одна из ключевых фигур в организации наиболее удачных избирательных кампаний партии «Справедливая Россия» последних лет.

Видимо в этом и стоит искать смысл неприятностей публично, казалось бы, лояльного Михеева. СМИ Свердловской области активно пишут про уголовное дело в отношении заместителя главы Октябрьского района Екатеринбурга Виктора Буркова, старшего брата депутата Госдумы РФ от «Справедливой России» Александра Буркова. В чем тут дело? В сентябре выборы главы Екатеринбурга и городской думы, а в декабре 2011 года на выборах Госдумы на территории Екатеринбурга «Справедливая Россия» выступила сверхуспешно, обойдя «Единую Россию» и заняв первое место. Это был ее лучший результат по стране среди всех крупных городов. Фактически «мочат» всех, кто способен вести эффективную электоральную борьбу.

«Зона максимального риска»

Откуда такая нервозность? Ответ прост. По иронии судьбы, сам список регионов, в которых проходили ключевые региональные выборы в октябре 2012 года, был для власти очень удобен и фактически заранее предвещал ее уверенную победу. Саратовская, Пензенская области, Краснодарский край — это зоны устойчивого электорального контроля и часто «аномальных» результатов. Ожидать всерьез, что местным административным машинам оппозиция сможет что-то противопоставить, изначально было наивно. Нет сильной оппозиции несколько лет и в Сахалинской области, а фактический провал власти в Северной Осетии, регионе не самом крупном, был федеральной прессой замечен мало. Губернаторские выборы даже в сложных регионах были зачищены заранее. На муниципальных выборах СМИ, не обращая внимания на аналитиков, вместо тех кампаний, где у оппозиции были реальные шансы, тратили почти все время на заранее безнадежную кампанию на выборах в Химках, которые играли роль «дымовой завесы» для иных выборов. Усталость избирателей после федеральных выборов, отсутствие фактического внимания прессы в сочетании с технологиями минимизации явки основной массы избирателей при мобилизации привычными технологиями узкой группы избирателей административно зависимых сделали свое дело: низкая в большинстве регионов явка работала на «партию власти». Подобный результат, отчасти запрограммированный самим списком регионов, где проходили основные выборы, создал среди чиновников ощущение, что в 2012-м они все делали правильно, идут «верной дорогой», и они, закусив удила, продолжили работу в стиле «взбесившегося принтера».

Однако в сентябре 2013 года список регионов будет совсем другим, намного более представительным, и доминировать на этот раз будут регионы, для власти очень сложные.

И если октябрь-2012 заранее можно было прогнозировать как повод федеральным кураторам выборов заявить о своей правоте, то сентябрь-2013 может привести совсем к другим последствиям — поискам виноватых и ответственных, в ходе которого кого-то могут и уволить. Чтобы избежать этого, и затевался перенос выборов с октября на сентябрь (чтобы явка реальных избирателей была пониже). Превентивный прессинг оппозиции и общественников шел тоже ради этого.

Даже если оставить в стороне зарегулированные до невозможности губернаторские выборы, то одних только выборов региональных парламентов в сентябре будет 16.

Если обратиться к электоральной истории, то по итогам декабря 2011 года (да и не только по ним) к группе регионов с выраженными протестными настроениями, среди тех, кто будет в сентябре 2013 избирать региональные парламенты, относятся следующие. Архангельская область (31,9% за «Единую Россию» в декабре 2011-го, по официальным данным, по остальным регионам также указан процент за ЕР на последних выборах Госдумы РФ), Владимирская (38,27%), Иркутская (34,93%), Смоленская (36,23%), Ярославская (29,04%) области. В некоторых из этих регионов имеются устойчивые сильные оппозиционные организации или отдельные лидеры. Хотя, конечно, в ситуации всегда есть динамика. Так, скончался многолетний лидер коммунистов входящего в Архангельскую область Ненецкого АО Леонид Саблин, который на региональных выборах округа и области лично обеспечивал КПРФ в округе немало голосов, новый же глава Архангельской области Игорь Орлов оказался явно неудачным назначенцем. Вероятно, будет пытаться проводить по жесткому сценарию выборы в Иркутской области новый губернатор Сергей Ерощенко, так зачищено в минувшем году было прежнее руководство регионального отделения «Единой России». Однако, видимо, и без содействия «Гражданской платформы» здесь тоже не обойдется, учитывая давние связи Ерощенко и Прохорова. Так, в «Гражданскую платформу» в области уже пошли некоторые бывшие «эсеры», и, видимо, к ним добавятся некоторые бывшие единороссы. Несомненно, изменит расклад во Владимирской области предстоящее назначение нового губернатора.

В Ивановской области у «Единой России» было всего 40,12%, однако в этом регионе все региональные и местные выборы последних лет при Михаиле Мене проходили с большими проблемами, и не будет удивительным появление электоральных странностей и на выборах предстоящих. Есть ресурсы для ужесточения прессинга власти в отношении оппонентов и в Хакасии (40,13% за ЕР) при всем сложном социально-экономическом положении региона. И, наоборот, наверное, тяжелее, чем раньше, будет власти в Забайкальском крае (было 43,28% за ЕР): в этом традиционно депрессивном периферийном регионе не только назначен губернатор-«эсер», но и прежняя региональная элита недовольна назначением «варяга».

Жесткой борьбой различных элитных групп влияния, построенных по персоналистскому, географическому и отраслевому признаку, всегда отличались выборы в Якутии (49,16% за ЕР в декабре 2011-го). Похожая ситуация в Бурятии (49,02% за ЕР в декабре 2011-го), где мало того, что имеются сильные организации КПРФ и «Справедливой России», так еще и бывший до недавнего времени мэром Улан-Удэ Геннадий Айдаев присоединился к «Гражданской платформе».

Зона административного контроля и «калмыцкий прецедент»

Из 16 регионов заведомо нет опасений у власти лишь в трех. Это традиционные зоны электорального контроля Башкирия (70,5% за «Единую Россию»), Кемеровская область (64,24%) и, разумеется, Чечня (абсолютный рекорд — 99,48% за ЕР, по официальным данным).

Особняком стоит Калмыкия (66,1% за «Единую Россию» в декабре 2011-го), которая раньше, несмотря на прежние скандалы и конфликты, традиционно относилась к зоне для власти в целом безопасной. За полтора года ситуация в этом регионе от постепенного привыкания к новому губернатору сменилась жесточайшим элитным кризисом, когда в оппозицию бывшим соратником Илюмжинова Алексеем Орловым оказались вытеснены иные сторонники прежнего главы региона. За минувший год помимо многочисленных скандалов регион пережил хаос в борьбе за контроль над Элистой с двумя параллельными администрациями и попытками захвата мэрии, а теперь еще и конфликт за формирование избиркомов, все это усугубляется сложным социально-экономическим положением. Перед предстоящими выборами народного хурала сначала новый глава Калмыкии добился формирования удобного для себя республиканского избиркома, теперь идет борьба за нижестоящие комиссии: после того как горизбирком Элисты принял решение о формировании участковых избиркомов, на 49 участках председателями комиссий стали представители оппозиционных партий («Справедливой России», «Гражданской платформы», «Правого дела»), республиканский избирком признал работу горизбиркома неудовлетворительной и отменил решения комиссии, а ее председателя отправил в отставку. Также председатель республиканского избиркома Александр Дикалов заявил журналистам, что теперь республиканская комиссия сама сформирует состав УИКов, «подобрав достойных людей».

Даже если этими «достойными людьми» в Калмыкии будут в итоге заполнены участковые комиссии, сложно представить, как в таких условиях власти смогут без скандала выйти на «плановые» результаты. Теоретически федеральный центр может попытаться спасти электоральную ситуацию или внезапной кадровой рокировкой а-ля Дагестан, или, например, параллельным выдвижением Илюмжинова во главе списка «Единой России» в хурал с временным сохранением Орлова главой республики (нечто похожее было в 2011 году в Пермском крае, когда территориальную группу в списке партии власти в Госдуму возглавил бывший губернатор Юрий Трутнев, а Олег Чиркунов шел в ЗС). Впрочем, и «параллельный» сценарий чреват продолжением скандалов. Сомнительно, что в ближайшей перспективе рассыпавшийся на воюющие кусочки калмыцкий элитный политпейзаж центру удастся собрать назад.

Середняки

К «средней» зоне, где власть в целом сохраняет рычаги электорального контроля, несмотря на отдельные проблемы, можно отнести Ростовскую область (50,22% за «Единую Россию» в декабре 2011 года). После замены губернатора из зоны электоральной аномалии в условиях скептического отношения к нему ряда представителей местных элит область стала приближаться к регионам, где выборы больше похоже на выборы, а не на красивый ритуал. При существенных протестных настроениях нет сегодня сильной оппозиции в Ульяновской области (43,56% за «Единую Россию»). При определенном административном напряжении в средней зоне из вышеперечисленных могут оказаться Хакасия и Ивановская область.

Муниципальный фронт

Помимо названных выборов региональных парламентов в сентябре будет и ряд важных муниципальных выборов. Если в Воронеже, скорее всего, на выборах мэра значимой интриги не будет (есть заведомый фаворит), так же как во Владивостоке вероятнее всего победа действующего мэра Игоря Пушкарева, если против него не будет разыграна внутриэлитная интрига, то

одной из самых интересных обещает стать кампания в Екатеринбурге. Здесь не только предстоит избрать главу города, но и городскую думу по смешанной системе.

Есть целая когорта потенциальных кандидатов, и ключевая интрига зависит от того, поддержит ли областная администрация кандидата городской (вероятно, заместителя главы администрации Александра Высокинского) или же начнется межэлитный конфликт и конкуренция админресурсов, что может открыть дорогу победе «третьей силы». Пройдут также выборы мэров Петрозаводска, Вологды, Хабаровска (и пока не ясна судьба Магадана). В Великом Новгороде, Абакане, Майкопе одновременно будут избираться и мэр, и местный совет. В пяти региональных центрах — Белгороде, Рязани, Волгограде, Тюмени, Кызыле — будет избран новый совет, который изберет главу города из своего состава. Ужесточает интригу в Архангельске и Якутске одновременное избрание не только регионального парламента, но и городских депутатов. Учитывая интригу прошлогодних выборов мэра, интересными могут быть выборы горсовета Красноярска.

Предварительно, не менее ста муниципальных кампаний пройдут вместе с выборами губернатора Московской области.

Загадки ближайшего времени

Несомненно, пока в предстоящей кампании остается много неясного. В частности, непонятным остается, насколько серьезно на этот раз будет готова бороться за успех системная оппозиция или же она продолжит игру в поддавки последнего времени. Мало иметь шанс на успех, нужно быть готовым им воспользоваться. Учитывая солидный перечень регионов, политические последствия с точки зрения восприятия серьезности шансов партий на региональных и федеральных выборах следующих лет будут серьезными.

Неясным остается и то, как сама власть будет решать имеющиеся проблемы — «чужепартийных» (Иркутская, Смоленская области, Забайкальский край) и откровенно непопулярных и неудачных губернаторов (Калмыкия, Архангельская область).

Более детальный анализ перспектив развития предвыборной ситуации нужно будет делать тогда, когда станет ясно, кто же возглавит по регионам списки конкретных партий.

Александр Кынев, руководитель региональных программ Фонда развития информационной политики
Газета.ру ]]> https://vybor-naroda.org/arhiv/arhiv-2013/arh2013-izbirzakonodatelstvo/arh2013-zakonoproektyovyborah/-3031432-arh2013-nezabytoe-staroe.html Александр Кынев анализирует президентский закон о выборах депутатов Государственной думы. Кремль возвращает закон о выборах депутатов Госдумы в версии 2003 года, рассчитывая при самом неблагоприятном для себя развитии ситуации сохранить шансы на устойчивое думское большинство на следующих выборах. Но при всех недостатках президентского закона от него выигрывает не только власть, но и общество: то, что половина Думы будет выбираться по одномандатным округам, приведет к росту политической независимости депутатов. Обсуждение законопроектов о выборах Mon, 04 Mar 2013 14:58:42 +0400 Александр Кынев анализирует президентский закон о выборах депутатов Государственной думы: Кремль возвращает закон о выборах депутатов Госдумы в версии 2003 года, рассчитывая при самом неблагоприятном для себя развитии ситуации сохранить шансы на устойчивое думское большинство на следующих выборах. Но при всех недостатках президентского закона от него выигрывает не только власть, но и общество: то, что половина Думы будет выбираться по одномандатным округам, приведет к росту политической независимости депутатов. С внесением в Госдуму РФ версии законопроекта о выборах депутатов следующего созыва вместо отозванного странного медведевского проекта неожиданностей не произошло. Случилось именно то, что должно было произойти в инерционном сценарии: смешанная несвязанная система а-ля 2003 год, пятипроцентный барьер для пропорциональной половины парламента с возможностью выдвижения по мажоритарной части Госдумы независимых кандидатов. Почему власть сделала именно это и что может произойти дальше. Почему смешанная и несвязанная Как уже отмечалось, смешанных систем, когда разные части парламента избираются по разным избирательным системам, бывает много. Однако в российской традиции под ней понимают исключительно систему мажоритарно-пропорциональную, хотя даже в регионах страны уже были иные варианты (к примеру, с наличием единого многомандатного округа в некоторых автономных округах – такую систему называют блоковой, применялась и система единого непередаваемого голоса в многомандатных округах). Главное в смешанной мажоритарно-пропорциональной системе — то, влияет ли, когда избиратель голосует по двум бюллетеням (один бюллетень за партийные списки, второй за кандидатов по мажоритарному округу), результат голосования по выборам одной части парламента на результат на выборах другой части парламента. В России на прошлых выборах в 1993—2003 годов эти результаты голосования по двум бюллетеням никак друг на друга не влияли, то есть система была несвязанной. Главный минус «несвязанности» — если партия имеет пусть даже небольшое, но устойчивое лидерство на большей территории страны, то она может выиграть львиную долю мест по мажоритарной части, к которой добавляет еще немалую долю мест по пропорциональной половине парламента. В итоге она получает гиперпредставительство, которое фактически дает непропорциональное соотношение между мнением избирателей о партиях, и той долей мест, которые партии получают. Именно за счет мажоритарной части «Единая Россия» сохраняет контроль над многими региональными парламентами, нередко выигрывая все мажоритарные округа, где выдвигает наиболее ресурсных и заведомо избираемых кандидатов. Так, именно переход от полностью пропорциональной системы к смешанной спас ситуацию для «Единой России» на выборах Московской областной думы в декабре 2011 года (по партсписку она получила всего девять мест из 25 возможных, однако выиграла 20 из 25 мажоритарных округов, в итоге получив 29 мест из 50 в облдуме). Аналогичная избирательная реформа помогла сохранить власть на Украине на недавних выборах Верховной рады Партии регионов – ее спасла именно мажоритарная часть. В результате при смешанной несвязанной системе непропорциональное распределение мест по мажоритарной части сочетается со всеми известными недостатками российских выборов по партспискам (предвыборные паровозы, которых никто не собирается отменять, риски коррупции в виде продажи мест при составлении списков и т. д.). В этих результатах главный ответ на вопрос, зачем власти было нужно возвращение смешанной системы именно в несвязанном варианте: чтобы при самом неблагоприятном для себя развитии ситуации сохранить шансы на устойчивое большинство на следующих выборах. Именно поэтому многие эксперты настаивали и продолжают настаивать на смешанной связанной системе. В связанной системе избиратель голосует вроде бы так же: тоже два бюллетеня, однако по-другому распределяются мандаты. При данной системе партийный бюллетень определяет долю мест для партии в парламенте исходя из его общей численности (за минусом тех мест, которые в округах выиграли независимые кандидаты и представители партий, «не прошедших» барьер). Если доля мест партии должна быть выше, чем выиграно мест в округах, то «недостающие» мандаты получают кандидаты из партийного списка. Если какая-либо партия получила в избирательных округах больше мандатов, чем это ей положено по доле «партийных» голосов, то она сохраняет их за собой, однако ничего не получает по партсписку дополнительно, и мандаты по спискам делятся по новой уже без ее участия. Проще говоря, если бы по этой схеме «Единая Россия» выиграла бы все округа, она бы ничего по партсписку в виде бонуса не получила. Именно эта схема заложена в проекте, который продвигала Ассоциация «ГОЛОС» (в Госдуму РФ проект был внесен депутатами от «Справедливой России»), а сейчас этот проект поддерживает Комитет гражданских инициатив Алексея Кудрина. В таком варианте сочетаются достоинства выборов по округам и по партспискам – равномерность географического представительства территорий и влияние избирателей на персональный состав парламента дополняются соблюдением «идеологических» пропорций в виде общего отношения избирателей к партиям. Главный минус подобной связанной системы – вроде бы непривычность для избирателей (хотя на самом деле голосуют избиратели так же, как раньше, меняется только система распределения мандатов). Главный плюс — связанная система снижала бы манипулятивный характер возможных искажений пропорциональности общих итогов выборов, но именно поэтому она власти и не нужна. Конечно, связанная система тоже неидеальна: идеальных избирательных систем вообще не существует, и у каждой есть свои недостатки, и разные страны ищут для себя оптимальный вариант системы с учетом исторических, культурных, этнических и иных особенностей территории в данное время в данном месте. Известны случаи, когда, чтобы обойти «связанный» характер распределения мандатов, власть может сделать ставку по спискам на одну партию, а по округам, например, на формально независимых кандидатов или на партию-партнера. Все подобные случаи касаются стран «третьего мира» с неустойчивыми партийными системами и сильными традициями электорального манипулирования. Однако даже в этом случае ставка власти на две отдельных колонны и их внутренняя конкуренция для политической системы лучше, чем единая и непоколебимая колонна. Улучшается и качество персонального отбора депутатов, и возможности развития системы. Чтобы избежать данной манипуляции (когда одна партия идет по спискам, а другая — по округам), иногда предлагают такой вариант: избиратель голосует только за кандидатов в одномандатных округах, но его голос засчитывается и как голос, поданный за партию, в список которой входит данный кандидат. В итоге кто лучше выступил в округах, тот и получает партийные мандаты. Однако такой вариант почти не применяется, так как вынуждает каждую партию выдвигать кандидатов в каждом округе (иначе она вообще не получит на этой территории голосов), что делает фактически невозможным «разделение» округов в рамках коалиционных соглашений. При такой системе проигрывает тот, кто максимально раздроблен, а выигрывает тот, кто максимально консолидирован. Если же избиратель голосует за независимого кандидата, то он вообще не влияет на распределение мест между партиями. Несложно предположить, что именно кандидаты власти были бы в округах в дополнительном выигрыше. Теоретически к связанной системе в том или ином варианте власти еще могут вернуться (можно вспомнить, как «муниципальный фильтр» на выборах губернаторов, радикально изменивший суть закона, появился в виде поправок уже после внесения законопроекта в Госдуму), однако, скорее всего, они предпочтут идти проверенным для себя путем и будут до конца настаивать на несвязанной системе. Но на этом развилки внесенного законопроекта не заканчиваются. Блоки и ОНФ Если со смешанной системой все понятно, то почему власть не готова вернуть избирательные блоки? Полагаю, что главной причиной невозвращения блоков являются новые партии и проекты и страх власти перед появлением новых политических сил, которые могут всерьез изменить тщательно распланированное политическое пространство. Любой ценой власть стремится сохранить привычный для себя политический пейзаж и управление им: ей проще иметь взвесь броуновского движения большого количества новых партий (которую еще дополнительно усиливают специально созданные спойлеры), чем создавать для них возможности объединиться. От запрета блоков на самом деле власть страдает тоже, ведь тогда исчезает вариант, к примеру, выдвижения на выборы вместо «Единой России» некоего нового блока на ее основе (допустим, «Объединенного народного фронта», куда входят ЕР и ряд иных партий-сателлитов). В таком случае, если допустить, что «Единая Россия» в худшем для власти варианте развития ситуации в стране на выборы вообще не идет, то тогда ей нужно или менять название, или власти создавать новую партию. Судя по всему, пока технологи власти решили пойти путем, отдаленно напоминающим принцип «двух колонн», описанный выше для обхода ограничений при связанной системе. Хотя связанной системы в законе нет, но этот принцип может быть реализован в следующем виде: в наиболее сложных для себя регионах (например, в Москве, Ярославской, Свердловской и иных областях) по мажоритарной части вместо кандидатов «Единой России» идут независимые кандидаты (которые могу быть публично позиционированы как кандидаты ОНФ). В регионах жесткого электорального контроля кандидаты «Единой России» могут идти и открыто под вывеской партии без всяких опасений. Также могут открыто идти от «Единой России» и реально популярные, заведомо избираемые кандидаты там, где они есть. Именно поэтому, раз в законе нет блоков и нет связанной системы, власть вынуждена возвращать возможности самовыдвижения. Можно сказать, что она идет на это «не от хорошей жизни». При таком формате это единственный вариант выигрывать округа в ряде сложных регионов и избежать возможности юридического появления «альтернативной партии власти» (а ее придется тогда создавать, чтобы выдвигать кандидатов в сложных регионах). Появления «альтернативной партии власти» вертикаль стремится избежать любой ценой, так как сама идея альтернативности рушит принципы построения вертикали, стимулирует элитные конфликты и создает зазоры, в которые в парламент может проникнуть совсем для власти нежелательная оппозиция. Как показывает опыт российских выборов, в рамках такого гигантского пространства (Россия это не Лесото) работать на два проекта одновременно власть не умеет, вертикаль не умеет диверсифицировать усилия в таком масштабе и способна выполнять только наиболее простые команды. Все подобные попытки в прошлом всегда проваливались: проект № 2 либо заведомо не получается, либо выходит из-под контроля и становится на местах центром кристаллизации альтернативных элитных групп. Впрочем, не исключено, что блоки в законе все же появятся в процессе его обсуждения или принятия. И главным мотивом для власти может стать неуверенность в политических перспективах и создание для себя потенциальной запасной площадки на будущее в виде нового блока, если будет понятно, что сценарий избирательной кампании даст сбой. Что получает общество Есть ли плюсы для общества от избирательной реформы даже в таком виде «возвращения к 2003 году»? Несомненно, они есть. Во-первых, представительство регионов становится более сбалансированным. Депутат, избранный, к примеру, от московского избирателя, будет обращать больше внимания на позиции горожан независимо от того, какая партия его выдвинула. Во-вторых, меняется формат взаимоотношений между партиями и кандидатами, вырастет политическая независимость депутатов. Грубо говоря, теперь партии будут бегать за кандидатами, а не кандидаты упрашивать партии взять их на проходное место. Соответственно, меньше станет среди депутатов откровенно случайных и неизбираемых людей. В-третьих, больше становится возможностей для появления новых лиц, не связанных с нынешней партийной номенклатурой. Яркий политик может избраться по округу, даже если за ним нет партии, преодолевшей заградительный барьер. Кадровая деградация и исчезновение площадок для появления новых лиц – один из главных недостатков избирательной системы нулевых. В-четвертых, при параллельном ведении избирательных кампаний по спискам и по округам власти будет сложнее добиваться «плановых результатов», сложнее будет организовывать фальсификации. Наличие кандидатов по округам (к примеру, когда в округе нет кандидата от «Единой России», а она поддерживает независимого формально кандидата) создает больше возможностей для диверсификации админресурса, повышения внутренней конкурентности. Ведь, даже будучи ставленником власти, кандидат (а особенно статусный и ресурсный) все равно будет стремиться вести свою собственную избирательную кампанию. Побочные эффекты для власти Кроме описанных выше плюсов для общества и страны (которые при этом для власти скорее минусы, но она вынуждена идти на этот компромисс с реальностью по причине изменения ситуации в стране), есть и иные побочные эффекты, с которыми власть будет вынуждена мириться для сохранения нужных для себя формальных результатов выборов. Ключевой побочный эффект – резкое усиление влияния на состав депутатского корпуса региональных элит в целом и региональных администраций в особенности. Не секрет, что все последние годы партийные списки составлялись в первую очередь в Москве, а регионы вынужденно соглашались на спущенного «сверху» в список кандидата. Теперь возможностей проводить именно своих собственных кандидатов у местных элит будет больше. И чем выше конкуренция между элитами в регионах, тем выше шансы и на реально конкурентные в них результаты выборов. Не стоит забывать, что именно стремление ослабить региональные элиты, упростить проникновение в регионы крупному федеральному бизнесу было одним из ключевых факторов не только отмены прямых выборов губернаторов, но отмены в 2007 году мажоритарных округов на выборах в Госдуму. Однако стоявшая тогда задача экспансии федеральных корпораций в регионы уже решена. Ситуативно, тогда избирательная реформа была выгодна и высшей номенклатуре всех ведущих партий, у которых резко выросло влияние на формирование состава депутатского корпуса и все иные бонусы, которые давал статус посредника. Появление мажоритарной части является подарком не только региональным элитам, но и политтехнологам. Круг потенциальных заказчиков расширяется, что, возможно, немного компенсирует негативный фактор отмены двух единых избирательных дней в году, что, как уже отмечалось, несет риски деградации и разрушения рынка политического консультирования. Есть и еще один эффект. У кандидатов по списку и по округу часто разная мотивация с точки зрения электоральных стратегий. При выборах по округам нередко победитель получает лично голосов много больше, чем одновременно голосует за его собственную партию. Проще говоря – личные сторонники кандидата и сторонники партии не всегда одно и то же, и мобилизация сторонников одномандатником может находиться в противоречии с общей электоральной стратегией партии. Если для одних важна идеологическая мобилизация и формируется один «образ врага», то для других, наоборот, важнее умеренность, меньший антирейтинг и стремление консолидации разных групп избирателей. Что можно сделать Что можно сделать для того, чтобы даже вариант смешанной несвязанной системы давал более адекватные, более справедливые результаты? Необходимо вводить санкции против «предвыборных паровозов»: лишение мандатов — мера во многом чрезмерная и механически искажающая уже поданные голоса (что неправильно), однако введение, к примеру, против использующей «паровозов» партии финансовых санкций, снижение ее государственного финансирования за каждый отказ, было бы вполне разумным и оправданным. При формальном запрете избирательных блоков вновь встает проблема существующего в законе запрета на выдвижение членам одной политической партии выдвигаться по списку другой. С учетом изменившейся системы регистрации партии этот запрет на выдвижение по списку другой партии надо отменять. Он не только мешает взаимодействию и конвергенции партий естественным путем, он в новых условиях не выгоден и самой партии власти тоже, когда она де-факто постепенно превращается в политический блок. Необходимо менять порядок регистрации кандидатов в округах: исключить волюнтаризм и произвол при проверке подписей (в частности, исключая «техническую» выбраковку настоящих подписей по формальным основаниям, произвол «экспертных заключений» при объявлении настоящих подписей фальшивыми, даже когда подписант лично готов явиться в суд или комиссию), возвращать регистрацию по избирательному залогу, установленному в разумных пределах и не зависящему от предельного размера избирательного фонда (причем залог был бы более разумной процедурой вместо выродившегося механизма сбора подписей). Стоит также напомнить про отсутствие на федеральных выборах возможности работы общественных наблюдателей. Закон, конечно, могут даже ухудшить: ввести для партсписков «муниципальные фильтры», повысить заградительный барьер. Могут вернуть блоки, но запретить самовыдвиженцев. Учитывая, сколько раз за последний год менялась концепция избирательной реформы, не будет удивительным, если она до следующих выборов еще неоднократно поменяется. Александр Кынев анализирует президентский закон о выборах депутатов Государственной думы:

Кремль возвращает закон о выборах депутатов Госдумы в версии 2003 года, рассчитывая при самом неблагоприятном для себя развитии ситуации сохранить шансы на устойчивое думское большинство на следующих выборах. Но при всех недостатках президентского закона от него выигрывает не только власть, но и общество: то, что половина Думы будет выбираться по одномандатным округам, приведет к росту политической независимости депутатов.

С внесением в Госдуму РФ версии законопроекта о выборах депутатов следующего созыва вместо отозванного странного медведевского проекта неожиданностей не произошло. Случилось именно то, что должно было произойти в инерционном сценарии: смешанная несвязанная система а-ля 2003 год, пятипроцентный барьер для пропорциональной половины парламента с возможностью выдвижения по мажоритарной части Госдумы независимых кандидатов. Почему власть сделала именно это и что может произойти дальше.

Почему смешанная и несвязанная

Как уже отмечалось, смешанных систем, когда разные части парламента избираются по разным избирательным системам, бывает много. Однако в российской традиции под ней понимают исключительно систему мажоритарно-пропорциональную, хотя даже в регионах страны уже были иные варианты (к примеру, с наличием единого многомандатного округа в некоторых автономных округах – такую систему называют блоковой, применялась и система единого непередаваемого голоса в многомандатных округах).

Главное в смешанной мажоритарно-пропорциональной системе — то, влияет ли, когда избиратель голосует по двум бюллетеням (один бюллетень за партийные списки, второй за кандидатов по мажоритарному округу), результат голосования по выборам одной части парламента на результат на выборах другой части парламента. В России на прошлых выборах в 1993—2003 годов эти результаты голосования по двум бюллетеням никак друг на друга не влияли, то есть система была несвязанной.

Главный минус «несвязанности» — если партия имеет пусть даже небольшое, но устойчивое лидерство на большей территории страны, то она может выиграть львиную долю мест по мажоритарной части, к которой добавляет еще немалую долю мест по пропорциональной половине парламента.

В итоге она получает гиперпредставительство, которое фактически дает непропорциональное соотношение между мнением избирателей о партиях, и той долей мест, которые партии получают. Именно за счет мажоритарной части «Единая Россия» сохраняет контроль над многими региональными парламентами, нередко выигрывая все мажоритарные округа, где выдвигает наиболее ресурсных и заведомо избираемых кандидатов. Так, именно переход от полностью пропорциональной системы к смешанной спас ситуацию для «Единой России» на выборах Московской областной думы в декабре 2011 года (по партсписку она получила всего девять мест из 25 возможных, однако выиграла 20 из 25 мажоритарных округов, в итоге получив 29 мест из 50 в облдуме). Аналогичная избирательная реформа помогла сохранить власть на Украине на недавних выборах Верховной рады Партии регионов – ее спасла именно мажоритарная часть. В результате при смешанной несвязанной системе непропорциональное распределение мест по мажоритарной части сочетается со всеми известными недостатками российских выборов по партспискам (предвыборные паровозы, которых никто не собирается отменять, риски коррупции в виде продажи мест при составлении списков и т. д.).

В этих результатах главный ответ на вопрос, зачем власти было нужно возвращение смешанной системы именно в несвязанном варианте: чтобы при самом неблагоприятном для себя развитии ситуации сохранить шансы на устойчивое большинство на следующих выборах.

Именно поэтому многие эксперты настаивали и продолжают настаивать на смешанной связанной системе. В связанной системе избиратель голосует вроде бы так же: тоже два бюллетеня, однако по-другому распределяются мандаты. При данной системе партийный бюллетень определяет долю мест для партии в парламенте исходя из его общей численности (за минусом тех мест, которые в округах выиграли независимые кандидаты и представители партий, «не прошедших» барьер). Если доля мест партии должна быть выше, чем выиграно мест в округах, то «недостающие» мандаты получают кандидаты из партийного списка. Если какая-либо партия получила в избирательных округах больше мандатов, чем это ей положено по доле «партийных» голосов, то она сохраняет их за собой, однако ничего не получает по партсписку дополнительно, и мандаты по спискам делятся по новой уже без ее участия. Проще говоря, если бы по этой схеме «Единая Россия» выиграла бы все округа, она бы ничего по партсписку в виде бонуса не получила. Именно эта схема заложена в проекте, который продвигала Ассоциация «ГОЛОС» (в Госдуму РФ проект был внесен депутатами от «Справедливой России»), а сейчас этот проект поддерживает Комитет гражданских инициатив Алексея Кудрина. В таком варианте сочетаются достоинства выборов по округам и по партспискам – равномерность географического представительства территорий и влияние избирателей на персональный состав парламента дополняются соблюдением «идеологических» пропорций в виде общего отношения избирателей к партиям.

Главный минус подобной связанной системы – вроде бы непривычность для избирателей (хотя на самом деле голосуют избиратели так же, как раньше, меняется только система распределения мандатов).

Главный плюс — связанная система снижала бы манипулятивный характер возможных искажений пропорциональности общих итогов выборов, но именно поэтому она власти и не нужна.

Конечно, связанная система тоже неидеальна: идеальных избирательных систем вообще не существует, и у каждой есть свои недостатки, и разные страны ищут для себя оптимальный вариант системы с учетом исторических, культурных, этнических и иных особенностей территории в данное время в данном месте. Известны случаи, когда, чтобы обойти «связанный» характер распределения мандатов, власть может сделать ставку по спискам на одну партию, а по округам, например, на формально независимых кандидатов или на партию-партнера. Все подобные случаи касаются стран «третьего мира» с неустойчивыми партийными системами и сильными традициями электорального манипулирования. Однако даже в этом случае ставка власти на две отдельных колонны и их внутренняя конкуренция для политической системы лучше, чем единая и непоколебимая колонна. Улучшается и качество персонального отбора депутатов, и возможности развития системы.

Чтобы избежать данной манипуляции (когда одна партия идет по спискам, а другая — по округам), иногда предлагают такой вариант: избиратель голосует только за кандидатов в одномандатных округах, но его голос засчитывается и как голос, поданный за партию, в список которой входит данный кандидат. В итоге кто лучше выступил в округах, тот и получает партийные мандаты. Однако такой вариант почти не применяется, так как вынуждает каждую партию выдвигать кандидатов в каждом округе (иначе она вообще не получит на этой территории голосов), что делает фактически невозможным «разделение» округов в рамках коалиционных соглашений. При такой системе проигрывает тот, кто максимально раздроблен, а выигрывает тот, кто максимально консолидирован. Если же избиратель голосует за независимого кандидата, то он вообще не влияет на распределение мест между партиями. Несложно предположить, что именно кандидаты власти были бы в округах в дополнительном выигрыше.

Теоретически к связанной системе в том или ином варианте власти еще могут вернуться (можно вспомнить, как «муниципальный фильтр» на выборах губернаторов, радикально изменивший суть закона, появился в виде поправок уже после внесения законопроекта в Госдуму), однако, скорее всего, они предпочтут идти проверенным для себя путем и будут до конца настаивать на несвязанной системе.

Но на этом развилки внесенного законопроекта не заканчиваются.

Блоки и ОНФ

Если со смешанной системой все понятно, то почему власть не готова вернуть избирательные блоки? Полагаю, что главной причиной невозвращения блоков являются новые партии и проекты и страх власти перед появлением новых политических сил, которые могут всерьез изменить тщательно распланированное политическое пространство. Любой ценой власть стремится сохранить привычный для себя политический пейзаж и управление им: ей проще иметь взвесь броуновского движения большого количества новых партий (которую еще дополнительно усиливают специально созданные спойлеры), чем создавать для них возможности объединиться.

От запрета блоков на самом деле власть страдает тоже, ведь тогда исчезает вариант, к примеру, выдвижения на выборы вместо «Единой России» некоего нового блока на ее основе (допустим, «Объединенного народного фронта», куда входят ЕР и ряд иных партий-сателлитов).

В таком случае, если допустить, что «Единая Россия» в худшем для власти варианте развития ситуации в стране на выборы вообще не идет, то тогда ей нужно или менять название, или власти создавать новую партию. Судя по всему, пока технологи власти решили пойти путем, отдаленно напоминающим принцип «двух колонн», описанный выше для обхода ограничений при связанной системе. Хотя связанной системы в законе нет, но этот принцип может быть реализован в следующем виде: в наиболее сложных для себя регионах (например, в Москве, Ярославской, Свердловской и иных областях) по мажоритарной части вместо кандидатов «Единой России» идут независимые кандидаты (которые могу быть публично позиционированы как кандидаты ОНФ). В регионах жесткого электорального контроля кандидаты «Единой России» могут идти и открыто под вывеской партии без всяких опасений. Также могут открыто идти от «Единой России» и реально популярные, заведомо избираемые кандидаты там, где они есть.

Именно поэтому, раз в законе нет блоков и нет связанной системы, власть вынуждена возвращать возможности самовыдвижения.

Можно сказать, что она идет на это «не от хорошей жизни». При таком формате это единственный вариант выигрывать округа в ряде сложных регионов и избежать возможности юридического появления «альтернативной партии власти» (а ее придется тогда создавать, чтобы выдвигать кандидатов в сложных регионах). Появления «альтернативной партии власти» вертикаль стремится избежать любой ценой, так как сама идея альтернативности рушит принципы построения вертикали, стимулирует элитные конфликты и создает зазоры, в которые в парламент может проникнуть совсем для власти нежелательная оппозиция. Как показывает опыт российских выборов, в рамках такого гигантского пространства (Россия это не Лесото) работать на два проекта одновременно власть не умеет, вертикаль не умеет диверсифицировать усилия в таком масштабе и способна выполнять только наиболее простые команды. Все подобные попытки в прошлом всегда проваливались: проект № 2 либо заведомо не получается, либо выходит из-под контроля и становится на местах центром кристаллизации альтернативных элитных групп.

Впрочем, не исключено, что блоки в законе все же появятся в процессе его обсуждения или принятия. И главным мотивом для власти может стать неуверенность в политических перспективах и создание для себя потенциальной запасной площадки на будущее в виде нового блока, если будет понятно, что сценарий избирательной кампании даст сбой.

Что получает общество

Есть ли плюсы для общества от избирательной реформы даже в таком виде «возвращения к 2003 году»? Несомненно, они есть.

Во-первых, представительство регионов становится более сбалансированным. Депутат, избранный, к примеру, от московского избирателя, будет обращать больше внимания на позиции горожан независимо от того, какая партия его выдвинула. Во-вторых,

меняется формат взаимоотношений между партиями и кандидатами, вырастет политическая независимость депутатов.

Грубо говоря, теперь партии будут бегать за кандидатами, а не кандидаты упрашивать партии взять их на проходное место. Соответственно, меньше станет среди депутатов откровенно случайных и неизбираемых людей.

В-третьих, больше становится возможностей для появления новых лиц, не связанных с нынешней партийной номенклатурой. Яркий политик может избраться по округу, даже если за ним нет партии, преодолевшей заградительный барьер. Кадровая деградация и исчезновение площадок для появления новых лиц – один из главных недостатков избирательной системы нулевых. В-четвертых,

при параллельном ведении избирательных кампаний по спискам и по округам власти будет сложнее добиваться «плановых результатов», сложнее будет организовывать фальсификации.

Наличие кандидатов по округам (к примеру, когда в округе нет кандидата от «Единой России», а она поддерживает независимого формально кандидата) создает больше возможностей для диверсификации админресурса, повышения внутренней конкурентности. Ведь, даже будучи ставленником власти, кандидат (а особенно статусный и ресурсный) все равно будет стремиться вести свою собственную избирательную кампанию.

Побочные эффекты для власти

Кроме описанных выше плюсов для общества и страны (которые при этом для власти скорее минусы, но она вынуждена идти на этот компромисс с реальностью по причине изменения ситуации в стране), есть и иные побочные эффекты, с которыми власть будет вынуждена мириться для сохранения нужных для себя формальных результатов выборов.

Ключевой побочный эффект – резкое усиление влияния на состав депутатского корпуса региональных элит в целом и региональных администраций в особенности.

Не секрет, что все последние годы партийные списки составлялись в первую очередь в Москве, а регионы вынужденно соглашались на спущенного «сверху» в список кандидата. Теперь возможностей проводить именно своих собственных кандидатов у местных элит будет больше. И чем выше конкуренция между элитами в регионах, тем выше шансы и на реально конкурентные в них результаты выборов.

Не стоит забывать, что именно стремление ослабить региональные элиты, упростить проникновение в регионы крупному федеральному бизнесу было одним из ключевых факторов не только отмены прямых выборов губернаторов, но отмены в 2007 году мажоритарных округов на выборах в Госдуму. Однако стоявшая тогда задача экспансии федеральных корпораций в регионы уже решена. Ситуативно, тогда избирательная реформа была выгодна и высшей номенклатуре всех ведущих партий, у которых резко выросло влияние на формирование состава депутатского корпуса и все иные бонусы, которые давал статус посредника.

Появление мажоритарной части является подарком не только региональным элитам, но и политтехнологам. Круг потенциальных заказчиков расширяется, что, возможно, немного компенсирует негативный фактор отмены двух единых избирательных дней в году, что, как уже отмечалось, несет риски деградации и разрушения рынка политического консультирования.

Есть и еще один эффект. У кандидатов по списку и по округу часто разная мотивация с точки зрения электоральных стратегий. При выборах по округам нередко победитель получает лично голосов много больше, чем одновременно голосует за его собственную партию. Проще говоря – личные сторонники кандидата и сторонники партии не всегда одно и то же, и мобилизация сторонников одномандатником может находиться в противоречии с общей электоральной стратегией партии. Если для одних важна идеологическая мобилизация и формируется один «образ врага», то для других, наоборот, важнее умеренность, меньший антирейтинг и стремление консолидации разных групп избирателей.

Что можно сделать

Что можно сделать для того, чтобы даже вариант смешанной несвязанной системы давал более адекватные, более справедливые результаты?

Необходимо вводить санкции против «предвыборных паровозов»: лишение мандатов — мера во многом чрезмерная и механически искажающая уже поданные голоса (что неправильно), однако введение, к примеру, против использующей «паровозов» партии финансовых санкций, снижение ее государственного финансирования за каждый отказ, было бы вполне разумным и оправданным.

При формальном запрете избирательных блоков вновь встает проблема существующего в законе запрета на выдвижение членам одной политической партии выдвигаться по списку другой.

С учетом изменившейся системы регистрации партии этот запрет на выдвижение по списку другой партии надо отменять.

Он не только мешает взаимодействию и конвергенции партий естественным путем, он в новых условиях не выгоден и самой партии власти тоже, когда она де-факто постепенно превращается в политический блок.

Необходимо менять порядок регистрации кандидатов в округах: исключить волюнтаризм и произвол при проверке подписей (в частности, исключая «техническую» выбраковку настоящих подписей по формальным основаниям, произвол «экспертных заключений» при объявлении настоящих подписей фальшивыми, даже когда подписант лично готов явиться в суд или комиссию), возвращать регистрацию по избирательному залогу, установленному в разумных пределах и не зависящему от предельного размера избирательного фонда (причем залог был бы более разумной процедурой вместо выродившегося механизма сбора подписей).

Стоит также напомнить про отсутствие на федеральных выборах возможности работы общественных наблюдателей.

Закон, конечно, могут даже ухудшить: ввести для партсписков «муниципальные фильтры», повысить заградительный барьер. Могут вернуть блоки, но запретить самовыдвиженцев.

Учитывая, сколько раз за последний год менялась концепция избирательной реформы, не будет удивительным, если она до следующих выборов еще неоднократно поменяется. ]]> Александр Кынев анализирует президентский закон о выборах депутатов Государственной думы:

Кремль возвращает закон о выборах депутатов Госдумы в версии 2003 года, рассчитывая при самом неблагоприятном для себя развитии ситуации сохранить шансы на устойчивое думское большинство на следующих выборах. Но при всех недостатках президентского закона от него выигрывает не только власть, но и общество: то, что половина Думы будет выбираться по одномандатным округам, приведет к росту политической независимости депутатов.

С внесением в Госдуму РФ версии законопроекта о выборах депутатов следующего созыва вместо отозванного странного медведевского проекта неожиданностей не произошло. Случилось именно то, что должно было произойти в инерционном сценарии: смешанная несвязанная система а-ля 2003 год, пятипроцентный барьер для пропорциональной половины парламента с возможностью выдвижения по мажоритарной части Госдумы независимых кандидатов. Почему власть сделала именно это и что может произойти дальше.

Почему смешанная и несвязанная

Как уже отмечалось, смешанных систем, когда разные части парламента избираются по разным избирательным системам, бывает много. Однако в российской традиции под ней понимают исключительно систему мажоритарно-пропорциональную, хотя даже в регионах страны уже были иные варианты (к примеру, с наличием единого многомандатного округа в некоторых автономных округах – такую систему называют блоковой, применялась и система единого непередаваемого голоса в многомандатных округах).

Главное в смешанной мажоритарно-пропорциональной системе — то, влияет ли, когда избиратель голосует по двум бюллетеням (один бюллетень за партийные списки, второй за кандидатов по мажоритарному округу), результат голосования по выборам одной части парламента на результат на выборах другой части парламента. В России на прошлых выборах в 1993—2003 годов эти результаты голосования по двум бюллетеням никак друг на друга не влияли, то есть система была несвязанной.

Главный минус «несвязанности» — если партия имеет пусть даже небольшое, но устойчивое лидерство на большей территории страны, то она может выиграть львиную долю мест по мажоритарной части, к которой добавляет еще немалую долю мест по пропорциональной половине парламента.

В итоге она получает гиперпредставительство, которое фактически дает непропорциональное соотношение между мнением избирателей о партиях, и той долей мест, которые партии получают. Именно за счет мажоритарной части «Единая Россия» сохраняет контроль над многими региональными парламентами, нередко выигрывая все мажоритарные округа, где выдвигает наиболее ресурсных и заведомо избираемых кандидатов. Так, именно переход от полностью пропорциональной системы к смешанной спас ситуацию для «Единой России» на выборах Московской областной думы в декабре 2011 года (по партсписку она получила всего девять мест из 25 возможных, однако выиграла 20 из 25 мажоритарных округов, в итоге получив 29 мест из 50 в облдуме). Аналогичная избирательная реформа помогла сохранить власть на Украине на недавних выборах Верховной рады Партии регионов – ее спасла именно мажоритарная часть. В результате при смешанной несвязанной системе непропорциональное распределение мест по мажоритарной части сочетается со всеми известными недостатками российских выборов по партспискам (предвыборные паровозы, которых никто не собирается отменять, риски коррупции в виде продажи мест при составлении списков и т. д.).

В этих результатах главный ответ на вопрос, зачем власти было нужно возвращение смешанной системы именно в несвязанном варианте: чтобы при самом неблагоприятном для себя развитии ситуации сохранить шансы на устойчивое большинство на следующих выборах.

Именно поэтому многие эксперты настаивали и продолжают настаивать на смешанной связанной системе. В связанной системе избиратель голосует вроде бы так же: тоже два бюллетеня, однако по-другому распределяются мандаты. При данной системе партийный бюллетень определяет долю мест для партии в парламенте исходя из его общей численности (за минусом тех мест, которые в округах выиграли независимые кандидаты и представители партий, «не прошедших» барьер). Если доля мест партии должна быть выше, чем выиграно мест в округах, то «недостающие» мандаты получают кандидаты из партийного списка. Если какая-либо партия получила в избирательных округах больше мандатов, чем это ей положено по доле «партийных» голосов, то она сохраняет их за собой, однако ничего не получает по партсписку дополнительно, и мандаты по спискам делятся по новой уже без ее участия. Проще говоря, если бы по этой схеме «Единая Россия» выиграла бы все округа, она бы ничего по партсписку в виде бонуса не получила. Именно эта схема заложена в проекте, который продвигала Ассоциация «ГОЛОС» (в Госдуму РФ проект был внесен депутатами от «Справедливой России»), а сейчас этот проект поддерживает Комитет гражданских инициатив Алексея Кудрина. В таком варианте сочетаются достоинства выборов по округам и по партспискам – равномерность географического представительства территорий и влияние избирателей на персональный состав парламента дополняются соблюдением «идеологических» пропорций в виде общего отношения избирателей к партиям.

Главный минус подобной связанной системы – вроде бы непривычность для избирателей (хотя на самом деле голосуют избиратели так же, как раньше, меняется только система распределения мандатов).

Главный плюс — связанная система снижала бы манипулятивный характер возможных искажений пропорциональности общих итогов выборов, но именно поэтому она власти и не нужна.

Конечно, связанная система тоже неидеальна: идеальных избирательных систем вообще не существует, и у каждой есть свои недостатки, и разные страны ищут для себя оптимальный вариант системы с учетом исторических, культурных, этнических и иных особенностей территории в данное время в данном месте. Известны случаи, когда, чтобы обойти «связанный» характер распределения мандатов, власть может сделать ставку по спискам на одну партию, а по округам, например, на формально независимых кандидатов или на партию-партнера. Все подобные случаи касаются стран «третьего мира» с неустойчивыми партийными системами и сильными традициями электорального манипулирования. Однако даже в этом случае ставка власти на две отдельных колонны и их внутренняя конкуренция для политической системы лучше, чем единая и непоколебимая колонна. Улучшается и качество персонального отбора депутатов, и возможности развития системы.

Чтобы избежать данной манипуляции (когда одна партия идет по спискам, а другая — по округам), иногда предлагают такой вариант: избиратель голосует только за кандидатов в одномандатных округах, но его голос засчитывается и как голос, поданный за партию, в список которой входит данный кандидат. В итоге кто лучше выступил в округах, тот и получает партийные мандаты. Однако такой вариант почти не применяется, так как вынуждает каждую партию выдвигать кандидатов в каждом округе (иначе она вообще не получит на этой территории голосов), что делает фактически невозможным «разделение» округов в рамках коалиционных соглашений. При такой системе проигрывает тот, кто максимально раздроблен, а выигрывает тот, кто максимально консолидирован. Если же избиратель голосует за независимого кандидата, то он вообще не влияет на распределение мест между партиями. Несложно предположить, что именно кандидаты власти были бы в округах в дополнительном выигрыше.

Теоретически к связанной системе в том или ином варианте власти еще могут вернуться (можно вспомнить, как «муниципальный фильтр» на выборах губернаторов, радикально изменивший суть закона, появился в виде поправок уже после внесения законопроекта в Госдуму), однако, скорее всего, они предпочтут идти проверенным для себя путем и будут до конца настаивать на несвязанной системе.

Но на этом развилки внесенного законопроекта не заканчиваются.

Блоки и ОНФ

Если со смешанной системой все понятно, то почему власть не готова вернуть избирательные блоки? Полагаю, что главной причиной невозвращения блоков являются новые партии и проекты и страх власти перед появлением новых политических сил, которые могут всерьез изменить тщательно распланированное политическое пространство. Любой ценой власть стремится сохранить привычный для себя политический пейзаж и управление им: ей проще иметь взвесь броуновского движения большого количества новых партий (которую еще дополнительно усиливают специально созданные спойлеры), чем создавать для них возможности объединиться.

От запрета блоков на самом деле власть страдает тоже, ведь тогда исчезает вариант, к примеру, выдвижения на выборы вместо «Единой России» некоего нового блока на ее основе (допустим, «Объединенного народного фронта», куда входят ЕР и ряд иных партий-сателлитов).

В таком случае, если допустить, что «Единая Россия» в худшем для власти варианте развития ситуации в стране на выборы вообще не идет, то тогда ей нужно или менять название, или власти создавать новую партию. Судя по всему, пока технологи власти решили пойти путем, отдаленно напоминающим принцип «двух колонн», описанный выше для обхода ограничений при связанной системе. Хотя связанной системы в законе нет, но этот принцип может быть реализован в следующем виде: в наиболее сложных для себя регионах (например, в Москве, Ярославской, Свердловской и иных областях) по мажоритарной части вместо кандидатов «Единой России» идут независимые кандидаты (которые могу быть публично позиционированы как кандидаты ОНФ). В регионах жесткого электорального контроля кандидаты «Единой России» могут идти и открыто под вывеской партии без всяких опасений. Также могут открыто идти от «Единой России» и реально популярные, заведомо избираемые кандидаты там, где они есть.

Именно поэтому, раз в законе нет блоков и нет связанной системы, власть вынуждена возвращать возможности самовыдвижения.

Можно сказать, что она идет на это «не от хорошей жизни». При таком формате это единственный вариант выигрывать округа в ряде сложных регионов и избежать возможности юридического появления «альтернативной партии власти» (а ее придется тогда создавать, чтобы выдвигать кандидатов в сложных регионах). Появления «альтернативной партии власти» вертикаль стремится избежать любой ценой, так как сама идея альтернативности рушит принципы построения вертикали, стимулирует элитные конфликты и создает зазоры, в которые в парламент может проникнуть совсем для власти нежелательная оппозиция. Как показывает опыт российских выборов, в рамках такого гигантского пространства (Россия это не Лесото) работать на два проекта одновременно власть не умеет, вертикаль не умеет диверсифицировать усилия в таком масштабе и способна выполнять только наиболее простые команды. Все подобные попытки в прошлом всегда проваливались: проект № 2 либо заведомо не получается, либо выходит из-под контроля и становится на местах центром кристаллизации альтернативных элитных групп.

Впрочем, не исключено, что блоки в законе все же появятся в процессе его обсуждения или принятия. И главным мотивом для власти может стать неуверенность в политических перспективах и создание для себя потенциальной запасной площадки на будущее в виде нового блока, если будет понятно, что сценарий избирательной кампании даст сбой.

Что получает общество

Есть ли плюсы для общества от избирательной реформы даже в таком виде «возвращения к 2003 году»? Несомненно, они есть.

Во-первых, представительство регионов становится более сбалансированным. Депутат, избранный, к примеру, от московского избирателя, будет обращать больше внимания на позиции горожан независимо от того, какая партия его выдвинула. Во-вторых,

меняется формат взаимоотношений между партиями и кандидатами, вырастет политическая независимость депутатов.

Грубо говоря, теперь партии будут бегать за кандидатами, а не кандидаты упрашивать партии взять их на проходное место. Соответственно, меньше станет среди депутатов откровенно случайных и неизбираемых людей.

В-третьих, больше становится возможностей для появления новых лиц, не связанных с нынешней партийной номенклатурой. Яркий политик может избраться по округу, даже если за ним нет партии, преодолевшей заградительный барьер. Кадровая деградация и исчезновение площадок для появления новых лиц – один из главных недостатков избирательной системы нулевых. В-четвертых,

при параллельном ведении избирательных кампаний по спискам и по округам власти будет сложнее добиваться «плановых результатов», сложнее будет организовывать фальсификации.

Наличие кандидатов по округам (к примеру, когда в округе нет кандидата от «Единой России», а она поддерживает независимого формально кандидата) создает больше возможностей для диверсификации админресурса, повышения внутренней конкурентности. Ведь, даже будучи ставленником власти, кандидат (а особенно статусный и ресурсный) все равно будет стремиться вести свою собственную избирательную кампанию.

Побочные эффекты для власти

Кроме описанных выше плюсов для общества и страны (которые при этом для власти скорее минусы, но она вынуждена идти на этот компромисс с реальностью по причине изменения ситуации в стране), есть и иные побочные эффекты, с которыми власть будет вынуждена мириться для сохранения нужных для себя формальных результатов выборов.

Ключевой побочный эффект – резкое усиление влияния на состав депутатского корпуса региональных элит в целом и региональных администраций в особенности.

Не секрет, что все последние годы партийные списки составлялись в первую очередь в Москве, а регионы вынужденно соглашались на спущенного «сверху» в список кандидата. Теперь возможностей проводить именно своих собственных кандидатов у местных элит будет больше. И чем выше конкуренция между элитами в регионах, тем выше шансы и на реально конкурентные в них результаты выборов.

Не стоит забывать, что именно стремление ослабить региональные элиты, упростить проникновение в регионы крупному федеральному бизнесу было одним из ключевых факторов не только отмены прямых выборов губернаторов, но отмены в 2007 году мажоритарных округов на выборах в Госдуму. Однако стоявшая тогда задача экспансии федеральных корпораций в регионы уже решена. Ситуативно, тогда избирательная реформа была выгодна и высшей номенклатуре всех ведущих партий, у которых резко выросло влияние на формирование состава депутатского корпуса и все иные бонусы, которые давал статус посредника.

Появление мажоритарной части является подарком не только региональным элитам, но и политтехнологам. Круг потенциальных заказчиков расширяется, что, возможно, немного компенсирует негативный фактор отмены двух единых избирательных дней в году, что, как уже отмечалось, несет риски деградации и разрушения рынка политического консультирования.

Есть и еще один эффект. У кандидатов по списку и по округу часто разная мотивация с точки зрения электоральных стратегий. При выборах по округам нередко победитель получает лично голосов много больше, чем одновременно голосует за его собственную партию. Проще говоря – личные сторонники кандидата и сторонники партии не всегда одно и то же, и мобилизация сторонников одномандатником может находиться в противоречии с общей электоральной стратегией партии. Если для одних важна идеологическая мобилизация и формируется один «образ врага», то для других, наоборот, важнее умеренность, меньший антирейтинг и стремление консолидации разных групп избирателей.

Что можно сделать

Что можно сделать для того, чтобы даже вариант смешанной несвязанной системы давал более адекватные, более справедливые результаты?

Необходимо вводить санкции против «предвыборных паровозов»: лишение мандатов — мера во многом чрезмерная и механически искажающая уже поданные голоса (что неправильно), однако введение, к примеру, против использующей «паровозов» партии финансовых санкций, снижение ее государственного финансирования за каждый отказ, было бы вполне разумным и оправданным.

При формальном запрете избирательных блоков вновь встает проблема существующего в законе запрета на выдвижение членам одной политической партии выдвигаться по списку другой.

С учетом изменившейся системы регистрации партии этот запрет на выдвижение по списку другой партии надо отменять.

Он не только мешает взаимодействию и конвергенции партий естественным путем, он в новых условиях не выгоден и самой партии власти тоже, когда она де-факто постепенно превращается в политический блок.

Необходимо менять порядок регистрации кандидатов в округах: исключить волюнтаризм и произвол при проверке подписей (в частности, исключая «техническую» выбраковку настоящих подписей по формальным основаниям, произвол «экспертных заключений» при объявлении настоящих подписей фальшивыми, даже когда подписант лично готов явиться в суд или комиссию), возвращать регистрацию по избирательному залогу, установленному в разумных пределах и не зависящему от предельного размера избирательного фонда (причем залог был бы более разумной процедурой вместо выродившегося механизма сбора подписей).

Стоит также напомнить про отсутствие на федеральных выборах возможности работы общественных наблюдателей.

Закон, конечно, могут даже ухудшить: ввести для партсписков «муниципальные фильтры», повысить заградительный барьер. Могут вернуть блоки, но запретить самовыдвиженцев.

Учитывая, сколько раз за последний год менялась концепция избирательной реформы, не будет удивительным, если она до следующих выборов еще неоднократно поменяется. ]]> https://vybor-naroda.org/arhiv/arhiv-2013/arh2013-vyboryvrf/arh2013-vybory2013/-3030325-arh2013-kak-izbirat-dumu-chtoby-ne-byla-duroy-grigoriy-golosov.html В декабре 2011 года тогдашний президент Медведев, обращаясь со своим заключительным посланием к парламенту, пообещал реформировать избирательную систему, применяемую на думских выборах. В прошлогоднем послании – уже от президента Путина – обещанная реформа наконец обрела контуры. Выяснилось, что новая система будет не такой уж новой... Выборы 2013 Fri, 15 Feb 2013 18:15:25 +0400 В декабре 2011 года тогдашний президент Медведев, обращаясь со своим заключительным посланием к парламенту, пообещал реформировать избирательную систему, применяемую на думских выборах. В прошлогоднем послании – уже от президента Путина – обещанная реформа наконец обрела контуры. Выяснилось, что новая система будет не такой уж новой. Скорее всего, нам предстоит голосовать почти по тем же самым правилам, что и до перехода на выборы исключительно по партийным спискам. Будет восстановлена смешанная система, применявшаяся с 1993 по 2003 год. Напомню, что половина депутатов – 225 – избирались в одномандатных округах по мажоритарной системе, а другая половина – по партийным спискам. У обеих частей этой избирательной системы есть серьезные недостатки. Главный недостаток мажоритарной системы в том, что голоса, поданные за проигравших кандидатов, уходят в никуда. По существу, учитываются лишь голоса победителей. Предположим, нам нужно избрать депутатов в 10 округах. В каждом округе по 100 избирателей. В выборах участвуют три партии – А, Б и В. В округах с первого по третий эти партии получают по 60, 10 и 30 голосов, в округах с четвертого по шестой – по 60, 20 и 20 голосов, а в округах с седьмого по десятый – по 10, 50 и 40 голосов. Стало быть, партия А выигрывает 6 мест, партия Б – 4, а партия В вообще ничего не выигрывает. Мажоритарная система Голоса Места Партия А 400 6 Партия Б 290 4 Партия В 310 0 Справедливо это или нет? Если мы посчитаем голоса, полученные кандидатами от каждой из партий, окажется, что у партии А их 400, у партии Б – 290, а у партии В – 310. Выйдя на второе место по уровню поддержки избирателей, представительства эта партия не получила. И это, конечно, неправильно. Но так работает мажоритарная система относительного большинства. При этой системе одна партия может обогнать другую по количеству голосов, но уступить ей по количеству депутатских мандатов. В XX веке такое трижды случалось в Великобритании. Это – очевидное искажение воли избирателей. Выборы по партийным спискам лишены такого недостатка. Каждая партия получает примерно ту же долю депутатских мандатов, что и процент полученных ею голосов. Если бы выборы в предыдущем примере проводились по партийным спискам, то для определения числа мандатов у каждой партии вычислялась бы квота путем деления общего числа голосов (1000) на число мандатов (10), а потом количество голосов каждой партии делилось бы на квоту (100). Получаем 4,0 у партии А, 2,9 у партии Б и 3,1 у партии В. Значит, у партии А будет 4 мандата, у партии Б – 2, а у партии В – 3. Один мандат остается. Его передаем партии Б, у которой частное – с наибольшим остатком. Итоговое распределение – 4:3:3. Соответствие между долями голосов и мест – почти полное. Выборы по партийным спискам Голоса Места Партия А 400 4 Партия Б 290 3 Партия В 310 3 Суровая истина, увы, состоит в том, что в России выборы по партийным спискам полностью дискредитированы. Если верить декабрьскому опросу фонда «Общественное мнение», лишь 4% наших сограждан считают, что Думу надо избирать исключительно по партийному принципу. Надо признать, что для такого положения дел есть веские причины. Российские партии аморфны и безответственны. Списки, которые они выдвигают, нашпигованы сотнями никому не известных персонажей, за многих из которых в здравом уме не проголосовал бы ни один избиратель. За них, собственно, никто и не голосовал. Голосовали даже не за сами партийные списки, а за партийных лидеров, за так называемые паровозы: некоторые из них даже не планировали заседать в Думе. Стоит ли удивляться, что нынешние – избранные только по партийным спискам – думцы порой ведут себя, мягко говоря, эксцентрично? Они ведь ничем нам, избирателям, не обязаны. Только своим партийным лидерам. Таким образом, обе части системы, которую предполагается восстановить в России, по-своему плохи. К сожалению, нет оснований надеяться, что их недостатки уравновесят друг друга. Десятилетняя практика показала, что при механическом соединении двух принципов представительства эти недостатки скорее обостряются. Но худшее впереди. На выборах 2016 года, если они действительно пройдут по смешанной избирательной системе такого типа, во всех одномандатных округах победят единороссы. Во-первых, в «Единую Россию» загонят всех сколько-нибудь перспективных хозяйственников, директоров школ и больниц, ректоров и прочую публику, которая традиционно выигрывает в одномандатных округах. Во-вторых, ставки так высоки, что им просто натянут процент-другой до победы. Это очень удобно: накидываешь своему процент, скидываешь у оппозиции тридцать. А по партийным спискам «Единая Россия» получит хотя и более скромное, но тоже большинство, потому что масса голосов будет отдана партиям, которые не преодолеют барьер. И вот – 75% мест. Специально для любителей рассуждать о том, что раз уж выборы фальсифицируют, то система не имеет значения, подчеркну: эти 75% мест «Единая Россия» может получить только за счет избирательной системы. Скорее всего, результаты будут подделаны. Но больше из административного азарта: реальная политическая целесообразность фальсификаций сведется к натягиванию тех самых 1,5–2%, которые В. Е. Чуров, кажется, считает приемлемым уровнем недобросовестности. Я думаю, что порочная практика последних лет исключила возможность осмысленного применения в России партийно-списочной системы. Она не подходит ни в чистом виде, ни в качестве элемента смешанной. Говорю об этом с сожалением, потому что всегда был сторонником пропорциональных правил. Но тут уж надо принять реальность: осмысленные выборы в современной России возможны только при голосовании в одномандатных округах, за конкретных людей. Значит ли это, что мы обречены на мажоритарную систему, со всеми ее очевидными недостатками? Не обязательно. Вполне жизнеспособную альтернативу могла бы составить система, которую назову мажоритарно-компенсационной. По своей структуре эта система близка к смешанной, но с одним существенным различием: избиратели голосуют только в одномандатных округах, за кандидатов, а не за партийные списки. Победители определяются по принципу относительного большинства. Таким образом партии А и Б в приведенном выше примере сохраняют свои окружные места – 6 и 4 соответственно. Однако учитываются и голоса, поданные за проигравших кандидатов. Для этого выделяются 10 дополнительных мест, общее их число увеличивается вдвое (до 20), а пропорциональная квота снижается до 50. Для распределения дополнительных мест количество голосов, полученных каждой из партий, уменьшается на произведение квоты и числа выигранных ею в округах мандатов. Партии А это дает 400 – 300 = 100, партии Б 290 – 200 = 90, а голоса партии В остаются в прежнем количестве, 310. Тогда пропорциональное распределение дает по 2 дополнительных места партиям А и Б, а партии В – 6 мест с итоговым – максимально пропорциональным – соотношением 8:6:6. Переходя от примера к реальности, нетрудно представить, что 225 депутатов Госдумы избирались бы в одномандатных округах, а дополнительные 225 мест выполняли бы компенсационную функцию. Компенсационные места можно заполнять по предпочтениям партий, а можно передавать сильнейшим из кандидатов, проигравших в округах. Это – отдельный вопрос. Сейчас важнее подчеркнуть другое: мажоритарно-компенсационная система позволяет реально сочетать преимущества, а не недостатки мажоритарного и пропорционального принципов. Мажоритарно-компенсационная система Голоса Места Партия А 400 8 Партия Б 290 6 Партия В 310 6 Григорий Голосов
У обеих частей этой избирательной системы есть серьезные недостатки. Главный недостаток мажоритарной системы в том, что голоса, поданные за проигравших кандидатов, уходят в никуда. По существу, учитываются лишь голоса победителей. Предположим, нам нужно избрать депутатов в 10 округах. В каждом округе по 100 избирателей. В выборах участвуют три партии – А, Б и В. В округах с первого по третий эти партии получают по 60, 10 и 30 голосов, в округах с четвертого по шестой – по 60, 20 и 20 голосов, а в округах с седьмого по десятый – по 10, 50 и 40 голосов. Стало быть, партия А выигрывает 6 мест, партия Б – 4, а партия В вообще ничего не выигрывает.

Мажоритарная система
Голоса Места
Партия А 400 6
Партия Б 290 4
Партия В 310 0


Справедливо это или нет? Если мы посчитаем голоса, полученные кандидатами от каждой из партий, окажется, что у партии А их 400, у партии Б – 290, а у партии В – 310. Выйдя на второе место по уровню поддержки избирателей, представительства эта партия не получила. И это, конечно, неправильно. Но так работает мажоритарная система относительного большинства. При этой системе одна партия может обогнать другую по количеству голосов, но уступить ей по количеству депутатских мандатов. В XX веке такое трижды случалось в Великобритании. Это – очевидное искажение воли избирателей.

Выборы по партийным спискам лишены такого недостатка. Каждая партия получает примерно ту же долю депутатских мандатов, что и процент полученных ею голосов. Если бы выборы в предыдущем примере проводились по партийным спискам, то для определения числа мандатов у каждой партии вычислялась бы квота путем деления общего числа голосов (1000) на число мандатов (10), а потом количество голосов каждой партии делилось бы на квоту (100). Получаем 4,0 у партии А, 2,9 у партии Б и 3,1 у партии В. Значит, у партии А будет 4 мандата, у партии Б – 2, а у партии В – 3. Один мандат остается. Его передаем партии Б, у которой частное – с наибольшим остатком. Итоговое распределение – 4:3:3. Соответствие между долями голосов и мест – почти полное.

Выборы по партийным спискам
Голоса Места
Партия А 400 4
Партия Б 290 3
Партия В 310 3


Суровая истина, увы, состоит в том, что в России выборы по партийным спискам полностью дискредитированы. Если верить декабрьскому опросу фонда «Общественное мнение», лишь 4% наших сограждан считают, что Думу надо избирать исключительно по партийному принципу. Надо признать, что для такого положения дел есть веские причины.

Российские партии аморфны и безответственны. Списки, которые они выдвигают, нашпигованы сотнями никому не известных персонажей, за многих из которых в здравом уме не проголосовал бы ни один избиратель. За них, собственно, никто и не голосовал. Голосовали даже не за сами партийные списки, а за партийных лидеров, за так называемые паровозы: некоторые из них даже не планировали заседать в Думе. Стоит ли удивляться, что нынешние – избранные только по партийным спискам – думцы порой ведут себя, мягко говоря, эксцентрично? Они ведь ничем нам, избирателям, не обязаны. Только своим партийным лидерам.

Таким образом, обе части системы, которую предполагается восстановить в России, по-своему плохи. К сожалению, нет оснований надеяться, что их недостатки уравновесят друг друга. Десятилетняя практика показала, что при механическом соединении двух принципов представительства эти недостатки скорее обостряются. Но худшее впереди.

На выборах 2016 года, если они действительно пройдут по смешанной избирательной системе такого типа, во всех одномандатных округах победят единороссы. Во-первых, в «Единую Россию» загонят всех сколько-нибудь перспективных хозяйственников, директоров школ и больниц, ректоров и прочую публику, которая традиционно выигрывает в одномандатных округах. Во-вторых, ставки так высоки, что им просто натянут процент-другой до победы. Это очень удобно: накидываешь своему процент, скидываешь у оппозиции тридцать. А по партийным спискам «Единая Россия» получит хотя и более скромное, но тоже большинство, потому что масса голосов будет отдана партиям, которые не преодолеют барьер. И вот – 75% мест.

Специально для любителей рассуждать о том, что раз уж выборы фальсифицируют, то система не имеет значения, подчеркну: эти 75% мест «Единая Россия» может получить только за счет избирательной системы. Скорее всего, результаты будут подделаны. Но больше из административного азарта: реальная политическая целесообразность фальсификаций сведется к натягиванию тех самых 1,5–2%, которые В. Е. Чуров, кажется, считает приемлемым уровнем недобросовестности.

Я думаю, что порочная практика последних лет исключила возможность осмысленного применения в России партийно-списочной системы. Она не подходит ни в чистом виде, ни в качестве элемента смешанной. Говорю об этом с сожалением, потому что всегда был сторонником пропорциональных правил. Но тут уж надо принять реальность: осмысленные выборы в современной России возможны только при голосовании в одномандатных округах, за конкретных людей.

Значит ли это, что мы обречены на мажоритарную систему, со всеми ее очевидными недостатками? Не обязательно. Вполне жизнеспособную альтернативу могла бы составить система, которую назову мажоритарно-компенсационной. По своей структуре эта система близка к смешанной, но с одним существенным различием: избиратели голосуют только в одномандатных округах, за кандидатов, а не за партийные списки. Победители определяются по принципу относительного большинства. Таким образом партии А и Б в приведенном выше примере сохраняют свои окружные места – 6 и 4 соответственно.

Однако учитываются и голоса, поданные за проигравших кандидатов. Для этого выделяются 10 дополнительных мест, общее их число увеличивается вдвое (до 20), а пропорциональная квота снижается до 50. Для распределения дополнительных мест количество голосов, полученных каждой из партий, уменьшается на произведение квоты и числа выигранных ею в округах мандатов. Партии А это дает 400 – 300 = 100, партии Б 290 – 200 = 90, а голоса партии В остаются в прежнем количестве, 310. Тогда пропорциональное распределение дает по 2 дополнительных места партиям А и Б, а партии В – 6 мест с итоговым – максимально пропорциональным – соотношением 8:6:6.

Переходя от примера к реальности, нетрудно представить, что 225 депутатов Госдумы избирались бы в одномандатных округах, а дополнительные 225 мест выполняли бы компенсационную функцию. Компенсационные места можно заполнять по предпочтениям партий, а можно передавать сильнейшим из кандидатов, проигравших в округах. Это – отдельный вопрос. Сейчас важнее подчеркнуть другое: мажоритарно-компенсационная система позволяет реально сочетать преимущества, а не недостатки мажоритарного и пропорционального принципов.

Мажоритарно-компенсационная система
Голоса Места
Партия А 400 8
Партия Б 290 6
Партия В 310 6

Григорий Голосов ]]>
У обеих частей этой избирательной системы есть серьезные недостатки. Главный недостаток мажоритарной системы в том, что голоса, поданные за проигравших кандидатов, уходят в никуда. По существу, учитываются лишь голоса победителей. Предположим, нам нужно избрать депутатов в 10 округах. В каждом округе по 100 избирателей. В выборах участвуют три партии – А, Б и В. В округах с первого по третий эти партии получают по 60, 10 и 30 голосов, в округах с четвертого по шестой – по 60, 20 и 20 голосов, а в округах с седьмого по десятый – по 10, 50 и 40 голосов. Стало быть, партия А выигрывает 6 мест, партия Б – 4, а партия В вообще ничего не выигрывает.

Мажоритарная система
Голоса Места
Партия А 400 6
Партия Б 290 4
Партия В 310 0


Справедливо это или нет? Если мы посчитаем голоса, полученные кандидатами от каждой из партий, окажется, что у партии А их 400, у партии Б – 290, а у партии В – 310. Выйдя на второе место по уровню поддержки избирателей, представительства эта партия не получила. И это, конечно, неправильно. Но так работает мажоритарная система относительного большинства. При этой системе одна партия может обогнать другую по количеству голосов, но уступить ей по количеству депутатских мандатов. В XX веке такое трижды случалось в Великобритании. Это – очевидное искажение воли избирателей.

Выборы по партийным спискам лишены такого недостатка. Каждая партия получает примерно ту же долю депутатских мандатов, что и процент полученных ею голосов. Если бы выборы в предыдущем примере проводились по партийным спискам, то для определения числа мандатов у каждой партии вычислялась бы квота путем деления общего числа голосов (1000) на число мандатов (10), а потом количество голосов каждой партии делилось бы на квоту (100). Получаем 4,0 у партии А, 2,9 у партии Б и 3,1 у партии В. Значит, у партии А будет 4 мандата, у партии Б – 2, а у партии В – 3. Один мандат остается. Его передаем партии Б, у которой частное – с наибольшим остатком. Итоговое распределение – 4:3:3. Соответствие между долями голосов и мест – почти полное.

Выборы по партийным спискам
Голоса Места
Партия А 400 4
Партия Б 290 3
Партия В 310 3


Суровая истина, увы, состоит в том, что в России выборы по партийным спискам полностью дискредитированы. Если верить декабрьскому опросу фонда «Общественное мнение», лишь 4% наших сограждан считают, что Думу надо избирать исключительно по партийному принципу. Надо признать, что для такого положения дел есть веские причины.

Российские партии аморфны и безответственны. Списки, которые они выдвигают, нашпигованы сотнями никому не известных персонажей, за многих из которых в здравом уме не проголосовал бы ни один избиратель. За них, собственно, никто и не голосовал. Голосовали даже не за сами партийные списки, а за партийных лидеров, за так называемые паровозы: некоторые из них даже не планировали заседать в Думе. Стоит ли удивляться, что нынешние – избранные только по партийным спискам – думцы порой ведут себя, мягко говоря, эксцентрично? Они ведь ничем нам, избирателям, не обязаны. Только своим партийным лидерам.

Таким образом, обе части системы, которую предполагается восстановить в России, по-своему плохи. К сожалению, нет оснований надеяться, что их недостатки уравновесят друг друга. Десятилетняя практика показала, что при механическом соединении двух принципов представительства эти недостатки скорее обостряются. Но худшее впереди.

На выборах 2016 года, если они действительно пройдут по смешанной избирательной системе такого типа, во всех одномандатных округах победят единороссы. Во-первых, в «Единую Россию» загонят всех сколько-нибудь перспективных хозяйственников, директоров школ и больниц, ректоров и прочую публику, которая традиционно выигрывает в одномандатных округах. Во-вторых, ставки так высоки, что им просто натянут процент-другой до победы. Это очень удобно: накидываешь своему процент, скидываешь у оппозиции тридцать. А по партийным спискам «Единая Россия» получит хотя и более скромное, но тоже большинство, потому что масса голосов будет отдана партиям, которые не преодолеют барьер. И вот – 75% мест.

Специально для любителей рассуждать о том, что раз уж выборы фальсифицируют, то система не имеет значения, подчеркну: эти 75% мест «Единая Россия» может получить только за счет избирательной системы. Скорее всего, результаты будут подделаны. Но больше из административного азарта: реальная политическая целесообразность фальсификаций сведется к натягиванию тех самых 1,5–2%, которые В. Е. Чуров, кажется, считает приемлемым уровнем недобросовестности.

Я думаю, что порочная практика последних лет исключила возможность осмысленного применения в России партийно-списочной системы. Она не подходит ни в чистом виде, ни в качестве элемента смешанной. Говорю об этом с сожалением, потому что всегда был сторонником пропорциональных правил. Но тут уж надо принять реальность: осмысленные выборы в современной России возможны только при голосовании в одномандатных округах, за конкретных людей.

Значит ли это, что мы обречены на мажоритарную систему, со всеми ее очевидными недостатками? Не обязательно. Вполне жизнеспособную альтернативу могла бы составить система, которую назову мажоритарно-компенсационной. По своей структуре эта система близка к смешанной, но с одним существенным различием: избиратели голосуют только в одномандатных округах, за кандидатов, а не за партийные списки. Победители определяются по принципу относительного большинства. Таким образом партии А и Б в приведенном выше примере сохраняют свои окружные места – 6 и 4 соответственно.

Однако учитываются и голоса, поданные за проигравших кандидатов. Для этого выделяются 10 дополнительных мест, общее их число увеличивается вдвое (до 20), а пропорциональная квота снижается до 50. Для распределения дополнительных мест количество голосов, полученных каждой из партий, уменьшается на произведение квоты и числа выигранных ею в округах мандатов. Партии А это дает 400 – 300 = 100, партии Б 290 – 200 = 90, а голоса партии В остаются в прежнем количестве, 310. Тогда пропорциональное распределение дает по 2 дополнительных места партиям А и Б, а партии В – 6 мест с итоговым – максимально пропорциональным – соотношением 8:6:6.

Переходя от примера к реальности, нетрудно представить, что 225 депутатов Госдумы избирались бы в одномандатных округах, а дополнительные 225 мест выполняли бы компенсационную функцию. Компенсационные места можно заполнять по предпочтениям партий, а можно передавать сильнейшим из кандидатов, проигравших в округах. Это – отдельный вопрос. Сейчас важнее подчеркнуть другое: мажоритарно-компенсационная система позволяет реально сочетать преимущества, а не недостатки мажоритарного и пропорционального принципов.

Мажоритарно-компенсационная система
Голоса Места
Партия А 400 8
Партия Б 290 6
Партия В 310 6

Григорий Голосов ]]>